Силовой барьер работал в обе стороны, и выбраться обратно они не могли. Тварей стало поменьше, в основном за счёт естественной убыли, самые слабые шли на прокорм.
В бок вездехода, висевшего на высоте восьми метров над обломками самой высокой конструкции на границе космопорта, ударил камень.
— Я поговорю, — Лали довольно осклабился и вылез из люка. — Ну что, доходяги, как спалось?
— Отлично, — женщина-предводитель забралась на соседние куски пластобетона, и, прицелившись, пуляла обломками в вездеход и гравиплатформу. — Что там происходит?
— Сейчас, секунду, — Лали сделал вид, что проверяет комм, и улыбнулся ещё шире. — Семь минут назад закончилась наша смена, так что охранять мы теперь вас будем через десять часов. А вас ждут…
Тут он действительно проверил экран. Неподалёку от нас на поверхность вылезли три такие же гусеницы, как та, что с лёгкостью проломила силовой барьер, и двинулись в нашу сторону. Следом за ними над землёй скользило несколько похожих на медуз существ. Ползли они быстро, и через час-полтора уже должны были тут появиться.
— Да покажи им, — разозлилась Толстая Мо, потом, решив, что Лали просто так не сдастся, швырнула его обратно в кабину, вылезла сама и развернула экран снаружи. — Ждите гостей, ублюдки. Дэн, что там конфедераты?
— Связи нет, — доложил я.
Связи не было уже больше часа, обычно телеметрия со спутников приходила каждые десять минут, показывая, что надзиратели бдят и наблюдают, но такие перерывы уже и раньше бывали. Местная очень активная звезда постоянно выбрасывала облака ионизированного газа, и иногда они доходили до этой планеты, нарушая и без того нестабильную связь. Через магнитное поле пробиться они не могли, зато спутники и зонды, висящие дали от планеты, глушили на раз. Если базы как-то справлялись, за счёт направленного экранирования помех, то тем, кто, как мы, путешествовал с обычным передатчиком, приходилось туго. Однако отсутствие связи не означало, что за нами не наблюдают — атмосферных средств контроля тоже хватало, поэтому все вели себя осторожно, иначе тут бы давно уже одни трупы лежали.
Республиканцы и примкнувшая к ним пара перебежчиков устроили совещание, идеальное — на мой взгляд. Говорила в основном женщина-предводитель, остальные кивали и соглашались, изредка вставляя какие-то замечания. Но, видать, не просто чтобы погорлопанить, а по делу. Через полчаса женщина-предводитель снова поднялась к вездеходу.
— Спускайтесь на площадку, — крикнула она, — нам есть что обсудить.
— Зачем нам это делать? — не понял я.
Толстая Мо толкнула меня в бок — штурмовик снизился почти до земли, выдвинул пушку из обшивки и целился. Только не в приближающихся сороконожек, или республиканцев, а в нас.
Глава 21
В принципе, вездеход был вооружён не намного хуже штурмовика, а броня так даже покрепче была, только вся эта роскошь не работала — желе на поверхности сохраняло пассивный режим, а пушка не слушалась команд.
Республиканцы один за другим снимали такт-комбинезоны, швыряли их на землю, и исчезали среди развалин. Бугай уходил последним, держа на прицеле оставшихся двух трактористов из другого экипажа и нас. Из штурмовика на землю по струне захвата спустилась Чесси, помогать она нам не собиралась.
— Удачи, — сказала она. — Ваш штурмовик упадёт через час, вездеход даже не пробуйте тронуть с места, шансов нет, пушка и поворотный механизм разблокируются, как только на вас нападут, так что умрите как герои. Связь я перекрыла на время, буря судя по всему, продлится ещё часа три, но бежать не советую, эти черные штуки, когда надо, перемещаются очень быстро. Эйо, за мной, эти нам не нужны.
И тоже скрылась в обломках. Здоровяк кивнул, два раза выстрелил из карабина в головы остающейся парочке коллег, осторожно, держа нас на прицеле, отступил. Лали, чуть выждав, бросился вслед, но быстро вернулся, помотал головой.
— Вот тварь, — сплюнула Толстая Мо, ударив кулаком по обшивке. — Сговорилась за нашей спиной.
— С республиканцами? — недоверчиво протянул Калхи. — Нет, тут что-то другое. Что будем делать, босс?
— Думать, — вместо меня ответил Гниллс. — Раз они скинули шмотки, значит, хотят, чтобы конфедераты думали, что их погрызли. Ну да, в тактах датчики есть, а в тех старых карабинах наверняка нет. Идея, кстати, неплохая. Надо и нам сделать так же.
— Ты-то куда вылез, прыщ, — насмешливо протянула Мо. И тут же заткнулась, дохляк ткнул ей под нос ладонь, на которой я заметил какой-то странный рисунок.
— У нас ещё полчаса, — доходягу словно подменили, он даже чуть выше ростом стал, от нерешительности и угодничества не осталось и следа. — Будем искать другой вход, не может же только один быть. Где там вторая девка? Лали!
— Уже лезу, — бандит не пнул Гниллса и не отвесил затрещину, как обычно, а прицепился к захвату, свисавшему почти до земли, ударом кулака активировал аварийный подъем, и через минуту выбрался обратно, с пристёгнутой к спине Эри. Та была без сознания, но, похоже, жива.
Калхи тем временем скрылся в вездеходе, и что-то там пытался настроить, Гниллс, не обращая больше на нас внимания, поднялся на один из обломков, окружающих космодром, и вглядывался не в ту сторону, откуда ползла природная опасность, а в противоположную.
— Не получается, — крикнул ему Калхи, — эта шалава блок поставила.
Гниллс только кивнул, и принялся спускаться обратно.
— Я что-то упустил? — осторожно спросил я у Толстой Мо, которая просто стояла, привалившись к борту вездехода, и пинала ногой камушки. — У них что, власть поменялась?
— Лучше и не спрашивай, — толстуха махнула рукой, и обломок полетел метров на двести, ударился о конструкции, и разлетелся на кусочки. Вот силища какая.
— Мне-то как себя вести?
— Надеюсь, нас не пристрелят так же, как этих, — Мо кивнула на валяющиеся тела планировщиков, — по крайней мере, до тех пор, пока опасность близко. Не высовывайся, и тогда, может, доживёшь до того момента, когда тебя слизни схарчат.
— Хреновая перспектива, — поделился я своей оценкой ситуации и присел рядом с Эри. Девушка лежала на спине, с открытыми неподвижными глазами, и на внешние раздражители не реагировала. Прям как одна моя подружка из норвежской семьи, жившей по соседству, которая точно вот так сексом занималась. Некоторым даже нравилось.
Похлопал её по щекам, с норвежкой такое прокатывало, та начинала сопротивляться, пинаться ногами, и секс хоть как-то оживлялся, а вот с Эри не получилось. Как смотрела тупо в небо, так и продолжала.
Не знаю, сколько бы я так провозился, вместо того, чтобы заняться настоящим делом — убежать, но что-то треснуло меня по затылку, и я потерял сознание.
Где-то далеко отсюда, в бескрайнем космосе между поясом астероидов и Юпитером,
