* * *
Кри-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и... — дерущий уши скрежет острой стали по камню, отдавался многократным эхом по коридору, ведущему к отстроенному слугами Вольдеморта помпезному спуску в Тайную Комнату.
Звук приближался, и наконец, навстречу слугам Темного Лорда, оставленным для обороны внутри замка и еще не успевшим как следует запаниковать, из-за поворота, не спеша, вышел поблескивающий круглыми очками парень, одетый в темно-серую одежду, которую сверху покрывало нечто вроде длинного, до пят, жилета или мантии без рукавов. В правой, обнаженной по локоть руке, он держал длинный, чуть изогнутый меч, чье опущенное вниз и густо запятнанное чем-то бурым лезвие безо всякого сопротивления прорезало острием в стене на уровне щиколотки неровную, глубокую борозду, издавая тот самый громкий пренеприятнейший звук. В левой же руке молодой человек лениво крутил волшебную палочку. И в такт ее оборотам негромко напевал себе под нос:
— Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс…
— Авада Кедавра! — полетело в него сразу несколько смертоносных заклятий.
Юноша лишь слегка шевельнул палочкой — но зеленые смертоносные струи отразились от закрывшего цель «Протего» и уложили две трети нападавших. Остальные пустились наутек, однако далеко удрать не сумели: из ближайших теней, отбрасываемых рыцарскими доспехами, расползшихся неровными пятнами по стенам и потолку, вырвался целый частокол абсолютно черных то ли толстых игл, то ли длинных тонких сосулек. Они мгновенно пробили весь коридор сверху донизу и по диагонали, заодно пригвоздив к стенам и полу неудачливых беглецов. Пригвоздили и тут же втянулись обратно в породившие их тени.
— …наш волшебный дом! — закончил куплет Поттер, перешагнул через заплывающие темными лужами тела и направился дальше. — Научи нас хоть чему-нибудь, молодых и старых, лысых и косматых, возраст ведь не важен, а важна лишь суть!
Наверное, сотни или тысячи раз спетая в этих стенах песенка на этот раз, рассыпаясь дробным эхом в пустых коридорах, звучала жутковато.
Уже подходя к широкому спуску вниз, ступеньки которого были облицованы темно-зеленым мрамором, а низкие перила — оформлены в виде змей и василисков, Гарри склонил голову набок, словно прислушиваясь к чему-то, и внезапно громко заорал:
— Томми! Тебе еще не надоело прятаться?! Это по меньшей степени невежливо для вроде как хозяина здешних мест! Ведь когда ты с целой сворой незваных гостей ввалился в мой дом, я сразу вышел, чтобы засвидетельствовать тебе свое почтение! Правда, ты как-то слишком быстро удрал, находчиво прячась за спины прислужников своей сестрицы, но теперь я сам пришел к тебе с ответным визитом, и мы сможем окончательно решить все наши взаимные недоразумения. А, вернее, исправить то, что ты по какому-то неясному мне недоразумению все еще жив. Я иду, Том, я уже иду...
Спустившись в Тайную Комнату, которую Поттер помнил как заброшенный, залитый затхлой болотной водой, почти сотню лет пустующий склеп, он неторопливо, не таясь, пошел по центральному проходу между толстыми колоннами, увенчанными мордами змей.
— А ты тут неплохо обосновался, Том, — все так же громко, на весь подземный зал, отметил Гарри и медленно повернулся вокруг своей оси, широко раскинув руки с мечом и палочкой. — Наверное, рассчитывал пожить здесь подольше? Что ж, думаю, мы с Дамблдором сможем это устроить. Как, например, такой вариант: остаться здесь вместо убитого мной василиска? Что же это будет за Тайная Комната без сидящего в ней монстра? Правда, лазать по трубам и охотиться на учеников мы тебе не дадим, прости — придется ползать исключительно здесь, скованному цепью так, чтобы не смог подняться выше четверенек, и каждый ученик будет иметь право спуститься сюда и потыкать палочкой бывшего Великого Темного Лорда или даже пнуть его ногой, если пожелает…
— Авада Кедавра! — зеленый росчерк ударил в Поттера из-за предпоследней колонны, но тот был наготове и смертельное заклинание отрикорешило от невербально поставленного «Протего».
— Мир просто полон чудес, не правда ли, Том? — усмехнулся Гарри. — Главное из Непростительных заклятий, оказывается, все же можно отбить, авроры снова под стенами Хогвартса и практически заняли его, дорогие подарки сестрицы не всегда являются абсолютной палочкой-выручалочкой, а Гарри Поттер загнал тебя в угол. Одно слово — волшебство…
Поняв, что скрываться бесполезно, Вольдеморт вышел из-за колонн, окруженный тремя уцелевшими скрийлами. Подчиняясь безмолвному приказу, насекомые бросились в атаку, но прожили недолго — для меча Гарри ни изогнутые антимагические клинки, ни невосприимчивые к магии хитиновые панцири скрийлов, не являлись преградой. Все было кончено за три взмаха и, миновав разрубленные туши, истекающие желто-розовой кровью, Поттер подошел к Реддлю еще ближе.
— Ну что, Том, лазеек у тебя за спиной уже не осталось? — бездонные зеленые глаза, не отрываясь, глядели в красные, и Вольдеморту, несмотря на разделяющие их с Поттером почти десять метров, почудилось, что окровавленный меч ненавистного гриффиндорца уже приставлен к его шее. — Знал бы ты, как я желаю пообщаться с тобой в приватной обстановке, но… я более чем уверен, что мы все еще не одни.
— Эй, нинтшаа! — громко выкрикнул Гарри, перейдя на язык Хаоса. — Я же знаю, что вы здесь, что вас снова приставили няньками к этому кровожадному уроду! Или мне снова попробовать отрубить ему руку или снести голову, чтобы вы вышли на свет? Неужели лучшие воины Лоно Хара неспособны ответить на вызов одного-единственного человека?
По Тайной Комнате пронесся еле слышный шорох, и из затемненных углов, теней от колонн, буквально из сумрачного воздуха подземелий вышли — хотя нет, скорее, вылепились — пять фигур, облаченных в сплошь закрывающие тела темные одежды.
— Ну, вот и славно, — Поттер слегка склонил голову. — Вас хотя бы не пришлось долго уговаривать. Но я все же подстрахуюсь от того, что произошло в прошлый раз.
Гарри взмахнул рукой, словно делая приглашающий жест, и выхватил из ниоткуда сплошь сотканный из магических символов сиреневый шар размером с крупное яблоко. Который через миг вспыхнул и разлетелся на отдельные знаки, впечатавшиеся в пол, стены и потолок и соединившиеся тонкой, мерцающей сетью.
— Вот теперь все в порядке, — удовлетворенно кивнул юноша. — В этот раз вы от меня не сбежите.
Один из нинтшаа быстро сложил пальцы в серию сложных и последовательных фигур, но охватившая Тайную Комнату сеть только вспыхнула на секунду ярче, никуда не исчезнув.
— Нет-нет, уж извините, — покачал головой Поттер, убирая в наручный чехол свою волшебную палочку. — Это вам не «простая» магия людей, которую вы, лонохарцы, способны разрушить и заблокировать одним своим заклинанием. Это кое-что совершенно иное… Тайная комната теперь откроется только в двух случаях — либо если этого пожелаю я, либо, как легко догадаться, если я погибну. А еще мне нужен ваш подопечный. В личное и неограниченное пользование. Намек ясен?
И он направил острие Тэцу на ближайшего нинтшаа.
Тем не пришлось повторять дважды — не тратя времени на разговоры, пятерка лонохарцев как по команде окружили Поттера со всех сторон, оставив дистанцию в пять-шесть метров. На Реддля, застывшего у стены, внимания уже никто не обращал.
А Гарри Поттер, опустив меч и зажатые в левой руке ножны, спокойно стоял в середине круга врагов. И скупо улыбался, словно сдерживая переполнявшую его радость.
Первого удара не заметил никто — блеснул тусклый зайчик на лезвии меча, фигура Поттера словно размазалась в серый поток, и голова нинтшаа, стоявшего почти за его спиной, и, вероятно, меньше всего ждавшего нападения, слетела с плеч, ударилась об пол, несколько раз подскочила и покатилась, как детский мяч.
У обезглавленного трупа из пальцев со звоном выпал черный меч, подогнулись колени, а когда он ударился об пол, из рассеченной шеи вырвался булькающий звук, и широким потоком плеснула темная кровь.
— Если бы вы только знали, — негромко проговорил Гарри, обращаясь то ли к нинтшаа, то ли к своим тремстам призракам, заключенным в мече, — как порой это утомляет — все время сдерживаться...
И они, четверо оставшихся в живых нинтшаа и Поттер, кинулись друг на друга.
Через несколько секунд Вольдеморт, из участника событий превратившийся в зрителя, заморгал и с трудом подавил совершенно детское желание протереть глаза.
Нинтшаа, лучшие спецы тайной войны в Лоно Хара, непревзойденные шпионы и искусные фехтовальщики, сражались не с человеком, а с какой-то ожившей тенью, которая и не думала им уступать.
Реддль тряхнул головой, не в силах поверить, что зрение его не подводит. Поттер, казалось, то растворялся, то вновь обретал плоть — его поглощала едва заметная в сумраке подземелья густеющая черная дымка, гриффиндорец перемещался и орудовал мечом с немыслимой скоростью. Его длинный клинок будто превратился в матово блестящий туман, сферу тусклых отблесков, словно воздух резал не один, а целая дюжина мечей.
