Читаем без скачивания Ночная жизнь моей свекрови - Дарья Донцова

– Полюбоваться, – проворковала я, – неужели тебе жалко? Колечко от моих глаз не полиняет.

Ксюша вновь продемонстрировала пальчики.

– Вещь дорогая, – со знанием дела сказала я. – Выполнена фирмой «Кукс».

– Не слышала о такой, – быстро сказала девушка.

– Охотно верю, – улыбнулась я, – цена кошелька, в котором в качестве комплимента от производителя лежало твое колечко, переваливает за пятьдесят тысяч.

Ксения сцепила руки в замок и разинула рот:

– Чего?

– Рублей, – дополнила я, – хотя не исключаю, что для любимых клиентов «Кукс» снимет кожу с дьявола и сделает из нее сумочку к вечернему платью заказчицы за пятьдесят тысяч евро.

– Чего? – повторила Ксения.

Я перестала улыбаться:

– Где взяла перстень?

– Ку-ку-купила, – прозаикалась девушка.

– В ларьке у метро? – издевательски предположила я.

– Ага, – кивнула глупышка.

Я достала из сумочки удостоверение и сунула его врушке под нос:

– Слушай внимательно. Либо ты сейчас же рассказываешь правду, либо я вызываю милицию, и официально, в присутствии понятых, с протоколом, перстень изымается. Как думаешь, сколько времени потребуется управляющему из бутика «Кукс», чтобы определить, что кольцо было изготовлено чуть более шести лет назад и оно лежало вот в этом кошельке?

Ксюша вцепилась в край стола и уставилась на фотографию портмоне, которую я услужливо выложила перед медсестрой.

– Не надо милиции, – прошептала она, – меня уволят! Яков Сергеевич очень строгий! Тут же вышибет вон! Не ходите к нему!

– Не пойду, если расскажешь правду, – пообещала я.

Ксения схватила телефон:

– Зинуля, подмени меня! Очень надо!

Не прошло и минуты, как из больничного отделения вынырнула другая медсестра и, указав на большие часы на стене, строго предупредила:

– Ровно час и ни секундой больше!

Ксения вскочила и поманила меня за собой:

– Пошли. Здесь рядом есть парк, посидим на скамеечке.

Когда мы сели у небольшого пруда в тени липы, Ксюша потребовала:

– Поклянитесь, что никому ни слова не скажете!

– Обещаю использовать полученную от тебя информацию исключительно в интересах следствия, – дипломатично сказала я, – ты видела кошелек?

Ксения кивнула, я не удержалась от укоризненного восклицания:

– Ты подняла его, открыла, вытащила кольцо и выбросила портмоне на парковке? Почему не оставила его себе?

Ксюша съежилась:

– Внутри лежала записка с просьбой о помощи. Я хорошо знаю, каково это – в беду попасть, вот и решила кошелек не трогать. Его непременно подберут. Люди так устроены, мимо портмоне не пройдут, подумают, что там деньги, кредитки.

– Почему сама не пошла в милицию, – удивилась я, – не показала находку?

Медсестра передернулась:

– Ненавижу ментов! Суки! Все!

– В больнице есть служба безопасности! – продолжила я.

Ксюша не пожалела и этих парней:

– Уроды!

Меня охватило возмущение.

– Ты же читала послание!

Девушка выпрямила спину:

– Да, поэтому и отнесла кошелек в паркинг. Там его точно должны были быстро найти! Мне неприятности ни к чему, хватит, наобщалась с ментами.

– Тебя задерживали раньше? – осенило меня.

Ксения вздрогнула:

– Давно это было, в тринадцать лет я по глупости связалась с компанией: три пацана и мы с Леркой. Работали на улице, одевались нормально, не красились, бантики-косички, ну прямо девочки-паиньки. Выбирали в толпе тетку или мужика поприличнее, подходили и просили: «Помогите, пожалуйста, мы заблудились, никогда раньше в этом районе не были. Подскажите, где здесь метро, мы на олимпиаду по физике опаздываем».

Вежливые школьницы вызывали у прохожих самые светлые чувства, никто не отказывал детям, в деталях объясняли дорогу, кое-кто даже брался довести растерянных девчушек до входа на станцию.

Пока взрослые растолковывали путь, пацаны ловко выкрадывали у них кошельки. Старый, как мир, трюк, его используют уголовники во всех странах: кто-то отвлекает жертву, а подельник очищает сумку и карманы. Целый год разудалая компания промышляла на улицах, а потом попалась и загремела в колонию для несовершеннолетних.

Ксюшу очень напугала система исполнения наказаний, и она поклялась, что больше никогда не нарушит закон. В семнадцать лет девушка вышла на свободу и решила поступить в медучилище. И тут ей аукнулись ошибки подросткового возраста. Никто не спешил принять на учебу проблемную особу. Прямо Ксении не отказывали, но она постоянно не проходила обязательное собеседование. Когда ее не допустили в четвертое по счету учебное заведение, она разрыдалась, набралась наглости и отправилась к ректору.

Конец у этой истории счастливый. В конце концов Ксюша получила диплом без троек и устроилась работать в больницу. Через полгода у врачей стали пропадать деньги, поднялся скандал, и милиция моментально взяла на заметку Ксению. Ее привезли в отделение и начали запугивать, потом принялись орать: «Лучше признайся, все равно посадим!»

Целые сутки в милиции жестко прессовали медсестру. Неизвестно, чем бы закончилось дело, но вор попался с поличным. Им оказалась одна из старушек-уборщиц. На тихую пенсионерку никто не обращал внимания. Ее задержали, Ксению отпустили, сказав ей вместо извинений: «А ты чего хотела? Воровала? Отмотала срок? Вечно под подозрением ходить будешь!»

И Ксюша решила запутать следы, она устроилась в муниципальную больницу, где постоянно не хватало среднего медперсонала, и поэтому кадровик не проверял сотрудников, отработала там год, перевелась в другое медучреждение, третье, пока, уже выйдя замуж, не оказалась в клинике Баринова. В анкете о судимости Ксюша не сообщила, фамилия у нее теперь другая, можно вздохнуть свободно. Но Ксения отлично понимает: серьезная проверка сразу выявит ее детскую глупость.

Несколько дней назад Ксюша, как обычно, сидела на посту у входа в клиническое отделение. Мимо нее туда-сюда сновали люди. Через какое-то время девушка увидела на полу у дивана небольшой предмет, подошла и подняла… кошелек. Внутри лежали записка с мольбой о помощи и колечко.

Первым порывом медсестры было немедленно показать находку начальнику службы безопасности, но она испугалась. Вдруг хмурый Николай Иванович начнет рыться в биографии медсестры? Колебания длились недолго. Ксения воспользовалась тем, что неподалеку от ее рабочего места находится вход в паркинг. Девушка молнией метнулась на стоянку.

– Я положила кошелек около новой иномарки, – частила она, – на таких женщины катаются, они жалостливее мужчин. И вещичка для девушки! Понимаете? Охрана может отшвырнуть кошелек, а дама возьмет. Я все рассчитала.

– Молодец, – процедила я сквозь зубы, – но колечко ты забрала себе!

– Оно копеечное, – умоляюще заныла Ксения, – никому не нужное, а мне приглянулось. Ничего плохого я не совершила.

Я проглотила все гневные слова, которые рвались наружу:

– Ладно. Теперь напряги память, нужно выяснить, как кошелек очутился в коридоре.

– Его тут бросили! – заявила Ксения.

– Когда? Можешь примерно время назвать? – потребовала я.

Медсестра уставилась на круглые часы на своем запястье:

– Моя смена в этом месяце с трех.

– Ты на правильном пути, – приободрила я девушку, – давай дальше.

Ксения закинула ногу за ногу:

– Родственники приходят только после полдника. Яков Сергеевич очень строг в этом отношении, у нас по больнице посторонние толпой не шляются. До обеда всякие процедуры, потом, после двух, тихий час.

– Думай, – приказала я.

– Не получается, – призналась Ксюша, – я уже вчерашний день забыла! А вы хотите, чтобы я былинное время вспомнила!

– Сегодня ты идешь к подруге? – улыбнулась я. – С новой прической, наверное, переоденешься?

– Само собой, – кивнула Ксения, – муж на машине за мной заедет, привезет платье в чехле и туфли.

– Приятно иметь внимательного супруга, – подчеркнула я.

– Витька не всегда такой, – скривилась Ксюша, – может и отказать. Ой! Вспомнила!

– Говори! – обрадовалась я.

– В то утро мы с Витей полаялись, – зачирикала Ксюша, – я долго собиралась, глаза красила. А он психанул и уехал, не стал ждать. Вот вам и внимательный супруг. Завидовать нечему. Мне пришлось на маршрутку садиться, в метро толкаться, короче, я опоздала.

Я кивала в такт словам Ксении. В конце мая я купила в магазине книгу немецкого психолога «Техника допроса» и применила сейчас одну из ее методик на практике. Суть ее проста. Если человек никак не может вспомнить, как он провел 29 августа 1984 года, перестаньте терзать его этим вопросом, поищите точки, которые послужат катализатором для оживления памяти. Сколько вам было лет в 1984 году? Учились в институте? Небось в конце августа уже купили все для занятий? Рано или поздно ваш собеседник воскликнет: «Точно! Двадцать девятого меня понесло за новой рубашкой, я проклял все на свете! На прилавках пусто! Одни очереди».