мы туда-сюда… Бабу одну пасем, думали, вот-вот съедет. А она застряла тут…
— Что за баба?
— Да вон стоит… Палатка там, белая, синие полосы…
— Альбина? — удивленно повел бровью Аркаша.
— Знаешь ее?
— Пойдем вмажем, пацаны! — Он шлепнул пальцем по горлу. — За помин души!
Кряж и Ларец переглянулись: а вдруг это какая-то ловушка? Но и отказываться нельзя. Если вдруг они попали, то им уже не соскочить, по-любому замочат. Если Альбина вдруг тут центровая телка.
Аркаша привел их в обычную торговую палатку, закрытую от ветра со всех сторон. Шкаф, раскладушка, стол, складные стулья, какие-то сумки, коробки. И еще здесь работал калорифер. Мощно работал, жаром от него тянуло, как от Змея Горыныча, уже на пятой минуте Кряж захотел расстегнуть куртку.
Аркаша достал бутылку водки, на столе стояли уже использованные одноразовые стаканчики, в них он и налил. И предостерегающе глянул на Кряжа, дескать, попробуй только отказаться.
— Ну, давай за Ступора! Земля ему, как говорится!..
Кряж выпил, закусил печеньем с кремовой начинкой. И Ларец не побрезговал выпить после кого-то, но после первой стопки поднялся.
— Пойду я, нам смотреть надо! — сказал он, выразительно глянув на своего напарника, чтобы тот как можно скорее присоединился к нему.
— За Альбиной смотреть? — Аркаша кивнул, глянув на «быка», который закрывал выход, чтобы посторонился.
— Ну да, — в ожидании глянул на него Кряж.
Уж очень он хотел знать, что такого необыкновенного в этой Альбине.
— Ну, хорошо…
Но Аркаша продолжал интриговать его. Предложил выпить за знакомство, затем поднял тост за боевое содружество, долго спрашивал, как там в Битово, чем живет братва.
— А что Альбина не так сделала? — наконец вернулся он к началу разговора.
— Да хрен его знает… Ступор на нее наехал, она сбежала, а через час его не стало.
— Ну все ясно! — шлепнул себя по коленкам Аркаша.
— Что ясно?
— Давай по маленькой!
Аркаша выпил, закурил.
— Что тебе ясно? — поторопил его Кряж.
— Да крыша у нее конкретная!
— Кто крыша?
— А вот и не скажу… Скажу только, что очень серьезные люди, да… Напряг у нас один с ней возник, прижали мы ее, так подъехали одни, привет от одного вора передали.
— От какого вора?
— Не скажу, не могу… Скажу только, что вор из новых, у него такой бизнес… Все!..
— И что, сказал не трогать?
— Ты что, плохо слышишь?
— И давно это было?
— Прошлым летом.
— Больше не подъезжали?
— Да мы ее больше и не трогали. Подставляться из-за каких-то копеек?
— А она у вас тут шмотками торгует?
— Ну ты в натуре! Ты что, мент?
— Да нет, просто знать надо. С меня же Сафрон спросит: что за дела, почему не пробил?
— Ну да, шмотьем торгует. Альбина, Маринка… Нормальные, в принципе, девчонки… Иногда, правда, исчезают.
— Куда исчезают?
— Говорят, что за шмотками ездят, — пожал плечами Аркаша.
— А ты сомневаешься?
— Да нет… Ну, может, и сомневаюсь… Я же знаю, у кого они товар на продажу берут.
— У кого?
— У вьетнамцев. Им на фиг ездить никуда не надо.
— Тогда куда они исчезают?
— Ну, они же не только куртками торгуют, джинсы у них, футболки…
— А вьетнамцы джинсы не шьют?
— Во дает!.. — хлопнул в ладоши Аркаша. — Давай на ход ноги и проваливай!.. Ну, и телефон мой запиши, вдруг дела какие-то.
Кряж выпил, обменялся с новым другом номерами телефонов, но разговор продолжить не смог. Аркашу вызвали на мелкий разбор, а за ним пришел Ларец. Альбина куда-то уезжала, они не могли упустить ее.
* * *
Даша отказывалась смотреть в глаза, но дверь в комнату уже не закрывала. Так и не вернулась она в Битово, Степану пришлось ехать к ней в Лесковку.
— Да пойми ты, убийство произошло, у этой Лилии муж — бандит. И его вчера ночью убили. А потом его друга убили, там же, возле дома.
— Красивая жена у бандита, — фыркнула Даша, давая понять, что ей все равно.
— Красивая не красивая, а убийство раскрывать надо.
— Раскрыл?
— Убийство?
— Жену!
— Лилия для меня всего лишь свидетель.
— Лилия!.. Сафрону она тоже понравилась!
— Не знаю.
— Знаешь! Сафрон к ней приходил, а ты его выгнал, потому что приревновал.
— Это тебе Ленусик сказала?
— А почему она приходила? Потому что узнала все это. Потому что обидно стало.
— Да нет, это Сафрон ее прислал, чтобы она тебя с толку сбила. Чтобы нас поссорить.
— Зачем?
— А ты не знала, что Сафрон — гнусный пакостник?
— Это ты сейчас придумал!
— А давай так. Когда пришла к тебе Ленусик?
— Часов в девять… Да какая разница, когда она ко мне пришла?
— Сказала, что я у Лилии?
— Ну сказала.
— И ты ей поверила?
— Нет, не поверила. Поэтому она повезла меня к ней.
— На такси?
— Нет, в первый раз мы на ее машине ездили. Это уже потом на такси. Я не захотела с ней ехать, она слишком пьяная была.
— А вы и в первый раз ездили?
— Да. Подъехали, смотрим, какая-то «девятка» стоит.
