Я скачала одно из тех приложений для мониторинга сна и прислонила телефон к окну, снимая опушку леса ранним утром, и я снова видела его.
Если Шон всегда был таким созданием, рассказал ли он правду своим братьям?
Черт, его братья. Я даже не думала о том, каким образом они были частью этого. Они все волки?
Все волосы у меня на затылке встают дыбом, и я перестаю мешать тесто. Медленно поднимаю глаза на двух братьев, болтающих передо мной.
Эйден бессвязно бормочет:
— …Я никогда не смог бы переехать в город побольше, чувак. Здесь становится слишком людно из-за того, что съезжаются все свадебные гости, я едва смог припарковаться сегодня утром. А потом мама накричала на меня за то, что я пропустил ту газету, в которой говорилось о том, что опять видели волка…
Логан закатывает глаза, вздыхает и шлепает его влажным кухонным полотенцем.
— Я имею в виду, видели койота, — неловко поправляет себя Эйден. Они оба замолкают и смотрят на меня, момент более красноречивый, чем все остальное, что они говорили.
О Боже. Они все оборотни.
Если бы я не видела этого своими глазами, смогла бы я вообще соединить все точки? Или их ужасные попытки сохранить это в секрете продолжали бы пролетать мимо моего внимания?
Я быстро опускаю взгляд, и они возвращаются к мытью последних нескольких противней. На самом деле это просто быстрое полоскание с мылом.
Шон, всегда мастер выбирать время, именно сейчас появляется на кухне и направляется прямиком к кофеварке, где давно остыл наполовину пустой кофейник.
Мои зубы скрипят, когда я смотрю на них троих. Гребаные засранцы. Они просто позволили мне оставаться в полном неведении.
И все сны, которые мне снились о встрече с волком в лесу и о том, как я позволяю ему лизать меня до конца… мои щеки вспыхивают. Если все они волки, и мы находимся на территории сверхъестественного, было ли в моих снах больше смысла? Может быть, это не просто мое подсознание переживало из-за подготовки к свадьбе и появления Шона, и все соединилось с новостями о койотах?
И Эйден дразнил меня за то, что я верю в дежавю и интуицию. Я собираюсь врезать ему за то, что он заставил меня думать, будто такие вещи были глупыми и слишком сверхъестественными, чтобы существовать в реальности.
Взволнованная и пытающаяся сдержать свой внезапный гнев, я испускаю вздох, слишком раздраженный, чтобы быть просто вздохом.
Все их взгляды немедленно устремляются на меня, и их внимание ощущается тяжестью на моей коже. Я делаю глубокий вдох через нос, и бросаю взгляд на Шона. Я живу здесь уже много лет, и мне не снились влажные сны об оборотнях. Их не было, пока не появился он.
Он единственный, на кого я сейчас по-настоящему зла, и я хочу увидеть, как он будет корчиться.
Я быстро встречаю их любопытные взгляды и пожимаю плечами.
— Я не знаю, почему все продолжают говорить о койотах. Они такие… обычные.
— Обычные? — спрашивает Эйден, в его голосе слишком много беспокойства.
— Да, не думаю, что я когда-либо жила где-нибудь, где не было бы случаев появления волков и нападений животных, — говорю я вслух, стараясь говорить как можно более непринужденно. Я обвожу взглядом всех на кухне. — В последнее время на моих дверях появилось много царапин от диких животных. Они подходят прямо к дому, это так странно.
Шон выглядит так, будто вся кровь отхлынула от его лица, и он концентрируется, притворяясь, что потягивает кофе из своей кружки, и, честно говоря, если я отняла у него пару лет жизни этим комментарием, меня это устраивает.
— Это… это так страшно, — пытается сказать Эйден, и ему не удается скрыть свой ужас.
— Я просто думала, что это нормально, — настаиваю я, а затем многозначительно смотрю на Шона. — Разве ты не помнишь? Я бы сказала, что это было довольно часто в… колледже? Мы познакомились, когда я училась в колледже.
— Тогда я действительно не обращал внимания на новости, — слабым голосом говорит он в свой кофе.
Логан метает в Шона взгляды-кинжалы с таким количеством эмоций, какого я никогда от него не видела. Я надеялась просто намекнуть, что на свете полно других оборотней, но, похоже, они поняли что-то еще из моего комментария. Интересно, заметили ли они, что волк явно преследовал меня последние несколько недель?
Судя по свирепости в выражении лица Логана, я думаю, можно с уверенностью предположить, что все они волки. И если это семья оборотней… внезапно становится понятно, почему мы с Шоном не могли быть вместе.
Возможно, мы были ошибкой с самого начала.
Шон выскальзывает из кухни, поджав хвост, возможно, не совсем метафорично. Эйден и Логан продолжают пытаться общаться за моей спиной, когда я снова переключаю свое внимание на плиту. Я вижу, как они шевелят губами и жестикулируют друг другу в отражении на полированной кафельной задней панели.
Меня не волнует, что я только что разворошила осиное гнездо. Или метафора с волчьим логовом будет уместнее, неважно.
Неудивительно, что остаток дня я провожу, стараясь как можно меньше контактировать с кем-либо из них, без особых усилий с моей стороны. Эйден почти убегает в противоположном направлении всякий раз, когда я выхожу в коридор. Логан каким-то образом умудряется быть еще менее доступным, чем обычно.
И Шон наконец-то выполнил свое обещание оставить меня в покое. Конечно, именно тогда, когда я действительно хочу поговорить с ним и, наконец, получить ответы на некоторые вопросы.
После долгого дня перепроверки, все ли у меня готово к завтрашней свадьбе, я ловлю себя на том, что смотрю на заднюю дверь своего маленького коттеджа, прокручивая ту же запутанную паутину мыслей, пока макаю пакетик мятного чая в кружку с горячей водой.
Я хочу, чтобы мы сели только вдвоем, прижавшись друг к другу, как мы привыкли делать субботними утрами, и обсудили каждую маленькую мысль и беспокойство, что крутятся у меня в голове. Я скучаю по тому, как он помог бы мне распутать мои мысли, найти все потертые края и помочь мне снова собрать все в аккуратный маленький клубок.
Мне нужно поговорить с ним об этом, но я не уверена, как. Он может просто отрицать все, и я уверена, что он так и сделает. Если он не сказал мне, когда на карту был поставлен весь наш брак, почему он просто сдастся и скажет мне сейчас?
От этой мысли у меня в горле встает твердый, болезненный комок. Все это время я
