- Поэтому, у нас нет повода жалеть вас. Не забери мы вас от вулкана, и проблема для людей, была бы решена! Как бы жестоко это не звучало.
Но, мой предок был русским. А мы, русские, в беде не оставляем! И не важно, друг это или враг. Таков наш менталитет. Но, запомните, мы больше не позволим садиться нам на шею, и в прямом и в переносном смысле этого слова. Если вы готовы договариваться, то милости просим! Мы готовы вам помогать. Если же нет…, Земля стала планетой, с непредсказуемыми природными явлениями и вам придётся бороться с ними самостоятельно. У вас есть о чём подумать! А пока…, - Высочайший показал рукой за спины шадорцам. – В ста метрах отсюда, на берегу реки, мы поставили вам временные сборные жилища, внутри оборудованы лежанки. Один такой дом, рассчитан пятьдесят пять шадорцев. Два дома для вас. Один, для ваших животных. И в четвёртом доме, находится, готовое для вас питание. Располагайтесь. Как что-то надумаете, милости прошу на переговоры! Свяжетесь со мной через Доо-Ттель. – С этими словами, старейшина развернулся и направился к людям.
Шадорцы, через мгновение, развернулись, и потрусили на своих «скакунах» в сторону предложенного жилья.
Глава 39
Мерцающая пелена купола снова пропала, давая возможность людям, попасть внутрь охраняемого периметра поселения. Радостно переговариваясь, вернувшиеся из плена мужчины, пошли вслед за Высочайшим.
Марта, взяла шефство над женщинами – аборигенками, пригласив их следовать за ней для расселения, в жилые помещения корабля.
- Так, а малышей-шадорцев, отдайте нашим девочкам! Они отнесут их в ясли! – распорядилась капитан.
Передавая малышей Людмиле, Терезе, Тамаре и Агайе, Марта увидела на руках одной из женщин Доо-Ттель, и поприветствовала шадорку с улыбкой, как давнюю подругу. У аборигенок от удивления, вытянулись лица.
- Тебя как зовут? - обратилась Марта к женщине.
- Мирма, - тихо ответила женщина.
- Очень приятно! Я – Марта! Ты молодец, Мирма, Доо-Ттель мне рассказала, как ты всеми руководила при эвакуации из пещер! И, наверное, в первую очередь, благодаря тебе, все остались живы! Приношу благодарность от имени всех поселенцев!
Щёки женщины заалели от похвалы.
- Давай, передадим Доо-Ттель Надежде, она отнесёт шадорку в её помещение и даст ей поесть, а ты пойдёшь со своими подругами, устраиваться на новом месте и отдыхать. Через полчаса вас покормят, -с улыбкой сказала Марта, и, обернувшись, глазами поискала Надю. Наткнувшись взглядом на охотника, позвала: - Варм! Ты не видел Надежду? Приведи её сюда, пожалуйста.
Услышав имя мужчины, Мирма побледнела. – Варм? Он здесь?
- Да, а где ему ещё быть? – удивлённо спросила Марта. – Он уже давно с нами живёт! А что… Вы знакомы?
Женщина заторможено кивнула, поднимая глаза на подошедшую к ним парочку.
При виде того, как незнакомая аборигенка смотрит на её мужчину, Надежда побледнела. А Варм, удивлённо вскрикнув, схватил Мирму в охапку и радостно закружил на месте.
- Мирма! Нашлась! Я уж вообще боялся думать о том, что с вами случилось и где вас искать! А где остальные? Где Сэла, Кэт, Найя? – улыбаясь, спрашивал мужчина.
С лица женщины, медленно сползла улыбка. Сэла и Найя живы. Они живут примерно в дне пути отсюда, у большой воды, в клане рыбаков. Нас троих продали им. Те нас не обижали, но я хотела назад, домой, к сыну! Я сбежала однажды ночью, но до дома не дошла. Надо мной завис большой, похожий на небо шар и потом я оказалась в тех пещерах.
- Значит, из клана охотника, вы попали в клан рыбака? А что с Сэлой? – нахмурившись, спросил Варм.
- Она погибла, - тихо прошептала Мирма. – Когда охотники за женщинами, нас везли продавать, она во время очередной ночёвки, под утро пыталась сбежать. Но, не заметила в зарослях края обрыва, нога соскользнула. Она разбилась.
Варм стиснул челюсти. Помолчал, приходя в себя. Потом, глубоко вздохнул и сказал:
- Очень жаль Сэлу! Но вы трое живы! И это уже хорошо!
- Мы-то да, а вот дети…, - по щеке Мирмы потекла слеза.
Мужчина громко рассмеялся.
Женщина вскинула голову, и посмотрела на него, как на сумасшедшего.
- Извини, не успел сказать, - с проказливой улыбкой пояснил Варм. – Дети живы! Все трое!
Мирма радостно взвизгнула и повисла на шее мужчины, во второй паре рук, продолжая держать Доо-Ттель.
Марта, до этого, с умилением наблюдавшая сцену воссоединения семьи, вскрикнула:
- Ой, да что ж вы делаете! Вы же её задавите! А ну-ка, давайте Доо-Ттель сюда! Надя, иди, отнеси её к ней в помещение! Надя! – Марта обернулась, но генетика рядом не оказалось.
***
До позднего вечера, поселение суетилось, как встревоженный муравейник. Устраивали жильё для большинства мужчин из тридцать четвёртого и тридцать пятого кораблей, пожелавших остаться на жительство здесь. Причиной этому было наличие большого количества красивых, молодых женщин аборигенок. Привыкшие, к стандартной одежде женщин, в виде глухого комбинезона, мужчины прямо дурели, при виде полуобнажённых красоток, большей частью одетых в кожаную жилетку и коротенькую юбку.
Из всех них, только Вельма носила длинное платье. Да и то, по бокам юбки, имелись разрезы, заканчивающиеся выше бедра. Подобного кроя одежда, говорила о том, что женщина не свободна, но при этом, не затрудняла движения.
Да Агайя, предпочитала мужской охотничий костюм с брюками. Он облегал стройную, но очень аппетитную в нужных местах, фигурку девушки, вызывая повышенное слюнотечение у большей части мужского населения поселения. Но рядом с ней, практически постоянно, находился Томас. Этот чернокожий мужчина, подобно мавру из старинных книг, найденных Копателем, словно тень, ненавязчиво следовал за девушкой, появляясь в нужный ей момент, а потом тихо исчезая. Агайя сама не заметила, как ей стало необходимо, постоянно ощущать рядом, этого деликатного и внимательного мужчину. Который, не давил, не поучал, не красовался, не распускал руки. Как-то раз, он попросился пойти с ней на охоту, да так с тех пор и повелось, что они ходили на неё, только вдвоём.
Агайе нравилось, что Томас не строил из себя супер-самца. Он доверял её умению охотиться, прося иногда подсказать, как правильно держать лук, да как расставлять силки, да и разным другим, охотничьим премудростям и хитростям. Он, с удовольствием учился у девушки тому, чему она была, обучена с самого детства. И привыкал к этому новому, большому и полному чудес, миру. Но вся тяжёлая работа, была на Томасе: построить шалаш, нарубить дров для костра, согнуть лук, настрогать стрел…
Агайя заворожено наблюдала, как сильные, перевитые венами руки мужчины, пеньковой верёвкой, приматывали остриё копья к его древку. Как при этом, его мускулы, перекатывались, под чёрной, как ночь кожей. Она как загипнотизированная, потянулась рукой и погладила его по запястью, потом предплечью, ведя дальше руку к его плечу и мощной шее. Девушка подняла глаза и встретилась с мужчиной взглядом. В следующее мгновение, они уже неистово целовались. Руки мужчины жадно шарили по телу девушки и зарывались в её шикарные чёрные как смоль, волосы, заставляя её стонать и желать большего. Но, девушка не считала себя свободной, поэтому, с трудом оторвавшись от мужчины, тяжело дыша, прошептала:
- Не сейчас! Мне нужно спросить. – Затем прильнула к широкой груди Томаса, слушая, как заполошно бьётся его сердце, для неё…
***
В тот вечер, когда четыре челнока привезли спасённых из пещеры людей и шадорцев, Агайя нашла Варма в детской комнате, самозабвенно играющего с младшими сыновьями. Старший сын, - Гор, сидел на коленях у незнакомой местной женщины и взахлёб ей что-то рассказывал.
Девушка внимательным взглядом окинула женщину с ребёнком, и тут же поняла, что это одна из рабочих жён охотника, а Гор – их с Вармом общий сын.
- Варм! – окликнула Агайя охотника.
Тот повернулся к ней, во взгляде мужчины, мелькнуло удивление. С тех пор, как они поселились здесь, Агайя старалась держаться от него подальше. Маленьким червячком, в душе охотника шевельнулось беспокойство. Неужели Шестиног не сказал дочери, что они теперь не муж и жена? Сохраняя внешнюю невозмутимость, Варм встал и направился к девушке. Агайя поманила его в коридор. Выйдя за дверь и прикрыв её за собой, девушка замялась, не зная, как начать разговор. Варм ждал, давая ей возможность собраться с мыслями. И вот, девушка резко вздохнула и выпалила:
