— Извини меня, Фан, но сегодня я занят, — он стряхнул воду со шляпы и спросил: — Кто-нибудь уже поднимался?
— Бернштейн и эта гадина, Тео. Эта свинья предложила мне шиллинг.
Гарри скрыл улыбку.
— Наплюй на Тео, все так делают. У него плохое представление о юморе.
Глаза женщины сердито блеснули.
— Когда-нибудь я им займусь. Мне приходилось в свое время сталкиваться с грязными крысами, но от этой меня тошнит.
— От его вида меня тоже тошнит, — беззаботно проговорил Гарри. — Что ж, пока, Фан.
— Заходи ко мне, когда освободишься, — продолжала она настаивать, — я доставлю тебе удовольствие, Гарри.
Он с трудом подавил дрожь.
— Как-нибудь на днях, но не сегодня. Со мной поедет Дана. А ну-ка, подставляй ладонь. — Он вытащил две фунтовые бумажки. — Купи себе подарок.
— Спасибо, Гарри. — Женщина схватила деньги. — Ты хороший парень.
— Я это знаю, — он усмехнулся, повернулся и зашагал по лестнице.
«Бедная кляча, — подумал он. — Толстеет и стареет. Доставит удовольствие… Бррр!»
Наверху лестницы он остановился у двери, на которой было написано:
Миссис Френч.
Агентство по найму прислуги.
Справки.
Гарри подождал несколько секунд, потом на цыпочках подошел к перилам и посмотрел вниз, в вестибюль. Блондинка стояла в дверях, глядя на льющийся дождь. Наконец она раскрыла зонтик и вышла на улицу. Гарри покачал головой, затем подошел к двери и тихонько постучал.
В комнате вспыхнул свет, на матовом стекле появился силуэт девушки, в замке повернулся ключ, и дверь открылась.
— Хэлло, это я, — весело проговорил он, — как обычно, последний?
— Входи скорее, Гарри, они тебя ждут.
— Пусть подождут, — он притянул к себе девушку и поцеловал. Ее губы были теплыми и податливыми. — Ты отлично выглядишь. Как это тебе удалось после такой ночи?
— Не говори о прошлой ночи, — она улыбнулась ему, — утром у меня была жуткая головная боль.
Он подумал, что она такая же твердая и прекрасная, как алмаз, и такая же дорогая…
— Иди же, Гарри, они ждут. Ты же знаешь маму, — она слегка коснулась его лица длинными теплыми пальцами.
Он обвил рукой ее талию.
— Чего она хочет? Я не видел ее несколько недель, и пусть заберут меня черти, если я хочу ее видеть. Каждый раз, когда я ее вижу, получается какая-нибудь неприятность.
— Не будь дурачком, Гарри, и не давай слишком большой воли своим рукам. Иди.
Он усмехнулся, проходя следом за ней через маленькую прихожую во внутреннюю комнату, освещенную настольной лампой, которая бросала яркое пятно света на белый бювар, лежащий на большом письменном столе. Комната была наполнена сигаретным дымом и плотно зашторена. Миссис Френч сидела за письменным столом. Бернштейн и Тео — напротив нее. Все они смотрели на вошедшего.
— Ты опоздал на десять минут, — резко проговорила миссис Френч. Это была лучная женщина с желтоватым цветом лица и живыми проницательными глазами. В ее ушах покачивались серьги из черного агата, сверкающие при свете лампы.
— Что поделаешь, — беззаботно отозвался Гарри. — Такси нет, и хлещет, как из ведра. Пришлось идти пешком. — Он стянул с себя пальто и бросил его на стул.
— Хэлло, Сид, старина, как делишки? Чтоб мне провалиться! Никак там наш юный принц блестит ногтями в темноте? Как делишки, Тео, мой красавчик?
— Заткнись, — огрызнулся из темноты Тео.
Гарри добродушно рассмеялся.
— Что за очаровательный малыш! — Он оперся своими большими руками на стол и посмотрел на миссис Френч: — Что ж, вот и я. Лучше поздно, чем никогда. Что готовится?
— Давайте приступим к делу, мама, — нетерпеливо проговорила Дана. — Я хочу спать.
— Сядь, Гарри, — миссис Френч указала на стул, — пора нам снова поработать вместе.
Гарри сел.
— Вот как? Не знаю. — Он достал пачку «Плейере», закурил и протянул сигареты Бернштейну. — «Домовые» что-то зашевелились, ма. Они прихватили Перри прошлой ночью. Бедный остолоп не успел выйти из дома, как его сцапали. Они сейчас все на стреме и все из-за той заразы, что хлопнула Раусона. Стоит только выстрелить в фараона, как начинается заваруха. Не знаю, стоит ли сейчас затевать дело.
— Перри — дурак! Только околачивался на улице да искал открытые окна. А это хорошая работа, Гарри. Спланированная. Нет никакого риска.
Грязная лапа Тео потянулась к сигаретам, и Гарри сразу спрятал пачку.
— Тебе нет! Покупай себе сам.
Тео выругался сквозь зубы.
— Заткнись, — прикрикнула Френч, — я говорю.
— Извини, ма, давай дальше, — с извиняющейся улыбкой сказал Гарри, — что там у тебя на уме?
— Как бы ты отнесся к тому, чтобы заполучить меха Уэсли?
Гарри окаменел. Затем с шумом выдохнул воздух сквозь ноздри.
— Эй, подожди-ка! Ты что ж, хочешь засадить меня на пять лет? Я не такой простачок, знаешь!
— То же говорю и я, — внезапно вмешался Бернштейн. Это был маленький человечек с коричневым и морщинистым, как у обезьяны, лицом. Его руки были покрыты густыми черными волосами, они жесткими пучками топорщились и на затылке и высовывались из-за воротника сорочки. — Будь благоразумной. Что за польза биться о стенку головой. Меха Уэсли? Безумие!
— Но ты взял бы их, если бы мы до них добрались? — спросила миссис Френч, и ее взгляд сделался жестким.
Он кивнул.
— Да. Но у нас нет никакой надежды до них добраться. Будь благоразумной.
— Ты это говоришь серьезно? — спросил Гарри. — А ты знаешь, против чего мы пойдем?
— Знаю. — Миссис Френч стряхнула на пол пепел от сигареты. Ее губы были плотно сжаты. — Это будет нелегко, но можно сделать.
— А я говорю нет! — воскликнул Бернштейн и ударил по столу маленьким волосатым кулачком. — Четверо уже пытались. Вспомни, что с ними стало! Это слишком опасно.
— Знаешь, он прав. Но если бы мы могли до них добраться, было бы здорово! — произнес Гарри.
— Ты болтаешь, как слабоумный. И ничего не знаешь об этом деле, только то, что слышал. Согласна, четыре дурака уже пытались добраться до мехов. Ни один из них не знал, как открывается сейф. Они даже мозгами не пошевелили, потому что шевелить было нечем…
— Ты не права, — возразил Бернштейн, подавшись вперед, — Фрэнк много потрудился. Он четыре месяца изучал место, но его схватили даже раньше, чем он успел открыть сейф. Что вы на это скажете?
— Мы должны учиться на чужих ошибках. Значит, вделан сигнал, который приводится в действие, когда до сейфа дотрагиваются. Мы должны об этом узнать. Это первое, что нам нужно сделать.
— А как ты собираешься это сделать? — спросил Гарри.
— Миссис Уэсли нужна прислуга. Она искала ее во всех других агентствах и теперь пришла ко мне. Я долго ждала такой удачи.
— А мы подсунем ей шлюху? — Гарри заинтересовался. — Это мысль. И она может сработать.
— И сработает. Если мы сможем определить туда девушку, которая будет держать ушки на макушке. Она узнает, как действует сейф. И тогда мы возьмемся за работу.
— Я мог бы. — Гарри подумал о Перри, который сидел за решеткой. Только позавчера они играли в покер. Такое крупное дело, как меха Уэсли, пахнет пятью годами. Он содрогнулся. — Работа будет не из легких, ма, вначале я бы хотел побольше узнать о ней. Тео тоже будет работать?
Тео прекратил обкусывать ногти для того, чтобы выдавить из себя:
— А то как же. Если ты слабак, то я нет.
— Когда-нибудь я приплюсну твои прыщи, обезьяна, — дружелюбно сказал Гарри, — а вместе с ними и твое личико.
— Прекратите, — прикрикнула миссис Френч, — мы должны заполучить девушку, иначе нам и не стоит браться за это дело. Ты ей нравишься, Гарри?
Тот усмехнулся.
— Нельзя сказать, что она меня ненавидит. Смешно, но девчонки питают ко мне слабость. И не спрашивайте меня почему. — Он поспешно отодвинулся, так как Дана ударила его по колену. — Присутствующие, конечно, исключаются, — добавил он подмигивая. — Но у этой малышки глаза становятся шальными, когда она меня видит. А это что-нибудь да значит!
— Займись ею. Она не будет болтать, если ты правильно за нее возьмешься. Не будет, если она к тебе неравнодушна.
— Ты и твои проклятые бабы, — сердито проворчала Дана, — почему ты не повзрослеешь?
— Я прекрасно чувствую себя таким, какой я есть, — ответил Гарри, потрепав ее по руке. — Они для меня ничего не значат. Ты же это знаешь.
— Почему бы вам не пойти куда-нибудь вместе, — фыркнул Тео, — меня тошнит от одного вашего вида.
— Я сейчас прибью эту гниду, — прошипел Гарри.
— Поработай над девушкой, Гарри, — сказала миссис Френч, сердито глядя на Тео. — Пока мы ее не заполучили, мы ничего не сможем сделать. Она нужна мне примерно через неделю. Справишься к этому времени?
