впервые убил человека. Даже не одного, сразу двоих!
Все еще пребывая в панике, толком ничего не соображая, он вдруг решил, что это нужно скрыть.
От кого, зачем, когда прежний мир агонизирует, он даже не придумал.
Заскочив в сарай, он схватил канистру с солярой, принялся обливать дом. Затем забежал на крыльцо, распахнул дверь, вылил остатки канистры на два мертвых тела.
Уже через десять минут он стоял и глядел на пламя, быстро охватывающее дом и пожирающее следы его преступлений.
К этому моменту он уже немного успокоился, начал соображать, и теперь сожалел о том, что сделал.
Нет, не о том, что убил попутчиков, а что напрасно сжег дом. Там ведь могла быть жрачка…
Впрочем, тут полно других домов…
Очередная доза той дряни, которую он употреблял последние несколько лет и которой только что снова закинулся, начала действовать, и он, широко улыбаясь, направился к ближайшему дворику, нисколько не боясь, что пожар может перекинуться и на него…
Глава 16
«Менты»
«ГАЗель» немилосердно прыгала на ухабах, от чего боль в руке стала невыносимой. И это при условии, что я баюкал свою покалеченную конечность, стараясь уберечь от тряски. Через километр я понял, что таким темпом просто вырублюсь от боли.
— Вов, тормози! Мут точно отстать должен уже был… — с трудом проговорил я.
— А? Чего?
— Хреново мне, надо посмотреть, что там с рукой. Что ни кочка, то пытка, меня будто током прошибает.
Вова плавно, насколько это возможно, остановил машину. Я же, так как выходить из тачки было стремно, морщась и рыча от боли, кое-как снял с себя «лифчик» разгрузки, расстегнул куртку, и понял, что футболку стащить с себя не выйдет — рука просто не поднималась.
— Вовка, глянешь, что там?
— Ох еб… — послышался вздох Вовы, а затем его матерная тирада.
— Что там? Перелом?
— Нет, Женя, там не перелом. Там у тебя в спине торчит щепка с мой палец толщиной, и ты весь синий слева с разводами красивыми — красными, бурыми…
— Э…
— Да синяк у тебя там во всю спину и здоровенная заноза. Ты везучий, как черт знает что. Кто другой сломал бы спину или как минимум лопатку. Ну или щепка эта, — тут я взвыл дурным голосом и, развернувшись, чуть не вмазал Вове, хотя это было бы чревато в узкой кабине, да и очень уж больно было шевелиться.
— Так вот, щепка эта, — демонстрируя мне скорее кол на вампира чем «щепку», окровавленный и заостренный, заявил Вова, — с легкостью бы тебе легкое пробила, и тогда все, пиши пропало… Но ты у нас толстокожий, как носорог, так что она просто застряла.
Тут Вова хмыкнул.
— Что ж за шкура у тебя такая? Из нее и бронежилет, похоже, пошить можно…
— Ну ты… — возмутился я, — козел ты, Вова! Поаккуратнее можно было?
— «Поаккуратнее» ты ее вынуть все равно не дал бы. Сейчас наложу тебе тампон на рану, и все. До свадьбы заживет.
— Угу, — мрачно хмыкнул я, — только автоматом я пользоваться чисто физически сейчас не смогу. Рукой пошевелить не в состоянии.
— А это и неудивительно. У тебя тут напухло все так, что…короче, не надо тебе ею шевелить никуда. Сейчас глянем одним глазом, что там за дымок такой, и ходу. Вылезем тут недалече на старую асфальтовую дорогу, и хрен какой мут нас найдет.
— Вов, а бензин? У нас хватит его, чтобы такие круги нарезать?
— Хватит. Тут полный бак и вон, сзади еще канистры. Пацаны же бензопилами пользуются. Пользовались. Так что можем хоть обратно в Бадатий катить.
— Нет уж! В Бадатий не хочу… Ладно, лепи свой пластырь и погнали. У меня все-таки какое-то нехорошее предчувствие…как будто этот мут прямо сейчас смотрит на нас. Нехорошо так смотрит…
* * *
Оно было вне себя от злости. Из-за ран, полученных в прошлых сражениях, еды не хватило на перестроение. Только на то, что бы залечить раны, да и то не до конца. Благо оно вырастило себе новую кожу. Кожу, способную защитить от огненных вспышек, от боли, которую могли вызвать их жалящие уколы.
Проверить свое ноу-хау получилось довольно быстро. Едва только оно насытилось, отправилось спать, как от одного из пробудившихся, которых оно не убило «правильно», поступил сигнал — поблизости появились существа.
Двое.
Как оказалось, с теми самыми огненными вспышками, в результате чего свежевылупившийся соплеменник, так и не преодолев первый барьер, не начав перестроение, был уничтожен.
Оно понимало, что сейчас, насытившись, не отойдя от ран, будет слишком уязвимым. Но жажда и голод были так сильны, что оно не удержалось от попытки напасть и поплатилось за это.
Раны, которые существа успели нанести, не были ни смертельными, ни серьезными, зато были очень болезненными. Убедившись, что существ не получится убить, оно вынуждено было отступить, а затем, когда существа залезли в коробку, а она сама зарычала, покатила прочь, оно последовало за ними, таясь в тени, держась на расстоянии…
* * *
Источник дыма в дачном поселке обнаружился сразу. Практически на самом въезде какой-то урод или группа уродов подпалила дом. Причем так, с размахом, не пожалев бензина или керосина. И, судя по тому, что полыхала не только терраса, но и дорожка перед ней, какая-то куча мусора на входе, этот или эти кто-то хотели сжечь тут все дотла…
Мы остановились, не доезжая до пожара метров сорок.
— Похоже, у нас тут завелись пироманы, — хмыкнул Вова.
— Угу, — кивнул я, — и чего делать будем?
— Да ничего, — пожал Вова плечами. — Ты их что, ловить тут собрался, что ли?
— Вообще стоило бы. Зачем гадить?
— Да мало ли, что тут было? Ну поджег кто-то ничейный дом…вопрос зачем, конечно. На «сигнал» не похоже — в деревушке вроде никого. Может, как мы в свое время Мурлока «хоронили»? Завалили монстров и решили сжечь их?
— Не проще ли было на улице костер развести?
— Да я почем знаю? Просто выдвинул предположение…
— Кто бы тут ни был, а общения он не ищет, — заявил я. — Свалили уже, видать. Ну а раз так — может и мы поедем? Мута на хвосте вроде нет…
— Погодь. Свалить всегда успеем. Посмотри на землю.
Я уставился через лобовое стекло на дорогу.
