Сергея Викторовича? — Присоединяюсь к одиночной трапезе бывшей жены Куприна. Беру наконец остывший кусочек мяса и с удовольствием его поедаю под изумлённые очи Оксаны Батьковны.
— Ха, а спорим, ты даже этого не умеешь! — Некрасиво улыбается с петрушкой в зубах эта вся из себя леди на публике. — А Серёженька всегда любил поглубже и пожёстче.
— Так, а я не поняла, кто беременный-то, кроме Саши? — Мишель берёт бутылку и наливает себе в бокал чуть ли не до краёв.
Все заворожённо смотрят, как бордовая жидкость, выливаясь, бьётся о стеки стеклянного бокала.
— Я! — Тянется и забирает напиток, выхватывая из рук опешившей Миши. Оксана никого не стесняясь, пьёт прямо из горла. М-м-м, интересно. — Конечно же, я, Серёженька, со мной никогда не занимался любовью с защитой…
— Большое упущение… — Тоже отпивая сок, пробормотала я, но получилось достаточно громко. Упс…
— Что ты сказала, дрянь?! — У неё что проблемы с гневом не пойму откуда столько агрессии у беременной женщины. У Саши просто даже то, что было из гнева, заложенного природой, с появлением двух полосок на тесте, ушло в никуда просто. Тех крысок из нашего офиса, что толкнули её, наказали парни, а наша сердобольная подруга говорила «казнить нельзя, помиловать». — Я выношу, рожу его ребёночка, и мы вновь будем жить счастливо…
— Ошибочка. — Нет, язык мой — враг мой однозначно.
Но что не скажешь, когда за спиной потенциальной угрозы встаёт твоя безграничная защита и опора. Плевать все и так уже догадались и лишний раз подтвердили, что мы с Куприным пара. Так, радостно я себя ещё не ощущала как в эту минуту. Что-то долго они шли после звонка Миши…
— Что-о-о? Да как ты смеешь вообще… Уб…
Серёжа перебивает свою бывшую и, глядя прямо мне в глаза, говорит:
— Убирайся.
Глава 52
Всё внутри успело опуститься. Сердце замерло и быстро-быстро забилось в агонии. Как же… Он же не мне же… Этого просто не может быть. Не верю!
— Мне повторить, Оксан? — Видимо, незваная гостья тоже подумала, что Куприн ко мне обращался, поэтому как ни в чём не бывало, продолжила жевать, снисходительно глядя на меня, но увы. Мадам аж поперхнулась куском мяса, до которого только руки дошли. Правильно давись ты уже и сваливай на сверх-скорой восвояси. — Несложно в целом убирайся вон отсюда сейчас же. Ты на частной территории. Проникла без разрешения, так что прошу, покинь участок.
Нависая огромными тучами, мужчины распределились так, чтобы незаметно защищать своих женщин. Влад встал за Мишей, и она ущипнула его за медлительность, видимо. Саша взяла руку подошедшего Яра и положила на свой животик. Было мило и одновременно смешно смотреть на скрючившегося из-за своего роста Громова. А Серёжа…
— Я же твоя жена. — Начала вновь крутить свою шарманку Окс, разве не замечает, что все смотрят на неё снисходительно. Да и её бывший муж встал не за ней, плаки-плаки. — И мне ничего не будет, хоть прямо сейчас вызывай полицию.
— Нас развели, Оксан. — Спокойным ровным голосом проговорил Сергей Викторович. Положил руки мне на продрогшие плечи и сжал, оказывая тем самым свою поддержку.
— А кто организатор розыгрыша, ты, Саш? — Настолько сильно не хотелось этой бесцеремонной женщине осознавать и принимать реальность. — Или эта подстилка?
— Если и так, то ты извинишься за свои оскорбления в мой адрес? — Не смогла сдержаться и не огрызнуться. Меня начала раздражать вся эта ситуация.
Оскорблять себя при моём мужчине не позволю, учитывая, как весь подобрался Куприн, он со мной солидарен. Нельзя дразнить такого бойца, даже женщинам. Хоть я и уверена, что сейчас Сергей просто мысленно вспоминает всё хорошее, чтобы не выволочь за волосы свою бывшую, чтобы отпустить всё прошлое и, наконец, жить настоящим…
— Ещё чего. — Фыркнув на нас, допила последние глотки из бутылки. Встала и начала, покачиваясь переступать с ноги на ногу, обходить всех собравшихся по кругу, как гиена. — Не доросла ты, деточка, до такого, чтобы я у тебя ещё в ногах валялась.
Про «вногахваляния» не было и слова, от такого экземпляра хватило бы и просто пару слов «простите».
— У меня на руках свидетельство о разводе. — Было бы эффектно показать его, как с матерью, но увы. Я помню, где сейчас хранится священная бумажка, и она точно не в районе километра с нами. — И если бы ты соизволила мне ответить или хотя бы зайти на Госуслуги, то была бы в курсе смены статуса.
— Что-о-о-о?! — Судорожно ищет в своём телефоне приложение, выставив нам указательный палец, мол, подожди. Находит, мы не торопим, ждём реакции, и она нам её выдаёт. — Мне не-хорошо… Живот. Бо-лит…
Не настолько я думала на скорой, эй! Пусть живёт, мне не жалко, только не в радиусе со мной. Желательно где-нибудь на противоположной стороне планеты.
Скрючивается похлеще Ярослава Дмитриевича, но как будто знает, как эффектнее и красивее, так что представление продолжается.
— Не прикидывайся. — Миша врывается в наш треугольник четвёртым, острым углом.
— Что? — Приоткрытый глаз, гневная гримаса далеко не от боли — не вяжутся с очень уж больным животом и приступом, который нам здесь разыграли. — Ты тоже бессердечная тварь, как и эта сука?! Не ожидала от тебя, Мишель.
— Миша права. — Встаёт рядом с мужем Саша и крепко держится за свою опору. Ищет поддержки в наших глазах, находит её и продолжает. — Ты решила разыграть здесь спектакль одного актёра, но мы не заказывали никакого представления. Уходи, пожалуйста, тебе здесь не рады.
Мужчины, видимо, все сказали за воротами, поэтому не лезли в наши разборки. Яр только покрепче прижал жену и зорким взглядом наблюдал за обстановкой. Мне уже тоже надоело сидеть, но Миша не спешит отрывать попку от стула, да и Влад к ней присоединился, доверившись друзьям, и теперь, они оба о чём-то шушукаются друг с другом и поедают оставшиеся продукты и блюда на столе.
— Это всё ложь! — Кинулась к Куприну, цепляясь за его рукав. М-да, если бы встала, то меня явно располосовали бы на британский флаг ногтями длиной в пол моего пальца. — Я беременна от Серёжи… И как вы докажете обратное, если я запишу на него ребёнка? По закону мне ещё триста дней после развода положены. Уж в них-то я уложусь, не переживайте.
Опа, кто-то вспомнил про закон. Серёжа аккуратно вырвался из захвата и отошёл, насколько было возможно, от слегка неадекватной бывшей.
— Какой срок? — Выдаёт со знанием дела Мишель.
— Пять недель. — С запинкой ответила Оксана. Что-то темнит она, и нос свой чешет всё, может аллергия
