Читаем без скачивания Ночная жизнь моей свекрови - Дарья Донцова

На первом курсе Марфа влюбилась в Якова, но Баринов не обращал на нее ни малейшего внимания. Марфа использовала все женские уловки, эффектно одевалась, никогда не приходила в институт растрепанной, всегда пребывала в хорошем настроении, но Баринов считал ее своей подругой и только.

Очень скоро Марфа сообразила, что Якова интересует исключительно учеба. Она записалась во все научные кружки, куда после основных лекций спешил Яша. Девушка делала вид, что она, как и любимый, поглощена изучением кардиологии, но парень не проявил к ней интереса. Яша великолепно относился к Марфе, свободное время Баринов и Лизорук часто проводили вместе, но в компании с ними в кино или в парк на прогулку всегда шел лучший друг Яши Антон Ремчук. Потом к сплоченному коллективу присоединилась его невеста Кира, студентка педвуза.

После окончания института компания не распалась. Антон женился на Кире. Ремчук и Баринов работали в обычной больнице. Яша мог поступить в ординатуру, защитить кандидатскую, а там и докторскую, но на все уговоры преподавателей парень отвечал: «Меня интересует оказание практической помощи больным, а не написание научных статей».

Марфа, желавшая всегда быть рядом с объектом обожания, пристроилась в ту же клинику, но поняла: лечить людей она не способна. Молодую женщину раздражали ноющие старухи, испуганные мужчины и истеричные бабы, заполнявшие палаты, ее тошнило от запаха, мутило от вида крови, передергивало при виде язв, ран и прочих «прелестей».

Промучившись пару лет, Марфа приняла решение: надо что-то менять в жизни. Как сказать об этих мыслях родителям и чем заниматься, бросив ремесло врача, она не знала. Самым парадоксальным в этой истории было то, что Лизорук считалась одним из лучших докторов больницы. Марфа мечтала о совместной жизни с Яковом, понимала, что для Баринова значит работа, и пыталась соответствовать требованиям любимого, читала профессиональные журналы, ездила на конференции, куда катался Яков Сергеевич. Абсолютно не любя профессию, ответственная Лизорук стала лучше тех, кто пришел учиться на врача, руководствуясь светлыми идеалами.

Постоянной спутницы жизни у Якова не было, он заводил короткие романы и очень быстро разочаровывался в своих женщинах. Когда Баринов впервые пришел в кино с какой-то девицей, Марфа чуть не скончалась от ревности, но решила ни в коем случае не показать своих чувств. Она моментально подцепила смазливого парня по имени Леня и демонстративно привела его в гости на день рождения к Ремчуку. Марфе не хотелось выглядеть в глазах Якова старой девой, она полагала, что Баринов, поняв, какой успех она имеет у мужчин, взглянет на нее иначе. Но девушка просчиталась. Никакие кавалеры, а их вокруг веселой Марфы крутилось предостаточно, не вызывали ревности Якова.

Вот так они все и жили до начала девяностых, когда в муниципальных больницах установилась полнейшая анархия, пропали почти все лекарства, а доктора бросились кто куда, лишь бы заработать хоть немного на прокорм семьи.

Баринов и Ремчук растерялись, а вот Марфа нет. В конце восьмидесятых у нее скончались родители. Они оставили дочери в наследство две хорошие квартиры и благоустроенную дачу. Марфа пришла к друзьям и сказала: «Давайте создадим свой медцентр!» – «Где деньги возьмем?» – поинтересовался практичный Яков. «Я продам дачу, ты можешь пожертвовать квартирой, – моментально ответила Марфа, – поживешь временно в коммуналке». – «У меня и так пятнадцать метров в общей трешке, – вздохнул Антон, – если их продам, мы с Киркой станем бомжами». – «Не беда, – оптимистично заявила Марфа, – ты внесешь в дело другой вклад, будешь заниматься оформлением бумаг».

Решительная Лизорук нашла помещение, быстро провернула сделки по продаже недвижимости, и клиника заработала. Около года медцентр кое-как держался на плаву, потом стал тонуть. Яков Сергеевич ходил мрачнее тучи, больные не спешили в клинику, расходы превышали мизерные доходы, и в конце концов Баринов сказал: «Надо признать, что мы потерпели крах. Ну зачем я вас послушал?» – «Зато мы попробовали», – решил утешить Якова Антон.

Всегда милый, улыбчивый Яков Сергеевич неожиданно рассердился и накинулся на Ремчука: «Тебе хорошо говорить. Ты ни копейки не вложил, а я теперь живу не в отдельной квартире, а с тремя соседями». – «Марфа тоже свою жилплощадь продала, – напомнил Антон, – а мы с Кирой со свадьбы обитаем в общей трешке. Ничего, привыкли!»

Яков стал еще злее: «Ага. Точно. Но ты никогда своей квартиры не имел. А у Марфы, кроме дачи, две здоровенные двушки. Ты при своем остался, Лизорук лишилась фазенды, но сохранила обустроенное жилье, один я все потерял». – «Переезжай в одну из моих двушек, – быстро предложила Марфа, – забирай ее себе».

Баринов дернул шеей и вышел из комнаты. На пороге он обернулся и горько сказал: «Я никогда не брал подарки от женщин. Мелкие сувениры типа галстук-кошелек не в счет. Не приму и сейчас. Даже от тебя, Марфа! Хотя это ты втравила нас в глупую затею с медцентром. Впрочем, извини, я сам во всем виноват, наверное, нет во мне жилки бизнесмена. Надо срочно избавиться от клиники! Можешь этим заняться? Я устал».

И Марфа начала действовать. Она нутром чуяла, что медцентр может стать успешным. Яша просто пал духом, опустил руки. Но если сейчас найти денег, учесть совершенные ошибки, то мотор заработает!

Лизорук решила продать одну из своих квартир, и тут к ней с деловым предложением обратилась одна из бывших пациенток, Ника Разбаш. «Я открываю салон, – сказала она, – парикмахерские и косметические услуги. Мне нужен в составе владельцев врач, тогда я получу лицензию на всякие манипуляции со шприцами и аппаратами. Не хотите поучаствовать? Вы будете совладелицей без долевого участия, ваше имя успокоит тех, кто выдает разрешение, и привлечет клиентов, я использую вас в рекламе. Идет? Будете получать деньги, по мере нашей раскрутки их количество будет возрастать».

Марфа решила рискнуть, но внесла свое предложение: «Я вложу в салон часть своих средств, хочу быть полноправным компаньоном». – «Хорошо, – согласилась Ника, – меня такой поворот вполне устраивает».

Оцените смелость Лизорук и глубину ее чувства вины перед друзьями, которых она втянула в бизнес! Марфа продала обе квартиры, себе купила крохотную норку в Подмосковье и вложила вырученные средства сразу в два проекта: в медклинику и салон. Ну не могли же скончаться оба бизнеса! Марфа Матвеевна надеялась, что хоть один даст прибыль.

И неожиданно госпожа Удача обратила свое внимание на отважную женщину.

В Лизорук проснулась вдохновенная пиарщица, правда, фонтан креатива бил лишь в области парикмахерских услуг. Баринов и Ремчук категорически отказывались от рекламы. Как многие бывшие советские люди, доктора полагали, что хорошее нет необходимости навязывать, нахваливают лишь дерьмо. Ника Разбаш была намного прогрессивнее, Марфа получила возможность устраивать любые акции.

В середине девяностых Лизорук перестала принимать больных. Она объяснила свое решение так: «Устала работать врачом, буду решать административные вопросы».

Постепенно клиника стала процветать.

На самом деле Марфу Матвеевну глубоко ранила женитьба Якова. Баринов неожиданно повел в загс манекенщицу Злату, хорошенькую брюнетку, не имеющую ни малейшего отношения к медицине. Лизорук была сильно уязвлена, она по сию пору надеялась, что старый друг оценит все то хорошее, что сделала Марфа Матвеевна, и начнет испытывать к ней нежные чувства. Кто дал Баринову богатство? Марфа. Именно ей пришла в голову идея основать частную клинику, только Лизорук спасла медцентр от краха. Яков Сергеевич давно забыл о коммуналке, жил в роскошных апартаментах, обзавелся дорогой иномаркой, обрел завидную финансовую стабильность и… пошел в загс с вульгарной манекенщицей, купился на красивую обертку.

Марфе было обидно так, что и не передать словами, и она решила на время отдалиться от любимого. В глубине души она лелеяла надежду, что Яков скоро поймет: его молодая женушка – глупая кукла, бросит Злату и примчится к Марфе. Конечно, Лизорук уже не молода, но Якову следует наконец-то по достоинству оценить верную подругу.

Однако брак Якова неожиданно оказался таким же крепким, как союз Антона и Киры. Жена Ремчука быстро подружилась с бывшей манекенщицей, а когда та родила дочь Настеньку, стала ей крестной мамой.

Компания по-прежнему встречала вместе все праздники, Яков, Злата, подрастающая Настя, Антон, Кира и Марфа с очередной своей «игрушкой». Лизорук часто меняла мужчин, ко многим из кавалеров она испытывала самые светлые чувства, была не обделена радостями секса, но любить продолжала Баринова, который обожал Злату. Ситуация до смешного походила на глупую песенку, которую одно время часто гоняли почти по всем радиостанциям: «Маша любит Ваню, а Ваня любит Таню, а Таня любит Саню, а Саня любит Галю, а Галя любит Сашу, а Саша любит Машу. Вот такая тут любовь, черт возьми!»