— Мистер Икс, — я чувствую, что мне следует сделать реверанс или что-то в этом роде.
— Просто Икс, — его губы изгибаются в подобии улыбки. — Хотя нетрудно понять, почему вы чувствуете необходимость быть вежливой.
— Как вы? — спрашиваю я без необходимости.
Его улыбка становится шире.
— Потрясающе.
Я переплетаю пальцы.
— Спасибо вам за информацию о других жертвах Миллера.
— Миллера?
— Теренс Миллер. Серийный убийца-насильник.
— А, — кажется, его это забавляет. Хоть убей, не могу понять, почему.
Я перехожу к делу.
— Вы убили О'Коннелла.
— Я думаю, вы этого хотели.
— Нет, — поспешно отвечаю я.
Он смеётся.
— И теперь вы здесь, чтобы просить о помиловании для своих маленьких друзей.
— Я им ничего не говорила! — выпаливаю я. — Они не знают о вашей крови.
— Мальчик знает, что вы обратили его, но он остаётся человеком. Тот, из кого вы пьёте, тоже это знает. Что касается Майкла Монсеррата, что ж, — мурлычет Икс, — он подозревает, — он поднимает три пальца. — Раз, два, три, малышка Бо. Я очень ясно дал понять, что произойдет, если вы проговоритесь. Вы знали это с О'Коннеллом. Вы знаете это и сейчас.
— Но я не проговорилась! На самом деле они ничего не знают. Они не знают о флаконе. Они не знают о вас. Я никому не говорила о деймонах Какос, — я в отчаянии. — Я не нарушала условий нашего соглашения.
Он встаёт.
— Вообще-то, нарушили. Кровь предназначалась для вас, но вы отдали её другому. Кто-то может сказать, что это был бескорыстный поступок, — он скалит зубы. — Но всё будет напрасно, если я убью мальчика сейчас.
— Вы сильнее меня, — начинаю я.
— Я сильнее всех.
Я игнорирую его.
— Вы кичитесь силой. Вам нравится забавляться со мной, как с игрушкой. Так что, если хотите кого-то наказать, накажите меня. Они не подозревают, что в этом замешан деймон Какос. Оставьте их в покое.
Его извилистые татуировки сливаются воедино, их резкие очертания размываются.
— Вы забываете, что я могу читать ваши мысли, — говорит Икс. — Вы можете показаться крутой, но я чувствую ваш ужас.
— Вам это нравится? — рычу я.
Икс снова смеётся.
— Я не чудовище. Кроме того, я относился к вам более чем справедливо. Вы здесь, потому что знаете, что у меня есть причина навестить их, — от того, как он мурлычет при слове «навестить», у меня внутри всё переворачивается. — Навестить, — повторяет он. — Это не страшное слово, — его глаза сверкают.
— Пожалуйста, Икс, — шепчу я.
— Пожалуйста с вишенкой сверху? — он медленно облизывает губы. — И со взбитыми сливками?
Я молча смотрю на него. Он подходит ко мне, протягивает руку с длинным указательным пальцем и проводит им по моей щеке. Я стараюсь не вздрагивать, но мою кожу покалывает от его прикосновения.
— Интересно, что для этого потребуется… — бормочет он, не заканчивая фразу. Он заставляет себя немного встряхнуться. — Что ж, хорошо. Поскольку ваши друзья не знают правды, я дам им шанс. В обмен на небольшую услугу.
Я слишком насторожена, чтобы почувствовать облегчение.
— Что?
Икс пожимает плечами.
— Пока не знаю. Мне нужно это обдумать.
— Вы не можете так поступить, — утверждаю я. — Вы не можете требовать какой-то неназванной услуги. Это может быть что угодно, — насколько глупой он меня считает?
— Мисс Блэкмен, вы достаточно глупы, чтобы пытаться договориться о пощаде с деймоном Какос, — он поднимает брови. — Это не то, чем мы обычно славимся.
— Разве вы не говорили мне, что вы начинаете всё с чистого листа? Присоединяетесь к нормальному обществу?
— Нормальное общество? Вы имеете в виду, где женщин похищают средь бела дня, жестоко насилуют и затем убивают? Или где деймоны пытаются стрелять в детей из-за отрезанных ушей? Это нормальное общество? — я не могу ему ответить. Он складывает руки на груди. — Таковы мои условия. Услуга. Которая будет выполнена в любое время и любым способом по моему выбору. Соглашайтесь или не соглашайтесь.
Он знает, что у меня нет выбора. Не утруждая себя словами, я думаю о словах, проговаривая их в уме. «Ладно. Придурок ты этакий».
Икс морщится.
— Не нужно кричать. И думаю, я предпочёл бы обращение «мистер Икс», — он указывает на дверь. — Вы можете идти, — говорит он. Затем с ужасающе плохим русским акцентом: — До свидания, мистер Бонд.
«Ты получила то, за чем пришла, Бо, — говорю я себе. — Убирайся, пока ещё можешь». Я поворачиваюсь и ухожу, не обращая внимания на смех Икса, эхом отдающийся у меня за спиной.
Глава 21. Два
Коннор протягивает мне запястье. Я смотрю на него, потом на его лицо.
— Не возражаешь, если я попробую попить из твоей шеи? — спрашиваю я.
В глазах вспыхивает неподдельный восторг.
— Правда? Думаешь, ты сможешь с этим справиться?
— Конечно, — отвечаю я, стараясь придать себе как можно больше уверенности. До сих пор я цеплялась за обещание лекарства. Возможно, я не была уверена, что приму его, но его потенциал поддерживал всё, что я делала. Я знала, что есть способ избавиться от вампиризма и вернуться к нормальной жизни. Но я отдала эту возможность Rogu3 и не собираюсь сожалеть об этом. Что сделано, то сделано. Мне нужно усерднее работать над принятием себя.
Коннор наклоняет голову набок, чтобы облегчить мне доступ к его яремной вене. Теперь я знаю, что пить кровь — это скорее дело ума, а не нечто физиологическое. Когда я пила из Rogu3, я не колебалась, потому что он мог умереть из-за моей брезгливости. Так что я позволяю своим клыкам вырасти, подхожу и делаю то, что нужно. Закончив, я вытираю рот.
— Завтра в это же время? — спрашивает Коннор.
— Вообще-то, — возражаю я, — я собираюсь попробовать кого-нибудь другого, — несмотря на ненависть к вампирам, которая сейчас бушует по всей стране, вокруг всё равно много желающих вампеток.
На его лице появляется выражение обиды.
— Я тебе больше не нужен?
— Коннор, ты всегда будешь мне нужен, — успокаиваю я его. — Но тебе нужны силы. Мне сказали, что в «Новом Порядке» телефон разрывается от звонков.
Он широко улыбается.
— Ты видела, что пишут о тебе в интернете?
Я озадаченно качаю головой. Он указывает на компьютер в углу.
— Смотри.
КРАСНЫЙ АНГЕЛ МИЛОСЕРДИЯ
Прошлой ночью вся страна с ужасом наблюдала за шокирующими событиями, развернувшимися в суде Агатосов. Террористы ворвались в здание, потому что, как сообщили источники, близкие к месту происшествия, они пытались найти отрезанное ухо, принадлежащее Тобиасу Ренфрю, эксцентричному миллиардеру, который пропал без вести более пятидесяти лет назад.
Но на что деймоны-террористы не рассчитывали, так это на Бо Блэкмен, вампиршу, которая храбро оставила Семью Монсеррат, чтобы попытать счастья в самостоятельной жизни. Появилась видеозапись, на которой Блэкмен спасает одну женщину, а затем снова бросается в огненные глубины, чтобы помочь другим.
Её героические действия не ограничивались судом Агатосов. Следом она помчалась к школе Банбери, где снова дала отпор деймонам, расправившись с двумя убийцами.
Блэкмен не только достаточно храбра, чтобы отказаться от могущества Семьи, но и является настоящей героиней, спасающей жизни невинных жертв. «Она ангел», — заявила Маргарет Моррисон, секретарь в приёмной суда Агатосов.
Меня слегка подташнивает — и это не от крови Коннора. К статье даже прилагается фотография: мой силуэт на фоне зарева пожара и красных огней машин скорой помощи. Большая часть моего лица в тени, но уголки рта плотно поджаты. Я выгляжу не как ангел, а скорее как буйная сумасшедшая.
— Я не убивала тех деймонов, — протестую я. — Это сделал Майкл. И у меня есть серьёзные сомнения в том, что Мэг назвала меня чёртовым ангелом, — я качаю головой. — Они все неправильно поняли.
— Телефон разрывается, потому что люди хотят с тобой поговорить, — говорит Коннор. — Мы хотели, чтобы вампиры выглядели лучше, и у тебя это получилось. Видео, на котором ты выходишь из здания суда с этой женщиной, разлетелось повсюду.
