Я обратился сначала к Сталину, который, как я знал, поддерживал идею встречи в Тегеране.
Премьер-министр -- премьеру Сталину 25 сентября 1943 года
"1. Я обдумывал нашу встречу глав правительств в Тегеране. Должны быть проведены надежные подготовительные мероприятия для обеспечения безопасности в этом до некоторой степени слабо контролируемом районе. Поэтому я вношу на Ваше рассмотрение предложение, чтобы я провел в Каире приготовления в отношении размещения, безопасности и т. д., которые обязательно будут замечены, несмотря на все явные усилия сохранить их в тайне. Потом, возможно лишь за два или за три дня до нашей встречи, мы бросим британскую и русскую бригады вокруг подходящего района в Тегеране, включая аэродром, и будем держать этот район абсолютно закрытым до тех пор, пока мы не закончим наших бесед. Мы не будем ставить в известность Иранское Правительство и не будем делать никаких приготовлений для нашего размещения, пока не наступит этот момент. Нам, конечно, будет необходимо контролировать абсолютно все исходящие сообщения. Таким образом, мы будем иметь эффективную ширму от мировой прессы, а также от каких-либо неприятных людей, которым мы не так нравимся, как должны были бы нравиться.
2. Я предлагаю также, чтобы во всей будущей переписке по этому вопросу мы пользовались выражением "Каир-Три" вместо Тегерана, который Должен быть похоронен, а также что условным обозначением для этой операции должно быть слово "Эврика", являющееся, как я полагаю, древнегреческим. Если у Вас имеются другие соображения, дайте мне знать, и мы тогда сможем изложить их Президенту. Я еще ничего не сообщил ему по этому вопросу".
Сталин ответил немедленно и положительно:
Премьер Сталин -- премьеру Черчиллю 3 октября 1943 года
"Я получил Ваше послание от 27 сентября по поводу предстоящей встречи глав трех правительств. У меня нет возражений против тех отвлекающих приготовлений, которые Вы намерены провести в Каире. Что же касается Вашего предложения бросить британскую и русскую бригады в подходящий район Каир-3 за несколько дней до нашей встречи в этом городе, то я нахожу это мероприятие нецелесообразным, так как оно может вызвать ненужный шум и демаскировку. Я предлагаю, чтобы каждый из нас взял с собой солидную полицейскую охрану. По-моему, этого будет достаточно для обеспечения безопасности.
У меня нет возражений против других Ваших предложений, касающихся предстоящей встречи, и я согласен с теми условными наименованиями, которыми Вы предлагаете пользоваться в переписке, касающейся этой встречи".
На деле же был установлен самый настоящий непроницаемый кордон, и военные и полицейские силы исчислялись тысячами, особенно много их было с русской стороны.
* * *
Так как я не мог быть уверен, что советники по безопасности разрешат президенту отправиться в Тегеран, я предложил другие варианты. Одним из них было расположиться лагерем в пустыне вокруг авиационной школы в Хаббании, которая так блестяще оборонялась в 1941 году. Здесь мы были бы абсолютно одни и в полной безопасности, и президенту было бы нетрудно прилететь туда за несколько часов из Каира. Я поэтому сообщил ему по телеграфу это предложение.
Президент Рузвельт -- премьер-министру 15 октября 1943 года
"Я наконец послал Дяде Джо нижеследующую телеграмму и думаю, что Ваша идея превосходна. На св. Петра иногда находило истинное вдохновение. Мне нравится идея трех скиний. Позже мы сможем добавить еще одну для Вашего старого друга Чан Кайши.
"Проблема моей поездки в Тегеран так затрудняется, что, мне кажется, я должен сказать Вам откровенно, что по конституционным причинам я не смогу пойти на этот риск. Будет заседать конгресс. Мне нужно будет подписывать новые законы и резолюции, которые должны быть возвращены конгрессу не позже чем через десять дней после их получения. Это нельзя сделать по радио или телеграфу. Тегеран слишком далек, чтобы быть уверенным, что эти требования будут удовлетворены. Возможность задержки при перелете через горы -- сначала на восток, а потом на запад -- неустранима. Мы из опыта знаем, что самолеты часто задерживаются на три-четыре дня при полетах в обоих направлениях...
Каир во многих отношениях привлекателен, и, насколько мне известно, там есть отель и несколько вилл близ пирамид, которые можно абсолютно изолировать.
В Асмаре, бывшей итальянской столице Эритреи, говорят, есть превосходные здания и аэродром, на который можно совершать посадку в любое время.
Затем, есть возможность встретиться в каком-нибудь порту в восточной части Средиземного моря, где у каждого из нас будет корабль... Другое предложение -- встреча в окрестностях Багдада...
Во всяком случае, я думаю, что пресса должна быть совершенно исключена и все место окружено кордоном -- так, чтобы нас никак не беспокоили.
Личным и откровенным переговорам с Вами и Черчиллем я придаю и всегда буду придавать очень большое значение, ибо от них в большой мере зависят надежды на будущее мира.
Сохранение Вами инициативы вдоль всего Вашего фронта радует всех нас".
Премьер-министр -- президенту Рузвельту 16 октября 1943 года
"Я целиком согласен с телеграммой, посланной Вами Дяде Джо относительно "Эврики". Сообщите мне, что он ответит".
Сталин, однако, упорно настаивал на Тегеране.
Иден все еще был в Москве и делал все, что мог, чтобы добиться у Сталина согласия на такое, место и время встречи, какое удовлетворило бы президента. Стало ясно, что Сталин будет настаивать на Тегеране как на месте встречи, и, хотя еще ни в коей мере нельзя было быть уверенным в том, что удастся уговорить президента прибыть туда, я приступил к планированию такой встречи.
* * *
Мое внимание поглощали некоторые серьезные аспекты предстоящей конференции. Я считал очень важным, чтобы английский и американский штабы, и в особенности президент и я, достигли общего согласия относительно операции "Оверлорд" и ее влияния на Средиземноморский театр военных действий. Это предполагало решение вопроса об использовании всех заморских вооруженных сил наших Двух стран, причем английские силы должны были быть по численности равны американским в начале операции "Оверлорд", должны были в два раза превосходить американцев в Италии и в три раза в остальных районах Средиземного моря. Мы, безусловно, должны были достигнуть какого-то ясного взаимопонимания, прежде чем приглашать советских представителей -политических или военных -присоединиться к нам.
Я поэтому предложил президенту соответствующий план.
Президент Рузвельт -- премьер-министру 22 октября 1943 года
"... 1. Нужно иметь достаточно времени, чтобы проанализировать результаты теперешней Московской конференции 1 и, я думаю, также последующей конференции, которую мы имеем в виду. Решение созвать наше совещание, когда еще не кончилась Московская конференция или хотя бы прежде, чем можно будет внимательно изучить ее результаты, вероятно, привело бы к неблагоприятным результатам в России.
1 Речь идет о конференции министров иностранных дел трех держав, проходившей в это время в Москве.
Штабы, планирующие операции, сейчас составляют общий план разгрома Японии. Важно, чтобы эта работа была закончена и чтобы соответствующие начальники штабов имели возможность изучить ее до общего совещания.
Некоторые наметки планов, касающихся операций, одобренных в Квебеке, должны быть представлены Эйзенхауэром и командующими на Тихом океане 1 ноября; их необходимо рассмотреть до совместного совещания... "
Таким образом, президент, по-видимому, поддерживал эту идею, но не был согласен с предложенным сроком. В американских правительственных кругах возникло сильное течение, казалось, желавшее завоевать доверие русских даже в ущерб координации англо-американских усилий. Поэтому я снова перешел в наступление. Я считал чрезвычайно важным встретиться с русскими, уже имея ясную и согласованную точку зрения как по важнейшим проблемам операции "Оверлорд", так и по вопросу о верховном командовании.
Бывший военный моряк -- президенту Рузвельту 23 октября 1943 года
"1. Русских не должно раздражать, если американцы и англичане тщательно согласуют те великие операции, которые они собираются провести в 1944 году на фронтах, где русских войск не будет. И я думаю, что мы должны встретиться со Сталиным, если об этой встрече удастся когда-нибудь договориться, придя предварительно к согласию относительно англо-американских операций, как таковых.
Меня устроило бы 15 октября, если это самая ближайшая удобная дата для Ваших штабов. Я думал, что штабы могли бы в течение нескольких дней работать совместно до Вашего и моего прибытия, скажем, 18-го или 19-го, а затем мы могли бы вместе отправиться на "Эврику", Я еще не знаю, будет ли это 20 или 25 ноября. Я не думаю, чтобы "Эврика" заняла более трех-четырех дней или чтобы в ней принял участие большой технический аппарат. "
