— Если будешь себя хорошо вести, — пообещал я.
«О! Милый! Я буду очень послушной девочкой!» — пришёл ответ вместе со смехом.
Я начинаю злиться.
«Хорошо, хорошо. Самый надёжный способ развития — перерождение. Этим прекрасен ваш мир. Переменами. Рождение, развитие, увядание, смерть. И всё заново!»
Я резко развернулся на месте и двинулся в библиотеку.
— Ты ничего не объяснила. Как его провести?
С той стороны пришёл насмешливый хмык.
«Я не знаю, милый. Не имею ни малейшего понятия. Если бы знала — всё было намного проще. Даже не стала бы к тебе обращаться в форме просьбы, а вывела на нужную идею манипуляцией. Я тебе доверяю. Цени!»
Поморщился. Рядом были люди, пришлось сосредотачиваться, а голова и так гудела после тренировок.
«Я польщён. Правильно понимаю, что ты предлагаешь мне провести тебя через цикл перерождения? Убить и возродить в новой форме?»
Какое-то время Астарта молчала, может быть, обдумывая мой вопрос, а может, охренев от его постановки.
«Я... Думаю, да. У тебя есть какая-то идея?»
О да, ещё как. У меня были идеи. Культурное наследие моего первого мира. Особенно позднее, но и в ранних религиозных варварских мифах кое-что было. И если с древними мифами я знаком весьма посредственно, то с культурой, современной мне, уже достаточно хорошо.
«Артефакт. Некий предмет. Как самое очевидное — оружие. Как насчёт того, чтобы ты стала оружием, материальной частью тварного мира. А отслужив свой срок, вернулась в форму демона?»
Я ощутил заинтересованное удивление.
«Такое возможно? Ты знаешь, как это сделать?»
«Не имею понятия. Но если ты говоришь о перерождении, то это пришло мне в голову во вторую очередь» — признался я.
«А что в первую?» — любопытство и азарт.
Я ухмыльнулся:
«Оплодотворение смертной женщины и перерождение в её ребёнке»
На этот раз Астарта вылила на меня восхищённое удивление, изрядно разбавленное предвкушающим интересом.
«Мой господин знает толк в извращениях»
Ну кто бы сомневался.
«Но если к созданию предмета я, хотя бы представляю, как подступиться, то с оплодотворением нет идей вообще»
И я не врал. Потому что производство руками одарённых существовало и было широко представлено и хорошо развито. Было и отдельное направление, в котором работали не недомаги, одарённые с номинальными способностями, а колдуны полноценные, создающие в каком-то смысле настоящие произведения искусства, в том числе и при активном применении магии. Были написаны заклинания, которым я мог научиться.
«Я могу научиться созданию магического оружия, например. И мы вместе, активно вкладывая в первую очередь твою силу в создаваемый нами артефакт, можем попробовать выковать тебе новую форму. Новую суть»
Эмоции, доносившиеся до меня, бурлили, метались, и выделял из общего вала я только смятение. В ней уже что-то изменилось. Спектр выдаваемых демоном эмоций сильно расширился, скачкообразно. Переход количественных изменений в качественные? Она через меня испытала множество различных эмоций и применила их на себя? Научилась им? Неясно. И сама Астарта вряд ли скажет, отшутится.
«Я согласна!»
Я и не сомневался.
В библиотеке удалось сделать подборку книг по «артефакторике», которая так не называлась. Были разрозненные сочинения на тему применения магии при работе руками. И масштаб предстоящей работы, если честно, пугал. Там было очень много всего, и мне потребуется обильная практика. Где бы на всё это взять время? К счастью, кажется, в Астарте я нашёл союзника. Хотя и оставалось сомнение, ведь это может быть и хитрым планом.
Однако вечером прибыла делегация из Эстера. Из библиотеки мне вырвала Серсея, облачённая в дорожный костюм, уставшая и очень напряжённая. И злая.
— Вы всё-таки не удержались от применения своих уличных методов, молодой человек?
Я даже слегка растерялся.
— О чём идёт речь, мессира?
— О сожжённой одежде и предложении посмеяться всем вместе.
Ах, это. Я думал, она уже высказалась на эту тему перед нашим отъездом. Смех демона вторил моим мыслям. Я, возможно, перегнул палку, но всё же сделал всё правильно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я защищал Момо.
Серсея дёрнула скулой:
— Защищал? Это больше походило на месть.
— Внушение.
Мессира остановилась:
— Что?
— Это было внушение. Те парни даже не понимали, что делают нечто неправильное. Когда я спросил, что они творят...
— Я говорю не о том, что они сделали, а о том, что сделал ты!
— Я их напугал! — огрызнулся. — Если они не понимают, что издеваться над членом своего рода нельзя, пусть в следующий раз боятся!
Пощёчина заставила меня замолчать. Глубоко внутри вспыхнул дар. По венам прокатилась злоба демона, Астарта была в ярости.
— Молчать! — зашипела Серсея. — Тебе не позволено воспитывать других! Сам ещё мал! Кем ты себя возомнил?
Настырно и зло смотрю в ответ.
— Я защищал парня.
— Это не твоя забота!
— Тогда чья? — спрашиваю, потому что знаю, кто никто его не защищает.
— Не твоя! — повторила старейшина. — Похоже, у тебя слишком много свободы. Думаю, стоит её серьёзно ограничить, когда мы вернёмся в Эстер.
Этого мне ещё не хватало для полного счастья.
— С чего бы мне подчиняться? — спросил я в лоб.
Такая постановка вопроса её удивила, даже на миг это удивление промелькнуло на лице.
— Да как ты смеешь?!
— После того как меня обрекли на смерть, не сказав о том, чем заканчивается связь с демоном, смею.
Да, она знала. Хотя я совершенно не понимаю, на что рассчитывала? Что я не узнаю? Не поверю?
— Мы поговорим об этом позже.
Не сомневаюсь.
Двигаясь дальше, куда бы мы там ни шли, натолкнулись на Соню. Девушка сначала обрадовалась, увидев Серсею, но рассмотрев злость на лице старейшины, забеспокоилась, бросив на меня вопросительный взгляд.
— Вернись к себе! — бросила ей Сесрея чуть более жёстко, кажется, чем того хотела.
Я, проходя мимо, ободряюще подмигнул молодой одарённой.
А затем я увидел первый признак того, что возникшая проблема имеет в глазах Минакуро очень большое значение. И что к её решению отнеслись самым серьёзным образом. Потому что нам навстречу вышел Серж, сопровождаемый не кем-нибудь, а своим дедушкой, самим Акихико, главой рода Минакуро.
Мужчина лет пятидесяти, уже тронутый старостью, худощавый, мрачный и, если бы я не видел его лица на картинах, не признал бы в нём главу одного из родов. Дорогой, но не выделяющийся костюм, и даже символика рода просто золотая, без гербового поля, как должно быть на одежде Главы Рода. Акихико окинул меня ничего не выражающим взглядом, сосредоточившись на Серсее:
— Вот все и в сборе, — проскрипел он грубым голосом. — Пошли, герои, послушаем вас.
Серж явно был подавлен присутствием деда. Я же сделал вид, что проникся, и особо не дёргался, спокойно выполняя то, что от меня требовалось.
Собрались мы в небольшой комнате. Акихико занял удобное кресло у камина, Серсея вместе с ещё одним старейшиной, кажется, Карлосом, расселась на диванчике, Ино заняла второе кресло у камина, ещё в одном кресле сидела неизвестная мне женщина с золотым символом, рядом с ней стоял мужчина, также из старшей ветви Минакуро. Нас с Сержем, как нашкодивших щенят, поставили в центре комнаты.
«Старик могущественен. Я вижу его даже со своей стороны реальности» — уведомила меня Астарта. — «Второй мужчина, ты назвал его Карлосом, тоже силён. Незнакомая женщина странно ощущается. Заимствованная сила, не могу сказать точнее. Остальные — просто ничтожества, посредственности, но стоящие внимания».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Любопытно. Если это цвет рода, то я как-то не впечатлён. Хотя скорее это, конечно, комитет по экстренному решению возникшей проблемы.
«Я вот не знаю. Демон в союзниках, это повод обрадоваться или ужаснуться?» — отправил я ответ Астарте.
От неё, естественно, пришёл смех.
