дорожки до здания с подвалом, где обитал дракон, когда из-за спины донесся шорох шагов. Обернувшись, увидел в паре метров от себя мастера Линя. Старик был одет в безупречно чистое черное ханьфу: ни единой пылинки, рукава и воротник аккуратно выглажены. Сам свеж, выбрит, расчесан. Разве что от темных глаз веет холодом.
Встретившись со мной взглядом, мастер всплеснул руками и театрально улыбнулся:
— Китт! С самого утра тебя по секте ищу! Давно не виделись, к слову: не заходишь ко мне с просьбами, предложениями, не ищешь встречи. Заболел, или избегаешь меня?
Мастер говорил мягким тоном, на губах неизменно играла улыбка, но ледяной взгляд буравил меня, словно пытался что-то высмотреть.
Действительно, я в последнее время избегал мастера, тут он прав. Сложно объяснить внезапно возникшее расположение настоятеля.
Я спокойно посмотрел в холодные глаза, улыбнулся:
— Здравствуйте, мастер Линь. Просто в последнее время я учусь самостоятельности. Вы правы, было неправильно постоянно отвлекать вас.
Он едва заметно сощурился, ничуть не поверив в мое спокойствие, и ничего не сказал.
— Так вы хотели меня видеть?
— Точно! — охотно подхватил он. — Я хотел поговорить с самым талантливым зельеваром секты, по версии нашего настоятеля! Честно говоря, я впечатлён, Китт. Ты каким-то непонятным образом смог добиться уважения Свен Дэя, с которым раньше, напомню, вы были на ножах. Теперь от настоятеля только и слышно, какой ты, оказывается, гениальный зельевар. Вот я думаю: сколько в этих словах правды? И чем больше думаю, чем больше на тебя льет патоки наш глава, тем сильнее я уверяюсь, что ты и впрямь потрясающий мастер. Где проходит граница твоих умений, Китт Бронсон? Входит ли в твои таланты варка подчиняющих эликсиров, способных воздействовать на практика пятого ранга?
Меня будто окатило ледяной водой, но я не показал нахлынувших чувств. Вопрос был ожидаем.
Я скривился, как человек, которого неожиданно обвинили невесть в чем, и отчётливо процедил десятки раз отработанную у зеркала фразу:
— Мастер Линь, я никогда! В жизни! Подобным не занимался!
Старик колебался всего секунду. А потом вздохнул и сказал уже без улыбки, почти устало:
— Твои слова звучат искренне, однако я давно верю не словам, а фактам. А факты таковы: настоятель весьма резко поменял поведение, и ты сейчас в фаворе. Он из твоих рук есть готов, хотя до этого наслал проклятие. Я не могу придумать ни одной причины, кроме той, что только что озвучил. Пойми, Китт, я понимаю твоё стремление обезопасить себя! — Он кивнул, будто соглашаясь с озвученным решением. — Это в самом деле разумно — напоить подчиняющим эликсиром человека, который решил забрать у тебя все. Так вот… я понимаю тебя, и все еще могу помочь, смягчить последствия. Когда всё вскроется, защитить тебя я уже не смогу.
— Мне нечего сказать, не в чем сознаться, — твердо заявил я. — Если вы считаете, что настоятель стал относиться ко мне лучше, чем я того заслуживаю, вам лучше поговорить с ним, а не со мной.
— Если бы это было единственным изменением в поведении настоятеля, я бы и слова не сказал, — хмыкнул Линь. — Только вот прежде он был закоренелым приверженцем традиций, а теперь не против набора и обучения мало-мальски способных детей.
— И что? — я не понял этого примера. — Изменения вроде бы хорошие, секта на грани краха.
Мастер охотно кивнул:
— Изменения отличные и правильные. Более того — разрешение настоятеля всем мастерам и наставникам третьего ранга и ниже повысить ранг с помощью зелья — тоже вроде бы правильное и хорошее.
Линь вдруг шагнул, встав почти вплотную. Я едва удержался, чтобы не увеличить дистанцию. Мастер заговорил куда более тихим тоном:
— Но если вдруг хоть один из этих людей — хоть один, Китт! — станет петь тебе дифирамбы, я тебя просто убью. Несмотря на всё, тобою сделанное, несмотря на все твои связи с Квейтом Крайслером, с торговцами и самим принцем. Понимаешь? Раньше я тебя уважал, раньше ты приносил секте пользу. Сейчас, когда настоятель резко изменил своё поведение, я понимаю, насколько он был прав. Со всей безответственностью, импульсивностью и непреодолимым желанием ломать всяческие запреты, ты — угроза.
Я подавил малодушное желание опустить взгляд, но смотреть в ледяные озера его глаз тоже не мог. Разглядывая переносицу настоятеля, усыпанную расширенными порами, я почти спокойным голосом сказал:
— Надеюсь, что искать доказательства моей мнимой вины вы будете беспристрастно.
Если мастер Линь хотел найти какое-либо подтверждение своим мыслям, то он его не получил. Долгие пару секунд мужчина гипнотизировал меня взглядом, а потом сам отвел глаза, извлёк из рукава плотный свиток, перехваченный чёрной лентой, и вложил в мою руку.
— Ознакомься и действуй, — произнёс мастер без интонаций. — Пора окупить свое проживание и немного поработать на благо секты.
Развернувшись, Линь заложил руки за спину и пошёл прочь мерным шагом.
Как только мастер скрылся за поворотом, я бесшумно перевел дыхание и развернул свиток.
На бумаге был приказ, написанный нервным, чуть размашистым почерком. Если кратко — мне в составе назначенной группы (Лисса, Жулай, Сеона, Апелий) назначалось очистить зону в лесу от екаев. Далее мы должны были встретить бригаду строителей из Циншуя, обеспечить их защиту при сборке и монтаже неких «клеток», а после — охранять рабочих весь срок стройки. Карта зоны задания была у основной группы — у моих бывших товарищей.
Значит, «клетки». Похоже, Линь наконец желает повторить мою задумку с духовными животными. Интересно, не в том ли особняке, где мы нашли яйцо, будет проходить стройка? Если так, то ситуация еще интереснее — Линь берет мою задумку с питомцами, отправляет меня в место, которое мы обнаружили командой, и вместе с этим говорит, что я угроза и меня лучше уничтожить.
Конечно, у него есть основания так себя вести, но это не уменьшает комичности всей сцены.
Внизу было тепло и сухо. Раккар лежал на полу, подставив пузо под почесывания Лиссы. За последние недели дракон вытянулся еще сильнее и потяжелел килограммов до восьмидесяти. Шея стала чуть толще, гребень на затылке потемнел, жилы на крыльях окрепли.
В полумраке подвала расселись на старом диване и остальные члены славной компании.
— Привет, — сказал я ровно.
— Привет! — Тут же отозвался Апелий. Следом кивнул Жулай. Сеона коротко дернула подбородком. Зато Лисса не удержалась:
— О, да это же Китт! О тебе в последнее время только ленивый не говорит,
