воткнулась прямо перед ним. Но щитовик не зря ел свой хлеб: он расположил силовой щит так, чтоб теперь прикрывать и лесного колдуна Ждана. Пара стрел тут же вонзилась в руку убитого Николая, но ему уже было все равно. Во время боя нужно заботиться о живых, о мертвых заботятся уже после боя. Потекли бесконечные минуты попыток связаться с городскими чародеями. Хоть с кем-то. Хотя для остальных, не чародеев и не магов, в обоих отрядах ничего не изменилось. Горожане отбивали атаки, стоя на открытой местности, надеясь исключительно на свои «Витязи», а лесовики порхали под мимикрией туда-сюда, стараясь не застывать на месте. С их легкими «Неврами» и чутьем волколаков, остаться на месте было равносильно смерти.
– Все, командир, – раздался через некоторое время голос Ждана в наушниках, – связались, через десять минут тут будут два танка и еще один караульный наряд. Мы можем сваливать, ребят подберут.
– Не сразу, – ответил Кий, – десять минут нужно еще продержаться. Уйдем, как покажется помощь в пределах видимости.
– А нас танки не накроют?
– А пойдем в другую сторону от волколаков и в режиме мимикрии. Парни палить будут по волкам, а мы войдем в лес с другой стороны, и Алексей своих предупредит чтоб по нам не стреляли.
– Предупрежу, – кивнул богатырь Попович.
Все так и вышло, как планировали. Когда на горизонте появились танки, отряд Кия шмыгнул в сторону и ушел в лес. Алексей предупредил своих, и те расстреливали исключительно только волколаков.
А Кий со своими ребятами тихонько, не торопясь дотопал до Китежа. Где и выдал на-гора все, что узнал. И о том, что Город пока не атакуют, и о том, что городские власти не пойдут на мировую с Китежем на равных условиях, и о переходе большинства сильных чародеев под крыло Кощея.
А потом они всем отрядом весь день гудели, отмечая внеочередные звания.
Глава 7 Штурм
Глава 7. Штурм
Город. Когда идешь по Городу, впитываешь его мощь и величие всем своим организмом. Над тобой возвышаются огромнейшие здания, уходящие высоко вверх под облака, вокруг тебя здания поменьше и пониже стоят ровными рядами, словно воины на построении перед парадом. Под ногами простираются асфальтовые дороги для транспорта и прорезиненные тротуары. В немногочисленных бульварах, скверах и садах зеленеют кустарники, деревья и другие зеленые насаждения. Все чинно, благородно расчерчено точными линиями и сложено в геометрические фигуры. В Городе не могло быть такого, чтоб за первым домом шел пятый, а рядом с ним, чуть в сторонке, стоял третий. Алексей как-то в библиотеке видел план одного из городов на далекой прародине первых колонистов, так там был сумбур и ужас. На одной улице стояли дома с одним и тем же номером, но разными буквенными обозначениями корпуса. И таких домов было одиннадцать, от «а» до «к». На другой карте улица извивалась ползущим ужом, пытаясь укусить себя за хвост, пересекая перпендикулярные дороги иногда сразу в двух местах Людям, идущим по этой улице, видимо, было очень трудно понять, где они находятся и куда дальше идти. А еще на одной карте какого-то города номера домам присваивались по мере их постройки. Вот там было весело: около пятого дома стоял тринадцатый и девятый, а седьмой соседствовал с первым. Соседняя же улица вся состояла только из четных домов. Видимо, архитекторы планировали сначала нечетную сторону, но по каким-то причинам решили ее не строить. В Городе такого быть не могло. В Городе за первым домом шел третий, за ним пятый, дальше – седьмой, если это была нечетная сторона. Улицы все были выведены, словно на плане чертили по линейке, и соприкасались друг с другом только под прямым углом. Все было понятно и точно.
Это если смотреть на Город снизу, а вот если сверху, то все эти линии виделись воочию. Алексей стоял на стене и смотрел на Город. Правда, его службой было сейчас смотреть за Город, но он нашел несколько мгновений посмотреть на творение рук человеческих, в котором он живет. Николай был убит, Алена лежала в госпитале. Рана была не очень тяжелая, стрела не задела кости, но, как уверяли медики, наконечник стрелы был или испачкан, или специально вымочен в каком-то растворе, который уменьшал свертываемость крови и задерживал заживление. Богатырь не знал, на каком уровне решался вопрос по его группе, но пока решили не давать им медика и чародея, а отправить выжившую троицу нести караул на крайней стене. Раньше такой службы не было. Все оперативное наблюдение со стен вела автоматика, но сейчас, когда Лес вокруг городских стен кишел псевдами, притом организованными и вооруженными псевдами, решили автоматику дополнить человеческими глазами. Оно и правильно. Где камера не заметит высунутую из–за дерева лапу, человеческий взгляд это может сделать, дорисовав недостающий силуэт в уме, на что автоматика попросту не способна.
Было раннее утро, но солнце уже поднялось над Городом, и уличное освещение в жилых кварталах выключили. Это делалось автоматически. Если есть халявный дневной свет, чего расходовать электричество? Через два часа пятнадцать минут выключат свет и в квартирах. А зачем он будет нужен до вечера? Через два часа все взрослые выйдут из дома на работу, детей заведут в детские сады и школы, стариков завезут в дома престарелых. Зачем в пустой квартире электричество? Холодильников, стиральных машин, которые ставятся на таймер, в квартирах не было. Первых не было по причине централизованного общественного питания. Всех кормили на работе, в саду, в школе, в свободное время можно было поесть в столовых. А стиральные машины заменялись раскиданными повсеместно по Городу пунктами химической и биологической стирки личных вещей. Потом взрослые заканчивали работу или службу и ехали домой, забирая попутно всех, кого утром завезли по дороге. К их приезду электричество в жилые районы было уже подано, а с наступлением сумерек подавалось и уличное освещение. И так день за днем, год за годом от сотворения Города. И будет продолжаться дальше, пока будет стоять Город.
И тут взор Алексея привлекло движение в ближайших к стене кустах. Оно было легкое, еле заметное глазу, даже автоматика на него не среагировала, но что-то дернулось в душе у богатыря. Парень включил увеличение, опцию
