Я сразу пресек все поползновения по поводу урезания своей доли. В целом, купцы остались довольны.
После встречи с купцами я почувствовал прилив сил. Теперь у меня есть все необходимое для того, чтобы перевернуть этот город с ног на голову. У меня были деньги, правда они в Березовке. Но зато сейчас уже есть влияние и союзники.
Я благодарственно кивнул Огнеяру и направился на выход в сопровождении своих людей.
Мы с моей командой отправились обратно в харчевню. В самой харчевне я вкратце обрисовал свою идею. Опять же — не вдаваясь в подробности. Я рассказал им о том, как мы будем использовать недовольство купцов, о том, как мы организуем бунт. Добрыня, Алеша и Ратибор слушали меня, не перебивая. Они явно были впечатлены моими планами.
Я раздал всем конкретные указания. Добрыня должен был организовать отряд бойцов из числа недовольных жителей Переяславца. В этом ему должен был помочь Огнеяр. Алеша должен был подготовить оружие и припасы. Один из купцов должен был обеспечить все необходимое. Ратибор должен был следить за ситуацией и докладывать мне обо всем, что происходит. Эдакие фоновые уши и глаза. А Веслава должна была следить за Огнеяром. Я не доверял ему. По хорошему и Веславе не стоило доверять из-за Ярополка, но она доказала свою профпригодность.
Купцов я буду использовать для финансирования бунта. Я знал, что они готовы вкладывать свои деньги в наше дело. И я не собирался отказываться от такой возможности.
Но что еще важнее, так это то, что я знаю как заработать очки влияния на всем этом. А заодно и увеличить объемы добычи золота.
«Золотой заговор» начинается!
Глава 18
После всей этой суматохи стало ясно, что отсиживаться в укрытии — это верный путь к поражению. У меня созрела дерзкая идея, а дерзость, как известно, города берет. Или это про наглость так говорят? Не важно. Главное, что эти купцы-пройдохи стали жертвой моего красноречия. Либо жертвой блеска золота. Я пообещал им несметные богатства и их алчность затмила разум. Деньги полились рекой, превосходя, казалось, все, что Митро выручил за годы своей торговли. Огнеяр, к моей радости, помог и скоординировал все закупки. Вероятно, он считал меня своей марионеткой. Что ж, посмотрим, кто в итоге будет диктовать условия.
Мой верный десятник Добрыня был не столь красноречив, но в наборе бойцов ему не было равных. Он исследовал все задворки Переяславца, и люди сами тянулись к нам. Конечно все это — за деньги. Никто не хотел идти против Хакона за идею. Да и не работало это в полной мере. Но, к моему удивлению, история о моего захвата Совиного облетела город, и люди видели, что я не из робких. Поэтому они надеялись на то, что идут к сильному правителю. В основном это были местные: торговцы, ремесленники, даже бедняки. Из них можно выковать настоящих воинов. Добрыня уже имеет некоторый опыт. Да, за пару дней не обучишь даже среднего воина. Да что греха таить — никакого воина не обучишь за столь короткий срок. Но ведь и задача у нас была иная — скоординировать силы и получить одобрение простого народа.
Алеша тоже не подкачал. Теперь он у нас главный по снабжению. Кузнецов он гонял, как сидоровых коз, но зато оружие у нас теперь что надо. Топоры остры, щиты ладны. Все сделано на совесть. Он навел порядок на складах, разложил все по местам, и главное, нашел где это добро прятать, чтобы дружинники Хакона не нашли. Мы не дураки, понимали, что нас будут искать. Я не ожидал такой логистической хватки от могучего воина. Может это Ратибор на него так влияет — не знаю. Он кстати, тоже погряз в этом организационном угаре. Алеша даже сдружился с Ратиболром на этом фоне.
Я смотрел на товарищей и думал: вот она, сила, которая вскоре изменит все вокруг. У меня не было такой армии, как у Хакона, но зато у меня были люди, которым я мог доверять.
А еще была Веслава. Она вроде бы девица, но хитрая как лиса. Все вынюхивала, подслушивала. Я поручил ей следить за Огнеяром, чувствуя, что этот хитрец что-то мутит. И оказался прав. Она же у нас бывшая лазутчица Святослава. Зря я недооценил ее таланты.
Она умудрялась проникнуть всюду, куда только можно. Не знаю, как ей это удавалось. То ли ее навыки так хорошо натренировались, то ли что-то еще. Но факт оставался фактом: она везде чувствовала себя как дома.
И в этот раз она не подвела.
Я сидел в харчевне, наскоро набрасывая план на завтра, как вдруг врывается моя шпионка. Вся запыхавшаяся, глаза горят.
— Антон, — говорит она возбужденно. — Я такое узнала…
Я сразу напрягся. Случилось что-то серьезное.
— Что там у тебя?
— Я следила за Огнеяром, — выдыхает она. — И видела, как к нему прслали гонца.
— Ну и что? Гонца, так гонца. В чем проблема?
Она посмотрела на меня, вскинув бровь.
— Это был не простой гонец. Он нес тайное послание от князя Хакона.
Тут я понял, что дело серьезнее, чем казалось на первый взгляд.
— И что же в этом письме? — спрашиваю я.
Веслава на мгновение замялась, будто сомневаясь, стоит ли говорить.
— Там, — медленно произнесла она, — приказ… от Хакона. Всем военачальникам. Приказ убить всех, кто тебя поддержит… после суда.
От этих слов я замер. Дыхание перехватило. Вот же гад, я так и знал, что он что-то замышляет. Волхв предатель? Но почему? Или Огнеяр потом рассказал бы мне о послании?
— Ты уверена? — спросил я, хотя уже и так все понял.
Она кивнула.
— Я перехватила послание. Оно у меня, — сказала она, протягивая какой-то сверток.
Я развернул. Это была ткань. Письмо выглядело обычным, но слова в нем были как удары плетью: «После суда всех приверженцев Антона из Березовки — убить». И княжеский оттиск перстня. Письмо было написано рунами. Это я потом осознал, видимо «лингвистический пакет» сработал, раз я смог его прочитать.
— Что будем делать? — спросила девушка.
Она была спокойна, но было видно, что она волнуется.
— Нужно предупредить купцов, — пробормотал я. — И разоблачить Хакона.
— Точно, — согласилась она. — А еще нужно прижать Огнеяра. Я давно подозревала этого хитрована.
Я обдумал ситуацию. Вот ведь скоты. Значит,
