все честные. Дело в том, что на криминале далеко не уедешь. Мне легальный бизнес нужен, большой легальный бизнес.
— Сафрон на нелегальном бизнесе далеко уехал.
— А Коняра со Ступором его догоняли, — усмехнулся Паклин. — И где они сейчас?
— Может, и Сафрон там будет?
— Почему может? Будет, обязательно будет. Не сегодня, так завтра, — зло сказал Паклин.
— Ты что-то знаешь? — спросил Степан, внимательно глядя на него.
— Что я могу знать? Нет никакого Мартюхи, выдумал я его! А то, что эту гнилоту кто-то мочит, так у них и без меня врагов выше крыши… Да и какой я для них враг? Я для них жертва. Вот вы сейчас уйдете, и они снова наедут. Все, что осталось, разнесут.
— Не разнесут, — качнул головой Степан. — Это я тебе обещаю. Работай себе спокойно.
Он ждал к себе Сафрона, а если бандит не придет, Степан сам отправится к нему. С большущей претензией. Это ведь Ленусик гостила вчера у Даши. Чтобы это выяснить, не понадобилось искать водителя, достаточно было снять отпечатки пальцев с бокала. Севастьяныч, несмотря на свою загруженность, уделил Степану время и установил, что следы пальцев оставила Елена Евгеньевна Бородаева, в миру Ленусик.
Елена Евгеньевна еще тот фрукт, до знакомства с Сафроном имела привод, взяли на какой-то тусовке с проститутками, она-то уверяла, что это ошибка, но Степан так почему-то не думал. И за наркоту она привлекалась, папиросу с анашой у нее нашли. В общем, следы ее пальцев давно уже попали в анналы истории. А вот Паклин в криминальных хрониках до недавних пор не числился, его «пальчики» попали в картотеку только вчера. Вот и как не верить в чистоту его помыслов? Может, он на самом деле работал честно и не имел проблем с законом, пока не сморозил глупость. И надо было ему придумать какого-то Мартюху.
Уезжал Степан, мысленно вычеркивая Паклина из списков подозреваемых, но задержался на контрольно-пропускном пункте. Что-то замерзло в механизме шлагбаума, охранник торопливо переключил с автоматики на ручное управление. Холодно на дворе или нет, а машины на продажу выставлены, и народ идет, подъезжает.
Степан вышел из машины, закурил, подошел к охраннику, когда он наконец открыл шлагбаум. Он не представлялся, парень и без того знал, с кем имел дело.
— Ты вчера вечером работал? — спросил Степан, предлагая парню сигарету.
— Спасибо!.. Да, работал.
— Бандиты подъезжали, видел?
— Как не видеть? Открывал им.
— Поздно уже было?
— Поздно. Продаж не было, а парни работали.
— Говорят, девушка вашего босса подъезжала?
— Да, была. Альбина.
— Красивая, говорят?
— Красивая, — пожал плечами охранник.
— Что-то не так?
— Да нет, реально красивая… Только плотная какая-то.
— Плотная?
— Спортивная, плечи развитые, ноги сильные.
— Движения мужиковатые?
— Да нет… Но женственности маловато.
— Маловато?
— Да не знаю, на мужика она точно не похожа. Но нежности ей не хватает… Мне больше нежные девушки нравятся.
— А подъезжала она на чем?
— На «девятке».
— Случайно, не красная?
— Красная…
— Сама за рулем была?
— Сама.
— А с ней еще кто-то был?
— Маринка была.
— Ты ее знаешь?
— Ну так…
— Маринка на «Фольксвагене» вроде бы ездит.
— Да, у нее «Фольксваген Гольф».
— А приехали они вчера на «девятке»?
— На «девятке».
— Это ее, Альбины машина?
— Это их со Славой машина. Слава ее битую взял, конфетку из нее сделал.
Степан кивнул, глянув на здание бывшего заводского цеха. Не сказал Паклин про свою «девятку», а почему? Про «Гольф» сказал, а про «девятку» нет.
С этой мыслью Степан и садился в машину, с нею же и отправился в отдел. Но свернул не к Битово, а на МКАД, взял курс на Коньково. Два раза он уже пытался встретиться с Альбиной, вдруг с третьего раза повезет. А поговорить с ней надо. Хотя бы потому, что вчера ее видели на красной «девятке».
Степан пожал плечами, выезжая на Кольцевую. Допустим, Альбина решила доказать всем, что ее парень не имеет отношения к убийству Конева. Призрачная версия, очень призрачная, но тем не менее, Степан допускал такую возможность. Паклин убил Конева, оказался за решеткой, на его бизнес наехал Ступор, и Альбина едва не стала жертвой бандитского беспредела. Альбина вернулась в машину, вместе с Мариной выследила Ступора и хладнокровно его убила. Как она это сделала, как выходила на цель, это уже другой вопрос. Теоретически убить она могла. И могла уехать — на красной «девятке», о которой почему-то умолчал Паклин. Но почему он умолчал? Потому что все знал и покрывал свою Альбину. Но как он мог знать, на какой машине Альбина ездила убивать Ступора, кто ему об этом сказал? В том-то и дело, что не мог он этого знать.
И все же Степан не свернул с пути и снова нажал на кнопку звонка у двери знакомой квартиры. В этот раз он застал Альбину дома. Внешне девушка была чем-то похожа на свою сестру, такая же красивая, только постарше. И погрубей. Лилия нежная, хрупкая, а эта действительно плотная, сбитая, грудь плоская, плечи широкие, джинсы сидели на ней как на мужике. И в чертах лица что-то мужское. Девушка куда-то собиралась, даже надела один ботинок на низкой подошве, второй держала в руках. И от двери она отошла, едва только открыла. И очень удивилась, увидев Степана.
— Ты кто? — спросила она, настороженно глядя на него.
Взгляд встревоженный, но страха нет, в нем угадывается готовность действовать. Альбина даже глянула на дверь в комнату, за которой она могла скрыться. А там, в комнате, возможно, пистолет.
— Капитан милиции Круча!
— Круча? —
