более ранним источником25.
В 1930-е годы были ученые, полностью отвергавшие любую зависимость Притчей от «Поучений» (а именно Д. Херцог26 и Дж. Поуснер27). Также в 1930 г. Р. О. Кевин опубликовал свое исследование, заявив, что это Аменемопе использовал Книгу Притчей в качестве источника, а не наоборот28.
В 1962 году Этьен Дриотон опубликовал серию статей, утверждавших, что «Поучения Аменемопе» — перевод еврейского произведения, написанного евреями, жившими в Египте; однако эта теория была разнесена в пух и прах последующими статьями Рональда Вильямса и Б. Коуройера29.
Уже не так давно предлагалась идея о том, что два сравниваемых текста — просто копии друг друга. «Дж. Брис (1980) устранил из дискуссии такой термин как „заимствование**, замечая, что текст Притчей „адаптирует, ассимилирует и интегрирует египетский материал согласно своему мировоззрению»30.
Очевидно, что большинство так называемых «сходств» весьма неотчетливы. Дж. Д. Каррид провел скрупулезное сопоставление и анализ двух источников, стих за стихом (Притчи, 22:17–25 и «Поучения Аменемопе» 1.3.0-16). Его работа показывает, что между этими отрывками «есть лишь смутное сходство». По большей части, на протяжении всего фрагмента Книги Притчей (22:17–24:22) сходства с «Поучениями» ограничиваются общими идеями, темами, фигурами речи. Это жанровые сходства, которые следует ожидать от образцов древней ближневосточной литературы.
Тем не менее, раз уж мы обещали «перевернуть все камни», есть несколько разительных сходств, которые нельзя обойти вниманием. Например:
«Поучения Аменемопе», гл. 6:
Не передвигай межи на границе полей, и не нарушай положения мерила; не стремись овладеть каждым локтем земли, и не передвигай межи вдовы.
Сравните с Книгой Притчей, 23:10–11:
Не передвигай межи давней и на поля сирот не заходи, потому что Защитник их силен; Он вступится в дело их с тобой.
«Поучения Аменемопе», гл. 7–8:
Не ищи богатства в сердце своем, ибо нельзя обойти Судьбу. Не вверяй свое сердце пустякам, ибо на каждого человека есть свой час… Словно гуси, они (богатства), приделали себе крылья и улетели на небо.
Сравните с Книгой Притчей, 23:4–5:
Не заботься о том, чтобы нажить богатство, оставь такие мысли твои. Устремишь глаза твои на него, и — его уже нет, потому что оно сделает себе крылья и, как орел, улетит к небу.
Такие близкие соответствия бросают тень сомнения на богодухновенность Библии. Вопрос уникальности Ветхого Завета приобретает критическую важность — не только для ученых, но, что еще важнее, для нас, взявших слова Библии за основу жизни и мировоззрения. Как же нам решить для себя это противоречие?
Как и в случае с эпосом о Гильгамеше, который мы разбирали выше, у нас есть три возможных объяснения:
Еврейский текст Книги Притчей частично заимствован из египетских «Поучений Аменемопе».
Египетские «Поучения Аменемопе» частично заимствованы из еврейского текста Книги Притчей.
Оба текста частично заимствованы из общего первоисточника, который нам сейчас неизвестен31.
Каррид считает32, что есть и четвертая возможность: «Поучения» и Притчи абсолютно не связаны между собой:
Представляется, что данные говорят в пользу такого подхода. Во-первых, соответствия между двумя текстами по своей природе поверхностны и смутны. В большинстве случаев сходство лишь частично. Во-вторых, многие из общих тем типичны для разнообразных произведений древнего Ближнего Востока. Львиная доля соответствий может быть отнесена к общечеловеческим представлениям и общепринятым образам. В-третьих, даже те отрывки, которые кажутся параллельными, расположены в разной последовательности. Порядок спутан. В-четвертых, многие наставления Аменемопе вообще не упоминаются в Книге Притчей (22:17–24:22) и наоборот. Если и было заимствование, то весьма избирательное и отрывочное. И наконец, любая попытка разделить еврейский текст на тридцать высказываний искусственна. Более того, Притчи (22:17–24:22) — не отдельный труд, а фрагмент более широкого литературного произведения33. Эти аргументы сложно опровергнуть, если кто-то хочет доказать прямую зависимость между текстами, в ту или другую сторону.
Несомненно, автор Притчей был знаком с египетскими образцами «литературы мудрости». Однако это не оказало на него прямого и глубокого влияния. Влияние было лишь косвенным, в форме «широких мазков». Еврейского автора нельзя обвинить в плагиате; по всему видно, что Книга Притчей — вполне еврейское произведение34.
В 1977 году Дж. Раффл, в поддержку первого объяснения, предположил следующее: возможно, сходства — плод работы египетского писца при дворе Соломона, привнесшего в текст, из своей памяти, египетскую мудрость, которую он когда-то слышал или проходил при обучении писчему делу35.
А как насчет второго объяснения: возможно ли, что египетский текст подражал еврейскому? Сама Библия говорит о тесной связи Соломона с Египтом, ведь одна из его жен была дочерью фараона36. Библия упоминает о ней шесть раз, и нам известно, что Соломон построил ей дворец37. В этой связи я не могу удержаться от небольшого отступления, отвечающего на вопрос Линдси из первой главы: был ли Ханаан времен Соломона под контролем Египетского царства. Обратите внимание, что Соломон получил в жены дочь фараона (а не наоборот); это значимый факт, которому часто не придают значения. В древнем мире это означало попытку угодить Соломону, что говорит, скорее, о слабости фараона, чем о силе. Царь Соломон обладал властью, которую фараон уважал — и попытался заполучить и себе немного этой власти при помощи дочери.
Новые хронологи трактуют этот сюжет по-разному. Но даже при разных, выдвигаемых ими, сценариях египетско-еврейских семейных отношений38 мы видим, что в те времена фараон не осуществлял контроль над внутренними территориями Ханаана. Египтяне старались держать в руках основные торговые пути (путь Гора и Царский путь), но не справлялись с высокогорьями. Теперь, с поддержкой ключевой фигуры в Иерусалиме — зятя Соломона, которому были подчинены эти земли, египтяне могли расширить свой торговый контроль вглубь континента. Зять фараона — царь Соломон — был как раз тем союзником, в котором нуждались египтяне. Соломон продолжал укреплять свою власть через договора с финикийцами, арамеями и т. д., и это открывало его египетскому тестю новые возможности — особенно когда его власть уже шла на убыль, что и происходило в данный период времени. Дефицит власти был восполнен верным зятем. (Дополнительную информацию по вопросу предполагаемой власти Египта над Израилем вы можете найти в Приложении Б.) Опять-таки, это только часть истории. Узы брака связывали Соломона не только с Египтом, но и со многими другими государствами, ведь кроме дочери фараона он любил немало других иностранок39:
И полюбил царь Соломон многих чужестранных женщин, кроме дочери фараона: моавитянок, аммонитянок, идумеек, сидонянок, хеттеянок — из тех народов, о которых Господь сказал сынам Израилевым: «Не входите к ним, и они
