Читаем без скачивания Дерзкая. «Силуэты снов», «Клятва Примара», «Ближний круг» - Наталия Шитова

– …Потеряв возможность перемещаться в реальностях, наши далёкие предки стали искать выход. Стало ясно, что все мы, несмотря на целостность и силу сознания, способны вступать в телепатические контакты с индивидуумами в любой реальности, но не способны нащупать ни одной двери из нашего Первого мира в иные миры. Одно время даже думали, что все потеряно навсегда. Но никакие трагические ошибки не могут повернуть вспять закон витков жизни. Мы обнаружили, что люди иных реальностей, не имеющие аналогов, могут искать и открывать двери. Сначала это казалось вздорным и нелогичным. Человек, сделавший это открытие, долгое время был презираем и считался невеждой. Но факт остался фактом. Те, кто жил в иных реальностях, могли при определённых условиях открывать двери. Мы же окончательно утратили эту возможность… – Виллен, наконец, подошёл к креслу и медленно сел в него. Я осталась стоять. – …Позже возникло предположение, что человек нашего мира, имевший аналоги и прошедший здесь преображение, сможет нащупать дверь отсюда, изнутри Первого мира. Каким-то необъяснимым образом опыт жизни в иных мирах должен дать возможность реализовать полностью все созидательные силы личности. Мы же застыли, словно вырождаясь. Цельные, сильные натуры оказались беспомощны перед стенами миров. И вот, безумные, ущербные люди, столь же редко рождающиеся у нас, сколь и единые сознания в других, вторичных реальностях, оказались нашим последним шансом обрести прежние свойства нашей цивилизации. Мы искали таких людей веками. Как правило, мы сразу же помещаем их под наблюдение в надежде, что преображение наступит достаточно быстро. Но увы, за долгое, долгое время у нас ничего не получалось. Имея слишком много аналогов, наши подопечные успевали либо стать глубокими стариками, уже ни на что не способными, либо умирали и вовсе не дождавшись преображения, то есть того момента, когда в их теле воссоединится все сознание целиком. Ты одна из немногих за несколько тысячелетий и первая за несколько веков, кто достиг преображения в столь созидательном возрасте, что у нас появилась серьёзная надежда… Конечно, мы пробовали использовать и другие шансы. Мы искали единые личности, где бы они ни жили, связывались с ними, давали им возможность осознать свои неординарные способности, пытались направить их деятельность в нужное русло. Мы побуждали их не просто витать в облаках своих осязаемых снов, но и открывать двери. Любые двери. Мы надеялись, что таким образом, рано или поздно, они наткнутся на наши стены и пробьют их для нас. На протяжении нескольких веков у нас ничего не получалось. Потом в одной из реальностей нашли очень перспективного мальчишку…

Голос Виллена стал тише и глуше, сначала мне показалось, что это он почему-то изменил тембр голоса, но вскоре все стало ясно – я отключалась. Медленно, стараясь не упасть, я опустилась на пол, поджав ноги. Виллен проследил за мной, прервав на несколько секунд свою лекцию. Затем, удостоверившись, что я смотрю на него и вроде бы слушаю, он продолжил:

– У него был один аналог. Но, к нашей удаче, аналог рано умер в своей реальности, и процесс вовлечения паренька в нашу орбиту прошёл удачно. Парень оказался в высшей степени гипнабильным. Его мозг творил чудеса с окружающими его сознаниями, он освоил телепатию, управление разрозненными частями как свободного, так и частично связанного сознания, даже зомбирование. Он с лёгкостью отыскивал и открывал двери, причём для этого ему не нужно было перемещаться в пространстве: он находил их на достаточно ограниченной территории. И при всем при этом он был настолько внушаем, что нам удалось закрыть от него источник, из которого к нему поступала информация. Путём тщательных манёвров и гипноза на уровне подсознания нам удалось перевести в его распоряжение крупную сумму финансовых средств, и наш подопечный создал на месте своего родного города мощный узел, сплошное сопряжение дверей. Он наверняка достучался бы и до нас… Но все нюансы учесть невозможно, даже если делом занята такая опытная женщина, как Даррина. Парень выскользнул из-под нашего влияния. Так и не вникнув до конца в то, чего и кто от него добивался, он свернул всё. Разрушил всё, созданное не им одним, а всеми нами. И всё из-за того, что не смог переступить через некоторые лично его касающиеся нюансы, без которых дело наше было невозможно завершить… До сих пор делаются попытки вернуть его обратно к делу, но он отчаянно сопротивляется…

– Лучше вам оставить Валерия Извекова в покое, – оборвала я его рассказ.

Виллен замолк. Глаза его немного, еле заметно сузились. Он помолчал немного, потом порывисто вскочил с кресла и приблизился ко мне:

– Встань!

Я попробовала, но поняла, что не смогу. Он тоже это понял, но прикоснуться ко мне, чтобы поднять на ноги, было, видимо, ниже его достоинства, а тратить время на то, чтобы вызвать охрану, было глупо. Поэтому он опустился на пол рядом со мной и одним пальцем поднял мою голову за подбородок. Единственным незабинтованным глазом я взглянула на него.

– Кажется, я прав. Ты действительно та, кого мы ждали веками. Зачем ты заставила меня рассказывать тебе все то, что знаешь сама? Кто ты?

– Я безумная, грязная девчонка, без имени, без прав, без защиты. Если на меня возлагали такие надежды, почему меня держали в таком скотском состоянии? Почему?

– Не было смысла выдумывать что-то иное, ты не могла бы оценить своё состояние, будь оно даже превосходным, – Виллен пожал плечами.

– Имя давать тоже не было смысла?

– Имя человеку даётся один раз. И оно не должно повторяться. Во всей истории нашей цивилизации не было дано ни одного повторяющегося имени. Имя уникально, как и сама личность. Это в других реальностях миллионы носят одно и то же имя… А мы не могли так роскошествовать и тратить имена на то, чтобы переименовывать безумцев.

– Это сколько же имён надо придумать? – удивилась я.

– Нас здесь мало, около двух миллионов. Первый мир малочислен… И все имена и судьбы известны… Твоё имя было уничтожено при внесении записей. Это странно. И теперь уже ничего нельзя сделать. Тем более, если ты сама забыла своё имя.

– Но я его помню. И я помню высокого сильного человека, который нёс меня на руках и несколько раз повторил его мне прежде, чем передал меня в какие-то чужие руки. Я помню и его, и своё имя…

Я удивилась, когда начала говорить это. Сначала мне показалось, что я снова под чьим-то внушением, но тут же поняла, что это действительно мои воспоминания. Я помнила себя маленькой девочкой, совсем маленькой, лет четырёх-пяти, на руках у пожилого седовласого мужчины. Он бежал со мной по тоннелю. Я вцепилась обеими руками в его плечи и с ужасом смотрела назад, откуда доносился гулкий топот преследователей… Мы спаслись, но он вынужден был оставить меня с какой-то женщиной, перепуганной и безликой, и с юным, но достаточно взрослым парнем. Ни лиц, ни имён этих людей я не помнила. Но того пожилого мужчину…

– Он был высокий, седой и очень крупный, наверное, полный. У него было суровое лицо и жёсткие руки… И ветвистый шрам на запястье…

Виллен нервно дёрнулся, хотя лицо его стало разве что чуть более сосредоточенным. Он подался вперёд и поторопил:

– Ну, ну, дальше…

– Его звали Варскель.

Виллен в задумчивости провёл рукой по подбородку и коротко бросил:

– Кто он был тебе?

– Я не помню. Может быть, я и не знала этого никогда, ведь я была безумна и слишком мала. Но этот мужчина не хотел, чтобы я забыла своё имя. Я – Рэста.

Эффект оказался поразительным. Виллен вскочил на ноги, прошёл к своему месту за столом, протянул руку к пульту, отдёрнул её, снова протянул, опять отдёрнул и повернулся ко мне. Он был… да, он был смущён и растерян. Я видела его всего лишь в течение нескольких, пусть насыщенных, минут, но успела убедиться, что верховный иерарх – человек, теряющий самообладание только в исключительных случаях.

– Моё известие оказалось некстати? – уточнила я.

Вместо ответа Виллен бросился ко мне и, крепко схватив меня за плечи, поднял и поставил на ноги. Я взглянула на него и поняла, почему мне знакомы эти карие глаза. Это были глаза Юры. Сейчас Виллен смотрел на меня так, как смотрел Юрка в те минуты, когда я подвергалась опасности.

– Рэста… Никому пока не называй своё имя. Особенно Даррине. Ты поняла? – он тряхнул меня.

– А в чём все-таки дело? – я попробовала высвободиться, но он держал меня железной хваткой.

– Дело в том, что мне очень повезло. А тебе наоборот. Остальное я расскажу тебе позже.

Он внезапно оставил меня, прошёл к пульту на столе и нажал какую-то кнопку. В зал вошёл один из дежуривших в холле телохранителей.

– Слушаю, Виллен, – телохранитель почтительно склонился. Это был крепкий, немного флегматичный на вид мужчина, совершенно бесстрастно готовый выслушать любой приказ хозяина.