— А что это?
— Пистолет, которым убит де Куртнэ.
— Ох… как же так?..
Рич засмеялся.
— Все равно никакой пользы ему от этой штуки не будет. К тому времени, когда этот пистолет окажется у него в руках, я подложу ему мину. Позвони ему. Покажи ему револьвер. Замани сюда.
Он подтолкнул Чуку к видеофону, а сам встал рядом, однако так, чтобы его изображение не попало на экран, и многозначительно взвесил на руке дезинтегратор. Чука поняла угрозу.
Она набрала номер Пауэла. На экране появилась Мэри Нойес, выслушала Чуку и пошла звать Пауэла. Он тут же подошел к видеофону. Худое лицо префекта осунулось, под темными глазами лежали глубокие черные тени.
— Я… У меня тут кое-чего есть. Мистер Пауэл, может, для вас нужное, — запинаясь, начала Чука. — Вот давеча нашла. Эта девушка, что вы увели отсюдова… Она оставила.
— Что оставила?
— Да револьвер, из которого отца ее… ухлопали…
— Не может быть! — лицо Пауэла внезапно оживилось. — Покажи.
Чука продемонстрировала нож-револьвер.
— Клянусь небом, это он! — воскликнул Пауэл. — Может, мне и в самом деле наконец-то повезет. Никуда не уходи, слышишь, Чука? Я прибуду так быстро, как только сможет домчать меня прыгун.
Экран погас. Так сжав зубы, что во рту появился вкус крови, Рич бросился к выходу, вылетел из Радужного Дома, разыскал свободный прыгун-автомат, сунул в щель монету в полкредитки, отпер дверцу и ввалился в кабину. С оглушительным свистом прыгун свечой взмыл вверх, ударился о карниз тридцатого этажа и чуть не перевернулся. У Рича промелькнула смутная мысль, что в таком состоянии, пожалуй не рекомендуется ни садиться за штурвал, ни заниматься подкладыванием мин. Однако эту мысль тотчас перебила другая: «Не ломай себе голову, ничего не пытайся рассчитывать. Предоставь все инстинкту. Ты убийца. Прирожденный убийца. Нужно просто выждать время и убить».
Сделав над собой огромное усилие, он повел прыгун в Гудсон Рэмп, благополучно долетел до места и начал снижаться, борясь с буйными и неустойчивыми ветрами, которые всегда дуют над Норт Ривер. Он уже почти приземлился, когда, движимый все тем же инстинктом убийцы, снова резко поднял машину, потом бросил ее вниз и сел в садике за домом Пауэла, угробив прыгуна. Инстинкт подсказал ему, что при посадке нужно разбить аэромобиль. Зачем? Этого он еще не знал. Толчком распахнув смятую дверцу кабины, он услышал записанный на пленку голос: «Прошу внимания. Вы ответственны за все повреждения, нанесенные этому летательному аппарату. Пожалуйста, сообщите ваше имя и адрес. Если мы окажемся вынужденными разыскивать вас, вам придется оплатить расходы, связанные с розысками. Заранее благодарим».
— На здоровье, — проворчал Рич. — Надеюсь, это будет не единственное «повреждение», за которое я окажусь «ответственным»…
Он нырнул под ветви густо разросшихся кустов форситии и стал ждать, держа наготове дезинтегратор. Через несколько секунд он понял, для чего нужно было разбивать аэромобиль. Из дома вышла девушка — та, что подходила к видеофону, — и побежала через сад к разбитому прыгуну. Рич ждал. Кроме девушки, из дома никто не вышел. Значит, она одна. Рич начал выбираться из кустов, но девушка повернулась в его сторону раньше, чем зашелестели ветки. Щупачка! Он передвинул спусковой крючок на первую отметку. Тело девушки вздрогнуло и словно одеревенело. Теперь она была беспомощна.
В тот момент, когда Рич собирался перевести спусковой крючок к большому «С», инстинкт опять остановил его. Он вдруг придумал, каким образом подложить Пауэлу мину. Девушку следовало убить в доме, а не в саду, баллоны со взрывчаткой вложить в ее тело и оставить этот сюрприз для Пауэла. По смуглому лицу девушки градом катился пот, желваки на скулах судорожно подергивались. Рич взял ее под руку и повел в дом. Она шла как заводная, переступая негнущимися ногами.
Втащив девушку в дом, Рич через кухню провел ее в гостиную и пихнул на широкий плетеный шезлонг. Он чувствовал, как отчаянно она сопротивляется, хотя мускулы совершенно не повиновались ей. Рич злобно усмехнулся, наклонился к ней и крепко поцеловал в губы.
— Мой сердечный привет Пауэлу, — сказал он и отступил на шаг, поднимая дезинтегратор. Но тут же опустил его.
За ним кто-то наблюдал.
Он машинально обернулся, окинул беглым взглядом комнату. Она была пуста.
— Ваши телепатические выкрутасы, а, щупачка? — спросил он, повернувшись к Мэри Нойес.
Он снова поднял дезинтегратор и опять опустил его.
На него кто-то смотрел.
На этот раз Рич, крадучись, обошел гостиную, заглядывая за все стулья, открывая дверцы стенных шкафов. В комнате никого не было. Он осмотрел кухню, ванную. Никого. Возвратившись в гостиную, он вдруг подумал, что надо бы сходить и на второй этаж, подошел к лестнице, поднял ногу, собираясь взобраться наверх, и вдруг замер, не успев опустить ее на ступеньку, словно оглушенный внезапным ударом.
Он не ошибся, за ним и вправду наблюдали.
Она была на лестничной площадке наверху и, как ребенок, стоя на коленях, заглядывала сквозь перила вниз. Она и одета была как ребенок, в колготки, зачесанные назад волосы перевязаны ленточкой. Она разглядывала его с озорным и по-детски лукавым выражением лица. Барбара де Куртнэ.
— Хэлло, — сказала она.
Он почувствовал, что его бьет дрожь.
— Я Бари, — сказала она.
Он поманил ее.
Она сразу же встала и, крепко держась за перила, начала осторожно спускаться.
— Мне не разрешают сходить вниз, — доверительно сказала она. — Вы папин друг?
Рич судорожно глотнул воздух.
— Я… — пробормотал он срывающимся голосом, — я…
Она продолжала лепетать:
— Папе пришлось уйти. Но он скоро вернется. Он мне обещал. Если я буду хорошей девочкой, он мне подарок принесет. Я стараюсь, правда. Но это ужасно трудно. А вы хороший?
— Ваш отец? Ве-ве-вернется? Ваш отец?
Она кивнула.
— А во что вы играли с тетей Мэри? Вы ее поцеловали, я видела. Папа меня тоже целует. Мне это нравится. А тете Мэри понравилось? — Она доверчиво взяла его за руку. — Когда я вырасту большая, я выйду за папу замуж и всегда буду его девочкой. А у вас есть девочка?
Рич повернул ее лицом к себе и заглянул ей в глаза.
— Что ты мне голову морочишь? — хрипло спросил он. — Думаешь, меня так просто обвести вокруг пальца? Что ты рассказала Пауэлу?
— Он мой папа, — сказала девушка. — А когда я его спрашиваю, почему нас с ним по-разному зовут, он такой чудной-чудной делается. А тебя как зовут?
— Отвечай! — заорал Рич. — Я тебя спрашиваю, что ты ему сказала? Кого ты хочешь провести этим кривляньем? Ну, отвечай.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
