ним — сверкание молнии, взрывы на солнце и огненные чудеса творческого процесса; они стихают в кристальной прозрачности и величии сакала, последнего из трех «небесных лингамов» (дивъя линга). В этих небесных лингамах дается прообраз проявленного, материального сакала лингама, стхула шарира, установленного для поклонения или «самосуществующе-го». Терминология агам различает уровни тонкого тела, именуя нишкала два высших уровня и сакала три низших, в то время как пураны считают все тонкое тело нишкала. Концепция столба-опоры {стамбха) охватывает все планы, кроме высшего, полностью проникнутого интенсивным чистым светом Шивы. На более низком уровне столб света онтологически реализуется как небесный столб, в виде которого Ишана Шива пребывает в незримых эмпиреях; его архитектурный символ — акаша лингам, или космический лингам124. Но этот акаша лингам состоит не из пространства, напротив, он тверд и функционирует как навершие башни (sikhara) шиваитских храмов125; его можно увидеть на храмах штатов Орисса и Андхра Прадеш, датируемых VI 1-Х веками. Он высится непосредственно над лингамом, находящимся в святая святых, в чреве (garbha-grha) храма.
Возвращаясь к Ватулашуддхагаме, на каждом последующем из двух онтологических уровней абстрактная форма огненного или кристального столба ассоциируется с ико-ническим изображением Шивы — оба плана рассматриваются как сакала. Шива-пурана четко определяет в этом контексте Шиву, проявляющего свою форму (svartipa) через форму нишкала стпамбха, объединяющую столб, фаллос и тонкое тело126.
Комбинация умозрительной, как в Ватулашуддхагаме, формы лингама и иконической фигуры исходит из цели, которой служат эти различные зрительные представления. Цель — вызывание и поддержание присутствия Шивы, конечной реальности, непроявленного, невидимого и непостижимого источника творения. Сочетание стереометрического лингама и изображения принадлежат царству форм (рупа), искусству века пуран.
В огромном высеченном в скале пещерном храме Шивы в Элефанте лингам имеет цилиндрическую форму и закруглен на вершине. В безупречной чистоте он высится в небольшом святилище просторного зала; иконографические формы Садашивы величественно интегрированы в структуру вертикального лингама, представляющего в тончайших нюансах формы сокровенную сущность Шивы. Миф, онтология и искусство, взаимосвязанные творческие способы понимания Шивы, объединяются, охватывая различные традиции, превращая их в сложную, но поразительно согласованную непосредственную реальность.
Лингам в его абстрактной стереометрии, напоминающий фаллос, — онтологический символ, указывающий на непроявленный и незримый источник творчества. Образ Садашивы в Элефанте, проистекающий из этого источника, придает ему форму. Как боги Ригведы вытесали Рудру Вастошпати из мантры, так и скульптор Садашивы в Элефанте соединил с видимым образом Шивы тайну лингама. Шива оторвал свой лингам, отделив от себя орган порождения и инструмент похоти. Лингам коснулся земли, прошел сквозь нее и воспылал, пронизывая весь космос, поглощая в огне его субстанцию, но сохраняя форму. Знак, превосходящий мир, сиял от нижних миров до небес, где он, раскаленный, уходил в выси, недоступные зрению. Преображение отсеченного лингама в огонь, а затем в свет — это космический аналог трансмутации йога, преображающего в себе элементы грубого тела и получающего огненное тело127. Боги увидели пылающий лингам; и в нем, и за его пределами сиял свет, вне которого и сквозь который они не могли ничего различить. Эпифания Шивы в пламени дала им просветление.
Столбы огня и света, описанные в Ватулашудхагаме, представляют собой йогические реализации. Каменный лингам, которому поклоняются на земле, является результатом той же, но перевернутой последовательности, в которой йог преображает свое тело, выявляя в его материальности (глине, камне, золоте) трансцендентную неописуемую сущность.
Неподвижный столб лингама поднимается из земли, в которую он глубоко вошел.
Однако в соответствии с другой версией, отсеченный лингам, упавший на землю, не успокоился, а продолжал двигаться, сжигая все на своем пути, пока не вошел в йони, или лоно, Богини128. Соединенный символ лингама и йони предполагает существование Великой Богини, чье вступление в миф Шивы (согласно мифу, выход из тела Шивы) является альтернативным ответом Великого Бога на указание Брахмы создавать смертных. Он не создавал смертных. Он сам — непостижимый источник жизни. Невидимое присутствие источника онтологически предполагается в конкретной форме символа лингама. Символ имеет форму столба; она напоминает фаллос и вызывает в уме неподвижную фигуру Стхану.
Южноиндийская легенда о местном лингаме в Канчи-пураме говорит о том, что Шива уничтожил за одну ночь все существовавшее творение. После танца он приступил к созданию новой Вселенной. Он явился как «лингам света». Войдя в лингам, Шива воссоздал все уничтоженное — природу, звезды, богов, людей, животных, растения и т. д. Поклонившись этому лингаму, Брахма обрел силу творить129.
Очевидный парадокс получения Брахмой-Творцом творческой силы от Шивалингама мифологически проистекает из подготовки Рудрой семени для Отца. В канчипурамской легенде Шива, исполняя танец творения, входит в лингам света. Образ входит в символ. Они взаимопроникают на священной основе, которую представляет собой лингам.
5. ЛИНГАМ И ЛИКИ ШИВЫ
Конкретизация божественного света в материальной форме, лингаме, высится как фаллический столб, символ, совершенный в своей стереометрической простоте. В некоторых лингамах, однако, изображена голова Шивы — одна или четыре (по голове в каждом из четырех направлений), и пятая голова, как правило, незримая, но очень значимая, что предполагается ее наименованием и положением. Лики выступают из столба, будучи интегральной частью расширяемого ими лингама. Они раскрывают значение лингама в проявлении, его онтологическую реальность и конкретное существование. Среди мукхалингамов, или лингамов с ликами (mukha) Шивы, преобладают четырехликие. Пятая невидимая голова только предполагается общим замыслом. Такой лингам — зримый эквивалент пяти мантр или брахман. Поскольку мантры — это мыслеформы, по одной на каждое божество, каждый из ликов лингама соответствует одной из пяти мантр и представляет определенную манифестацию Шивы. Лики (murti) антропоморфны, они соответствуют мантрам. Лингамы с одним или пятью ликами, подобно лингаму в Бхите, известны со II века до н. э.130 Пятислоговая мантра впервые упоминается в Тайттирия-аранъяке (III век до н. э., если не раньше)131. Этот комплекс мыслеформ предстает воплощенным в образе в Панчамук-ха Лингаме, сочетающем «абстрактный» столб с антропоморфными ликами132.
Комбинация столба и головы известна в Индии также как вертикальная абстрактная форма, увенчанная головой. Подобные деревянные столбы с человеческой головой устанавливаются по сей день. Некоторые варианты этой конфигурации, представляющие бога или обожествленного героя, находятся в Бихаре (Восточная Индия). Они являют две составные части, столб и голову, раздельные или соединяющиеся, с плечами и руками, барельефно вырезанными в цилиндрическом столбе133. В последнем случае каменная голова каменного Бхиталингама поднимается из центрального столба, в котором барельефно вырезаны четыре головы Шивы. В объединенной форме столба и фигуративных компонентов бхиталингам — исключение. Пятая голова на вершине полностью вырезана и бросается в глаза. Как правило, однако,
