в сиденье. Драконья голова подмигнула мне алым глазом. Хотя я не была уверена, показалось мне это или нет.
Дома меня встретил взволнованный Брюзга в человеческом обличии и в наскоро напяленной ливрее. Он буквально выскочил из-за двери, едва я переступила порог.
- Миледи! Наконец-то! – Домовой отчаянно размахивал руками, словно дирижировал оркестром. - У нас гости!
Я страдальчески закатила глаза и прислонилась к косяку двери.
- Опять?! Если это снова сестры Фурс, явившиеся удостовериться, что мебель по-прежнему говорит, то будь добр, скажи им, что я умерла. От чумы. Заразной. Бубонной. С осложнениями.
Брюзга так энергично затряс головой, что я забеспокоилась за его шею.
- Нет-нет, не сестры. Один господин. Очень респектабельный на вид. В черном костюме. Сказал, что по важному делу. Он ожидает вас там.
- А мебель? – наводяще спросила я, переживая, как бы и в этот раз не пришлось внушать гостю, что у него галлюцинации.
- Молчит. Даже рояль заткнулся. Хотя клавиши так и чешутся сыграть что-нибудь драматичное.
Я протянула домовому книги и сняла промокшую шляпку, которая утратила всякое подобие формы.
- Кто он?
- Представился как Себастьян Кроули, адвокат лорда ван Дорта, - подхватив книги одной рукой, Брюзга взял двумя пальцами за краешек шляпу и поморщился, словно я отдала ему дохлую мышь. - Говорит, что у него важное дело касательно семьи ван Дортов.
Важно дело семьи ван Дортов? Отец раскаялся в своем поступке и отправил человека, чтобы вернуть меня домой? Сильно сомневаюсь. Клотильда вряд ли позволит вернуть падчерицу, которую тихо ненавидит. А если учитывать, что слухи о разрыве помолвки добрались до Миствэйла раньше, чем я успела сюда приехать, то ожидать можно было чего угодно. Как бы мне не пришлось воевать за дом Айрэн Миррэн.
- Хорошо, - вздохнула я. - Дай мне минуту привести себя в порядок. Не хочу встречать адвоката в виде утопленницы. Не хватало нам еще одного припадочного.
Глава 5
Я поднялась в свою комнату, оставляя за собой мокрые следы на ковре. Он недовольно проворчал что-то о «мокрых башмаках» и «уважении к старшим», но тотчас заткнулся, стоило мне шикнуть.
- О боги! Что это за прическа? – воскликнуло зеркало, едва я зашла в спальню. - Вы что, сражались с ветряной мельницей и проиграли?
- Ха-ха, - Я даже не пыталась скрыть своего настроение, ставшего дурным из-за появления господина Кроули. – Честно говоря, уважаемое зеркало, у меня сейчас появилась проблема посерьезнее вороньего гнезда на голове. И эта проблема ждет, когда я спущусь в гостиную для разговора.
Я быстро переоделась в сухое платье цвета лаванды и кое-как причесалась, пытаясь придать волосам хоть какой-то приличный вид.
- Я лишь пытаюсь помочь! – обиделось зеркало. - Хотя бы ленточку вплетите. Ну или хотя бы шпильками заколите эти ваши… локоны.
Страдальчески закатив глаза, я скрутила волосы в жгут и заколола шпильками с жемчужными бусинами.
- Лучше?
Зеркало скептически фыркнуло. Но промолчало, решив, что пучок - предел моих возможностей.
Пока спускалась по лестнице, я надеялась, что незваный гость устанет меня ждать и уйдет.
Как бы не так!
Возле окна покачиваясь с пятки на носок, стоял мужчина средних лет. Черный сюртук сидел на нем как влитой. Под самым подбородком виднелся черный шейный платок с золотой булавкой. Темные с едва пробившейся сединой волосы были зализаны назад, а лицо украшала бородка-эспаньолка.
На столике рядом с окном лежал портфель. Судя по коже, из которой был сделан портфель, адвокат явно брал за свои услуги годовое жалование среднего работника Норстрии.
От одного вида господина Кроули в животе свернулся тугой узел тревоги, а ноги сделались ватными.
Услышав мои шаги, он обернулся и вежливо поклонился с изяществом, достойного танцмейстера.
- Леди ван Дорт, - произнес он голосом, сухим и деловым, как шелест бумаги. - Себастьян Кроули, к вашим услугам. Я - юрист лорда Винсента ван Дорта. Благодарю, что согласились меня принять, несмотря на столь неурочный час и… - он бросил взгляд на мою прическу, - очевидные неудобства.
- Господин Кроули, - я опустилась в кресло и указала ему на диван. - Присаживайтесь, пожалуйста. Что за дело привело вас ко мне? Надеюсь, это не сюрприз в духе «ваша мать задолжала банкам три тысячи золотых, и теперь вы расплачиваетесь»?
Взяв портфель со столика, Себастьян моргнул и чуть приподнял брови. Он явно не ожидал подобной прямоты. И без того тонкие губы стянулись, выдавая скорбную улыбку. Именно такую улыбку часто приходится видеть у людей, которым поручено сообщать неприятные новости.
- Не совсем. Но новости действительно нерадостные.
Он сел, аккуратно положил портфель на колени и достал из него несколько бумаг, перевязанных черной лентой. Бумаги были новыми и достаточно плотными, с размашистыми подписями и гербовыми печатями.
- Я представляю интересы семьи ван Дортов, - начал он, развязывая ленту. – Ваш отец вызвал меня несколько дней назад, чтобы подписать официальные документы об отказе.
Я выпрямилась, почувствовав, как сердце пропустило удар.
- Об отказе чего? - осторожно поинтересовалась я, переставая чувствовать собственные ноги.
Вместо ответа Кроули протянул мне бумагу. Я взяла ее, стараясь не выдать волнения, и пробежала глазами по строчкам. Затем перечитала еще раз. Потом третий, чтобы убедиться, что не померещилось.
Винсент ван Дорт официально отказывался от своей дочери Эвелин ван Дорт.
Документ едва не выскользнул из моих пальцев. Я сцепилась в него обеими руками. Не верилось, что отец взял и одним росчерком выкинул меня из своей жизни. А ведь каким любящим родителем он мне представился в первый раз.
- Это… - В груди стало тесно, как будто не хватало воздуха. Я судорожно сглотнула и попробовала снова: - Это какая-то ошибка? Дурная шутка?
- Увы, миледи, - Кроули покачал головой с видом человека, который видел такую реакцию и не раз. - Никакой ошибки. Ваш отец официально отказался от вас. Теперь вы не имеете никакого права претендовать на его имущество или наследство. Вы так же не имеете права пользоваться его фамилией, приближаться к дому ван Дортов и пытаться связаться с их семьей. Кроме того, лорд ван Дорт закрывает счета, ранее открытые на ваше имя, и отзывает слуг, Минди Крок и Карла Вальтона, которые прибыли в город вместе с вами. Однако вам остается наследный дом вашей матери Айрэн Миррен и ее счет на пятьдесят тысяч золотых. Сумма, конечно, более, чем скромная. Но при
