После этого случая он больше не решался заговаривать с ней о браке.
По пути к Брэду Страйкеру Рори заглянул в контору к Спенсеру Харду.
Заметив ружье, тот спросил:
– Собрался на охоту?
– Да, на Брэда Страйкера, – отозвался Кленденнинг.
– Он, конечно, подонок, но, если ты его убьешь, к сожалению, тебе придется отвечать перед законом. Хотя, может быть, он и заслуживает смерти.
– Я не собираюсь его убивать. По крайней мере не сегодня. – Кленденнинг опустился на стул. – Так, припугнуть немного.
– Брэда Страйкера нелегко напугать, друг мой, – вздохнул судья. – Что он сделал на этот раз?
– То же, что и в прошлые месяцы, когда он сбрасывал мои фургоны с дороги. Только на этот раз жертвой оказался я. Один из его кучеров пытался сбросить меня в ущелье.
Он подробно рассказал Харду, что случилось. Хард кивнул:
– Я понимаю твой гнев, но я действительно не представляю, что здесь можно сделать. Страйкер всегда объясняет это случайным стечением обстоятельств. А как мы можем доказать обратное? Я предупреждал – тебе придется нелегко с Брэдом. Он так поступал и раньше, с владельцами других фрахтовых компаний. Сбрасывал их фургоны с дороги. А потом приходил ко мне и просил уладить дело так, чтобы не дошло до суда. В конце концов мне стало неприятно заниматься этим, и я отказал ему. Могу предложить тебе то же, что и раньше, – затеять тяжбу, довести дело до суда...
– Тяжба – это не выход. Пока что я схожу к нему и дам понять, что он меня не запугает и не заставит бросить заниматься фрахтом. Со мной это не пройдет.
Рори поднялся, взял дробовик и направился к выходу.
– Только будь осторожен. С твоим взрывным темпераментом он легко сможет тебя спровоцировать.
– Постараюсь держать себя в руках.
Контора Страйкера находилась рядом с его конюшней в северной части города, в двух кварталах от Си-стрит.
Рори остановился в метре от двери, опустил ружье дулом в землю и, не снимая руки со спускового крючка, крикнул:
– Страйкер! Брэд Страйкер, выйди на улицу! Мне нужно сказать тебе пару слов!
Ответом ему было молчание. Он подождал минуту, потом прокричал:
– Если ты не выйдешь, я продырявлю тебе дверь картечью!
Дверь распахнулась, и на пороге показалась мощная фигура Брэда Страйкера. Он остановился на крыльце и хмуро взглянул на Кленденнинга.
– Что это значит? И кто ты такой, что ревешь, как осел, у меня перед дверью?
– Я Рори Кленденнинг.
– А, Кленденнинг. Наконец-то мы встретились. Чем могу помочь, мистер Кленденнинг?
– Я пришел предупредить тебя. Твои люди сбросили в пропасть два моих фургона. Кучера погибли.
– Да, я сожалею об этом. – Страйкер сделал серьезное лицо. – Примите мои соболезнования, мистер Кленденнинг. Я предупрежу своих кучеров, чтобы они были осторожнее. Но знаете, по случайности все бывает.
– Это не было случайностью, Страйкер! Нам обоим это известно. Я пришел сказать тебе, что теперь все мои кучера вооружены, и им приказано стрелять, если любой из твоих фургонов приблизится к ним.
Страйкер улыбнулся:
– Ты угрожаешь мне?
– Предупреждаю, угрожаю – называй это, как тебе больше нравится. Я просто пришел сказать тебе, Страйкер, что мне это до смерти надоело. – Он медленно поднимал дуло ружья, пока оно не оказалось на уровне груди Брэда Страйкера.
– Я не потерплю угроз, Кленденнинг. И не имею привычки ходить вооруженным, – Страйкер отвернул полы пиджака, показывая, что он не носит кобуры, – как видишь.
– Тогда у вас есть два выхода, мистер Страйкер, – жестко ответил Кленденнинг. – Либо оставить в покое мои фургоны, либо начать носить оружие. Потому что в следующий раз, когда один из ваших кучеров попытается столкнуть моего в пропасть, он умрет. А после этого я приду повидать вас. С этим дробовиком. До свидания, сэр!
Когда заносчивый молодой щенок зашагал прочь, Брэд Страйкер уже с трудом сдерживал ярость. У одного из его людей, стоявших за спиной, было оружие, Он, конечно, мог взять у него пистолет и разрядить его Кленденнингу в спину. Но знал, что этого не сделает. Не при свидетелях. Около двадцати бездельников слышали их разговор. Слышали, как его, Брэда Страйкера, публично унизили! Только несколько человек, осмелившихся оскорбить его, еще оставались в живых.
Страйкер повернулся и, грубо растолкав своих людей, поднялся по лестнице на второй этаж. Войдя в контору, он схватил со стола бутылку и приложился к горлышку. Подождал немного, пока выпивка подействует. Затем сел за стол и задумался, решая, как ему поступить с Кленденнингом. Он мог бы послать одного из своих людей темной ночью, чтобы тот навсегда успокоил задиристого щенка, пристрелив его. Но было слишком много свидетелей их встречи. Поэтому подозрения немедленно падут на него. Вряд ли его причастность к этому делу будет доказана, но все равно лишние проблемы сейчас Страйкеру были не нужны. Умнее было бы временно залечь на дно и оставить фургоны Кленденнинга в покое. Конкуренция на самом деле не настолько сильно беспокоила Страйкера. Его целью было остаться единственной фрахтовой компанией в городе. Тогда бы он смог наконец взвинтить цены и заставить раскошелиться владельцев рудников.
Если он затаится на некоторое время, Кленденнинг подумает, что он испугался, и ослабит бдительность. А люди скоро забудут об их разговоре. Тогда можно будет и убрать молодого петушка. Это должно выглядеть как обычное убийство. Пусть Кленденнинг думает, что он испугался. Это был единственный разумный выход. Страйкер тихо зарычал и хватил по столу кулаком. Если бы ему удалось избавиться от этой проклятой девчонки, Серены Фостер! Тогда бы он не беспокоился о такой ерунде, как фрахтовая компания. Он стал бы таким богачом, каким ему и не снилось!
В разговоре со Спенсером Хардом он как бы невзначай затронул этот вопрос.
– О наследстве Серены не может быть никакой речи, пока она не найдется, – коротко ответил судья.
– Ну а если ее нет в живых?
– В этом случае по закону должно пройти некоторое время, пока смерть ее не будет доказана и точно установлена. – Хард перевел на Страйкера испытующий взгляд: – Я не совсем понимаю проявление твоего внезапного интереса к этому, Брэд. Ты что, торопишься унаследовать публичный дом?
– Э, вовсе нет, судья, – торопливо ответил Страйкер. – Просто надо разобраться с этим делом. Меня удручает, что такой чудесный дом стоит пустой, без хозяина.
– Я защищаю интересы Серены. Если возникнет вопрос о наследнике, все будет сделано законно и открыто. Когда она найдется, живой или мертвой, тогда посмотрим.
Придя в контору, Страйкер первым делом сделал пару добрых глотков виски. Как ему хотелось, о, как же ему хотелось, чтобы у него на руках были доказательства смерти Серены Фостер! И он мог бы принести и предъявить их этому упрямому старику! Страйкер недоумевал: что же с ней случилось? Исчезла, будто растворилась в воздухе. В последнем послании несколько месяцев назад Ли По писал, что ее скорее всего нет и в Сан-Франциско. Страйкеру оставалось только ждать. Он понимал, что возвращаться еще раз к этой теме было бы глупо. Последнее время судья его недолюбливает. Даже отказался вести его дела. Упрямый старый дурак! Он стукнул по столу кулаком и поднялся. Нужно попробовать снова обратиться к Ли По. Да, он пошлет ему телеграмму прямо сейчас и предложит хорошее вознаграждение.
