Насколько я поняла из слов Мариллы, видящие рождаются редко. Так с какой стати Магия не бережет своих немногочисленных союзниц?
Я медленно повернулась к Электре, как всегда окруженной снопом искр и молний.
— Поговорим, — предложила я, понимая, что мне предстоит вынести — множество слов-разрядов, жалящих тело.
Но дальше так продолжаться не могло. Электра знает слишком много, используя меня при этом вслепую. Я устала быть марионеткой в ее руках. Во мне все еще живет страх перед болью, но желание докопаться до правды в этот раз сильнее. Ничего, потерплю. Но непременно все выясню!
Впрочем, даже с таким решительным настроем я понимала, что силы мои не безграничны. Долго я не продержусь, а потому спрашивать нужно о важном. Увы, разговор о матери Ка-эля придется отложить.
Добровольно подвергать себя электрошоку не было никакого желания. В итоге я подошла к беседе с умом и старалась задавать вопросы так, чтобы Электра могла ответить, не прибегая к словам. Сказать «да» можно и кивком, а «нет» — покачав головой.
Первым я задала вопрос, который волновал меня сильнее всего:
— Время в Аль-хоре пошло из-за меня?
Электра отрицательно качнула головой, и я с облегчением прикрыла глаза. Хоть одна хорошая новость! Меньше всего мне хотелось быть виновной в гибели целого мира.
— Но что случилось? Почему время снова идет? — задала я следующий вопрос.
И снова Электра меня пощадила, ответив не словами, а кивком головы. Она указывала на дракончиков, играющих неподалеку на полу. Все именно так, как я предполагала…
Пробуждение драконов оказало на мир настолько мощное влияние, что время снова запустилось. Глядя, как малыши играют, словно котята, охотясь друг на друга, я ни секунды не верила, что они сделали это нарочно.
Да, они шаловливые. Да, в процессе их игры мне не раз придется вскакивать, чтобы потушить ковер, подожженный Ворчуном, или вытереть воду, разлитую Шалуном. Я уже молчу о Счастливчике, который обязательно куда-нибудь встрянет и что-то попутно разрушит. И о Забияке, который непременно устроит драку с братьями и будет задирать сестру. Но это же дети! Все это они делают без злого умысла, а просто заигравшись.
Как поступят с ними дракониды, узнав, что именно их появление запустило время? Захотят избавиться, как от меня, или драконы слишком ценные? Хотя о какой ценности речь, когда судьба мира на волоске…
— Аль-хора погибнет, если не остановить время? — спросила я охрипшим от волнения голосом.
На этот раз Электра медлила с ответом. Кажется, она подбирала слова. Ей предстояло объяснить мне что-то важное как можно более кратко.
В итоге она уложилась в одно слово. Только понятнее от этого не стало.
— Запустить, — голос Электры прокатился по моему телу, заставив меня стонать.
Ох, я и забыла, насколько это неприятно. Давненько мы не болтали по душам. Может, так и гибнут видящие — от разговоров с Магией?
Дракончики тут же бросили игру и поспешили ко мне. Они сбились у моих ног и зашипели на Электру, безошибочно определив, кто причинил мне боль. Малыши защищали меня, выступая против той, кто пробудила их к жизни. Я не ожидала, что они сделают выбор в мою пользу, но тем приятнее.
Придя в себя, я обдумала ответ Электры. Я спросила, надо ли остановить время, на что она сказала — запустить. То есть Электра хочет, чтобы с времени сняли ограничение, наложенное драконидами, и оно снова пошло, как прежде. Но разве это не разрушит Аль-хору? А что если это и есть ее план? Я на такое не подписывалась!
— Ты хочешь… — я сглотнула ком в горле, — уничтожить этот мир?
— Спасти, — новое слово-разряд ударило в меня, спазмируя мышцы.
Но даже сквозь муки я нашла силы на улыбку. Это был тот самый случай, когда боль принесла облегчение. Электра, как и я, не разрушительница миров. Это уже огромный плюс.
Если она не врет, то еще не все потеряно. С такой помощницей у Аль-хоры есть шанс выстоять, а у меня — вернуть себе доброе имя.
Осталось самое важное и самое страшное. Вдохнув поглубже и сжав кулаки, я произнесла:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Скажи, что мне делать. Как помочь этому миру и себе?
Электра глянула на меня серьезно. Ее взгляд будто говорил — готовься, сейчас будет паршиво. Я стиснула зубы, чтобы не прикусить язык, и впилась ногтями в обивку дивана, а потом кивнула — говори.
— Запусти время пока не поздно, — пять слов прогремели взрывом в теле и мозгах.
Никогда еще Электра не говорила так много. По сути, она повторила уже сказанное, но более доходчиво. Видимо, считала это крайне важным.
Все, как я и предполагала. Электра была уверена, что именно запуск времени спасет Аль-хору. Причем сделать это необходимо как можно быстрее, иначе может быть поздно.
Мир просто разорвет на части от противоречия — пока дракониды удерживают время, присутствие драконов толкает его вперед. Одна сила схлестнулась с другой, и это ведет к катастрофе.
— Я поняла, — кивнула, когда мне стало полегче.
Если у меня и остались вопросы к Электре, сейчас их задать я уже не могла. Мне необходимо восстановиться после нашего общения. А еще я ужасно проголодалась. Слова Электры надо обсудить с Ка-элем, но сначала я поем.
30--2
Как говорится, на ловца и зверь бежит. Только я подумала об ужине, как раздался стук в дверь.
После общения с Электрой я все еще чувствовала себя отвратительно. Очень хотелось крикнуть: «Войдите!», и пусть гость сам открывает дверь. Но я не могла позволить себе такой роскоши. Вошедший тут же увидит дракончиков, которые все еще резвятся на полу.
Пришлось, кряхтя словно старая бабка, ковылять к двери самой. Приоткрыв ее так, чтобы не было видно комнаты за моей спиной, я выглянула в коридор.
Там стоял дворецкий. С невозмутимым видом он окинул взглядом мой прожженный халат и сообщил:
— Лорд Ка-эль дан Хофф приглашает вас на семейный ужин. Вам надлежит явиться в столовую ровно через два удара колокола.
Я поморщилась.
— А нельзя мне поужинать в своих покоях? Я дико устала, — это, кстати, чистая правда. Спасибо Электре.
— Присутствие на ужине обязательно, — отмел мои возражения дворецкий. — Лорд Ка-эль настаивает.
— Но мне даже надеть нечего, — привела я последний аргумент. — Этот халат — единственное, что уцелело.
— Вам невероятно к лицу его глубокий коричневый цвет. Уверен, лорд Ка-эль оценит ваш наряд, — вроде как сделал комплимент дворецкий.
Но именно, что «вроде как». Под «глубоким коричневым цветом» он подразумевал обожженную ткань. Сам халат до встречи со Счастливчиком был нежно-голубым.
С ума сойти, надо мной прикалывается даже дворецкий! Я поняла, что это был самый настоящий сарказм, только глядя в его удаляющуюся спину. Ах так! Ничего, я им докажу, что настоящая русская женщина может из ничего сделать платье, борщ и скандал.
Захлопнув дверь в коридор, я прижалась к ней спиной и осмотрела комнату. Праведный гнев придал мне сил, и я снова была готова на подвиги.
Что же надеть на ужин, где, похоже, соберется вся большая и странная семья Хоффов? Марилла нацепила на себя мужскую одежду, но мне этот вариант показался простым и скучным. Душа требовала размаха.
И тут взгляд остановился на шторах. Их знатно потрепали дракончики, но вот до тюля они не добрались. Он чудом уцелел, малыши просто его не заметили под плотными шторами.
Я подошла к окну, раздвинула шторы в стороны и пощупала тюль. Ткань тонкая, прозрачная, чем-то похожа на наш шифон, окрашена полосами — белыми и бежевыми. В целом приятные цвета.
Главное достоинство тюля было в том, что ни зубы, ни магия дракончиков его не коснулись. А значит, он сгодится. Жаль, на шитье времени нет. Придется вспомнить древних греков.
Я ухватилась за тюль и дернула его вниз в попытке сорвать с карнизами. Дракончики тут же бросились мне на помощь, решив, что это такая игра.
