и петляла, из-за чего попасть по ней было нереальной задачей.
Твою мать! Она что, понимает, что такое огнестрел?
Вова в сердцах плюнул и выругался. Догонять мута в такой ситуации и так было рискованно, и он выскочил из машины, побежал за ней скорее из азарта. А уж в лесу ее вычислять…дураков тут нет. Да уж, необычная тварь. Все-таки они серьезно меняются, очень серьезно.
Еще раз чертыхнувшись, Вова развернулся и побежал к дому, за которым скрылся Женя.
Оттуда палили, и это очень плохо. Очень плохо…
Проскочив по улице, завернув за угол, Вова наткнулся на «Ауди», стоящую нараспашку, а следом он услышал, как кто-то незнакомый орет и ругается. Бегом оббежав сарай, Вова осторожно заглянул в дверной проем.
А там картина маслом по бетону: на полу в быстро растекающейся луже крови лежал Джей с окровавленной головой и торчащей из груди рукоятью ножа. Женька точно был без сознания. Во всяком случае, Вова надеялся, что всего лишь без сознания, а не…
А рядом с Джеем катался по полу какой-то незнакомый молодой парень с напрочь развороченными пальцами и кистью правой руки. Катался и орал благим матом. Ну да ему было простительно — от кисти остался разве что большой палец и обрывки мизинца. Остальное было сорвано с костей взрывом и валялось мелкими фрагментами по всему сараю.
Это как же он так?
Вова разглядел рукоять из коричневого пластика, знакомую ему еще вначале их приключений. Это была ручка того самого револьвера, про который Женя не раз говорил, что всякий выстрел из него — это рулетка. То ли пальнет, то ли взорвется. И тут Вова сложил два плюс два, понял, что тут произошло. Парнишка устроил засаду, напал на Джея, отобрал револьвер и… Кажется, парень сорвал джекпот… Точнее джекпот сорвал Джей, если выжил, а вот парню попался сектор приз на барабане в прямом и переносном смысле.
Похоже, Джей и впрямь родился в рубашке, потому что его револьвер сослужил ему последнюю службу, оторвав к чертям руку нападавшему.
Вова бегом заскочил в сарай и без особых изысков зарядил парню в лоб прикладом. Силушкой Вова был не обижен, так что эта дрищавая гнида моментально закрыла глаза и отрубилась.
Убедившись, что противник больше не опасен, Вова, выдав длинную, матерную тираду, подскочил к Жене, рухнул на колени и попытался привести его в чувство. Но приятель мало того, что в себя приходить не собирался, так еще и явно готовился отойти в мир иной — дышал поверхностно и вообще, бледнел на глазах.
Вова в принципе был не особо склонен к панике. Ему приходилось бывать в стрессовых ситуациях и он умудрялся всегда сохранять спокойствие и холодный рассудок, но тут…
Он почувствовал, как внутри поднимается волна отчаянья, которая требовала от него действий. Немедленных, неотложных действий. Но Вова эти эмоции мгновенно подавил. Тут нужно действовать точно по инструкции. Быстро, но не судорожно хватаясь за все подряд.
Вова заставил себя глядеть на ситуацию словно со стороны. Только так было максимум шансов на успех. Если ты нервничаешь, боишься, что не сделаешь то, что от тебя требуется, то обязательно ошибешься. А права на ошибку у него не было, так что Вова действовал, как робот, и к делу приступил строго «по инструкции»: начал с осмотра.
У Джея на лбу, начинаясь примерно на уровне глаза и уходя куда-то за ухо, была громадная, обильно льющая кровью рана. Но все же на первый взгляд, пусть она и кровоточила, Вова не назвал бы ее смертельной. Опасной, неприятной, но не смертельной. А вот в груди Жени торчала «бабочка», по-умному зовущаяся балисонг, вогнанная под каким-то странным углом. И вот это, пожалуй, было куда серьезнее рваной раны на голове.
Хм…а как вообще можно было так ножом ударить? Ага, похоже, удару помешал висевший на шее Женьки бинокль, который тот прихватил из машины. Поэтому и лезвие ножа сместилось, ударило криво.
Ну-с, осмотр ран окончен, наиболее опасная рана определена, теперь нужно решить, чем в первую очередь можно помочь раненому. Из курсов первой помощи, которые регулярно на больших игрищах страйболистов читал один из коллег Аньки, Вова помнил, что при ранении в грудь главное — не трогать то, что торчит из тела. Уберешь — осложнишь ситуацию. Но и сейчас дела хуже некуда: доносящиеся при дыхании Жени хрипы — это точно плохо. Насколько плохо — Вова понятия не имел, но точно помнил — если наблюдается такое, то нужны спецсредства. Нет таких — подойдет любая не пропускающая воздух хрень, хоть целлофановый пакет. Ее надо максимально плотно примотать к телу так, чтобы воздух не попадал в рану.
Вот только как это совместить с тем, что нож нельзя трогать? Да и…чем рану то заткнуть, а? Когда слушаешь курс первой помощи, все предельно ясно и понятно, однако на практике…
Вова принялся шарить по карманам и обнаружил, что ничего подходящего у него нет. Но тут его взгляд упал на разгрузочный пояс Джея, на котором висела целая куча всяческих подсумков.
Быстро осмотрев подсумки, Вова нашел две очень важные вещи. Во-первых, Жека таскал с собой и бинт, и перекись. А во-вторых, в медподсумке нашелся жгут. Обычный, старого образца жгут. Такие в кино про Моджахедостан бойцы на приклады АКС наматывают. Видимо, хозяйственный Джей прибрал его в хате Мурлока, больше негде, и пихнул в карман. И молодец. Если бы намотал на приклад — позор Жене и стыд.
Тот же самый Мурлок им когда-то рассказывал, мол, растягивается жгут моментально, а натянув его на приклад, ты превращаешь архиважный в определенной ситуации жгут в бесполезный мусор.
Но Женя его в таковой не превратил, таскал в подсумке, за что ему честь и хвала.
А еще у Жени в подсумках оказался моток скотча и изолента. Как раз то, что сейчас и было нужно. «Гномовитость» товарища в очередной раз пригодилась, причем ему же самому, точнее для спасения его же жизни.
Вова щедро плеснул перекисью водорода на рану, та зашипела и запузырилась. Подумав, он разорвал на Жене рубаху до живота — все равно ей уже хана была, а так ему становилось намного удобнее добираться до раны. В момент, когда ткань с треском разошлась, нож в ране чуть провернулся и просто выпал из нее. Вслед за ним толчками пошла кровь.
К счастью, темная.
Но вова все же испугался не по-детски, и как всегда, чтобы успокоиться выдал настолько витиеватую матерную фразу, что даже опытные строители позавидовали бы.
