прикасаться - не-а, не про меня. Но в этом вся фишка: ты можешь зарыться по уши в свою боль, и пусть весь мир горит синим пламенем, а можешь продолжать уважать и нести себя гордо. Две большие, принципиальные разницы. Кем ты станешь, получив удар от судьбы? Размазней под подошвами, или женщиной, на которую смотришь и хочешь ей быть?
Я выбираю второй вариант. (Хотя мне так безумно хочется выбрать первый…). Укладываю волосы, красиво крашу глаза маленькими стрелочками, румянами и ровным тоном. Я скрываю за маской всю свою боль, и только глаза теперь выдают всю глубину падения.
Я в них стараюсь не смотреться лишний раз. Только по необходимости, когда нужно парковаться на мгновение залипаю, глядя в зеркало заднего вида. Чтобы, так сказать, не добавить в копилку «удачных стечений обстоятельств», зарядив задницей своего джипа о близстоящую тачку.
Все проходит хорошо. Как говорится, шаттл запущен успешно! Так держать.
Глупо, разумеется. То на Луну летят, а я просто проехала несколько десятков улиц по городу. Несоразмерно.
И плевать…
Прикрываю глаза на мгновение. Для меня это все уже большой подвиг, потому что из-под одеяла вылезать не хотелось, а сердце все еще в тисках тонких, ледяных пальчиков.
Я не могу дышать полной грудью.
Поэтому считаю до десяти и выхожу. Вся надежда на то, что работа сможет меня отвлечь, но…к сожалению, этого не происходит. Даже бешеный ритм такого крупного журнала неспособен заставить меня дышать.
Я не могу перестать думать о Роме даже на мгновение. Злюсь, снова хочу плакать и снова злюсь. Даже не на него! А на себя, идиотку. Как так можно зациклиться, и если уж ты так зациклились, то как разорвать порочный круг?!
Не понимаю…
Обычно ко мне всегда обращались за помощью, и это льстило. Мне нравится быть полезной и ощущать, что все эти годы не прошли мимо. У меня есть опыт, а еще мое мнение ценится, и это же прекрасно! Когда-то так я закрывала свои потребности в реализации, как единственный ассистент, который выдержал нашу Сатану дольше месяца. Я пережила их всех, как самый крутой воин!
А теперь…
Мне так на все насрать, люди бесят, безумно хочется свалить.
Господи, как мне хочется сбежать отсюда подальше…
Прикрываю глаза на мгновение. Только что я не сдержалась и рявкнула на одну из девчонок-костюмерш. Хорош воин. Замечательно…
- Лера, ко мне! - звучит властный, холодный голос нашей любимой Светланочки.
Твою мать. Вспомнила обо мне.
Это плохо? Мне наплевать.
Встаю, поправляю юбку-карандаш и выхожу из-за стола, сжимая в руках блокнот и ручку. Спорю на что угодно, сейчас будет очень много беспонтовых, тупорылых заданий. Прямо как принести проклятущие черевички, будто эта сука - Оксана, а я гребаный Вакула.
Так. Ладно. Давай-ка поспокойней. Ни к чему лишние эмоции. Запиши все ее «хочу», потом исполни и поезжай домой со спокойной совестью.
Умоляю, Лера.
Но умоляю я слабо, а когда захожу в кабинет, так противно становится. Светлана Юрьевна сидит за столом, как царица. Что-то быстро пишет в своем ежедневнике, сверкая зайчиками, что ловят ее окуляры. Красивая укладка. Светлые, длинные волосы. Нет, я не спорю - это женщина, несмотря на ее гадский характер, пример для подражания. Она почти мой идол. Всегда острая на ум и язык, знает себе цену, потрясающе выглядит, а чувство стиля? Нет, серьезно. Сатана - великолепна…но как же порой хочется проломить ей башку. Чесслово.
Интересно, а Илья сможет отмазать меня, сославшись на измену, как повод для состояния аффекта?
- Долго, - коротко цыкает она, бросает на меня взгляд и щурится, - Почему я должна тебя ждать?
Дыши.
- Простите.
Светлана Юрьевна поджимает губы и откидывает в сторону ручку, а потом отгибается на спинку кресла, сложив руки в знак молитвы перед лицом.
Ясно.
Будет отчитывать.
Я мысленно стараюсь перебрать все свои потенциальные косяки, хотя в голову ничего не приходит. Мне надо было принести ей кофе - капучино без сахара, очень горячий, с корицей. Я принесла. Потом я должна была положить журналы на ее стол - сделано. На всякий случай проверяю, вдруг я настолько рассеяна? Но нет. Действительно сделано. Они веером раскинулись на прозрачном, журнальном столике. Так же я забрала ее костюм из химчистки и купила корм для собаки, который сейчас стоит в пакете в ее шкафу. По встречам тоже все окей, я обзвонила все запланированные контакты. Что еще-то?! Господи, ну! Что! Тебе! Нужно!
Сильнее сжимаю ручку за своей спиной. Безумно хочется воткнуть ей в глаз.
Очень не вовремя вспоминается Кристина.
Ее мерзкая улыбка, звонкий смех и глаза, которые не знают разочарования и боли.
Опять накатывает адское чувство несправедливости, которое жжет до самых костей.
Сукасукасука!!!
- Я просила сделать подборку поясов.
Спокойно.
- Я сделала.
- Мне нужен был толстый, голубой пояс.
О да. Это я поняла с первого раза. Она выделила это место в списки дел тремя черточками - значит, очень нужен.
Бросаю взгляд на диван, где в кучу свалены пояса.
- И я его положила.
- Где?
Хочется ответить в рифму.
- Подойди и покажи мне, Валерия. Может быть, меня постигла кара, и я вдруг ослепла?
Сука...
Яд растекается по нутру.
Она - мой идол, но иногда эта женщина что-то на невозможном. Мне хочется ее убить.
Подхожу к дивану и достаю из кучи толстый, голубой пояс. Поворачиваюсь к Сатане, она хмыкает.
- Поздравляю. Кара постигла не меня, а тебя. Ты давно проверяла зрение?
Ручка впивается в ладонь острыми (хотя, вообще-то, они и гладкие) ребрами, причиняя боль.
Дыши.
А дышать все сложнее…меня топит. Эмоции, несправедливость, Ромины глаза…
- Это не голубой, а небесно-голубой*. Мне казалось, ты понимаешь разницу. Или что? Тебя это уже не касается, Валерия? Может быть, ты скажешь, что этот голубой - такой же голубой, как тот, что я просила принести? Или…
Каждое ее слово - маленькая капелька на темечко.
Признаюсь честно. Я считала себя человеком стрессоустойчивым. Ну, с тех пор как встретила Рому. Именно он научил меня выдержке, спокойствию, пониманию. Он сам по себе человек одновременно жесткий и мягкий, но суть у него, как у любого рака, мягкая и нежная. Там, за скорлупой. Я же - истинный скорпион, который взрывается без контроля. Говорят, у нас это проходит с возрастом, но я точно знаю, что в моем случае все сработало именно благодаря Роме. Его влияние.
А сейчас…
Я будто бы теряю все, что с ним
