Икен посмотрел на него непроницаемо, потом закончил допрос со словами:
– Я обещал, и я сдержу свое слово. Ни я, ни мои люди вас не тронут. Мы находимся в Кешиме. Это город, ближайший к сожженному вами Упуру. Здесь много родственников погибших. Вот эти, – он указал на стражника и бородатого, – только двое из них. Они слышали все ваши признания. Остальные ждут на улице. Им я вас и оставлю. Пусть решают, какой участи вы достойны.
По мере того, как Икен говорил, командир бледнел. Магистр быстро увел своих людей, не слушая причитаний налетчиков. На улице уже собралась толпа. Люди стояли молча, хмуро, ожидая вердикта магистра. Икен ограничился краткой речью:
– Допрос окончен, двое ваших людей знают подробности. Вкратце объясню. Двое магов, которые жгли город, уже получили по заслугам. Волшебница Цитадели отплатила им огнем за огонь. Командир, который отдавал приказ, внутри. Там же солдаты, которые прикрывали магов. Там же лекарь, который, вместо того, чтобы лечить обожженных, следил, чтобы никто случайно не выжил. Теперь они ваши.
– Слава Цитадели! – закричал кто-то. Остальная толпа поддержала этот возглас.
Икен не слишком радовался настроению толпы. Сегодня они славят столичную Цитадель, а назавтра станут проклинать. Случится это, когда люди поймут, что маги Цитадели не способны их защитить. Орда огромна. Джаггаран может организовать великое множество таких диверсионных групп. Маленький отряд магистра остановит, быть может, еще одну или две, а другие, тем временем…
Синий зонтик для джаа
Они остановились около крошечной фермы в окрестностях Кешима.
Алия по-прежнему пыталась учить малыша. Теперь не было родителей, которым можно было "сдать" мальчугана, и Алия постарась набраться терпения. Магистр заметил, что для нее это будет полезно. Дело немного сдвинулось с мертвой точки. Высунув язык, Эйдар старательно выписывал простейшие руны. Он тоже смирился с тем, что настоящее волшебство сможет применять очень нескоро. Все, что можно было освоить, он уже освоил. Камо научил его видеть и собирать земную магию, а Джерр – водную. Мальчик, как и обещал, тренировался в накоплении маны. Казалось, что он – словно бездонная бочка – способен поглотить столько энергии, сколько найдет вокруг. Джуна сдержанно удивлялась, Джерр и Люпин восхищались и немного завидовали, Алия хвалила ученика, а Камо по обыкновению оставался непроницаемым. И лишь Икен хмурился, подозревая предстоящие перемены.
Вот уже несколько часов магистр сидел в трансе, слушая совещание в Цитадели ушами Чиана Чена и наблюдая его глазами.
Покуда волшебник восседал в задумчивости, земляне наставили на него все приборы, какие были (с разрешения, конечно). Джексон колдовал над аппаратурой, а биолог с психологом приклеились к голографическому экрану. Информация непрерывно записывалась, чтобы потом передать ее на орбиту.
– Повышена электрическая активность ретикулярной формации…
– Что характерно для бодрствования, хотя его альфа-, бета-, тета- ритмы соответствуют фазе глубокого сна. Затронуты близко расположенные клетки. Посмотри, Лин, кровоснабжение усилено в этой окрестности, – показывал Кей.
– Посмотрим, что скажет компьютер корабля. А что ты думаешь, про ту толпу? – вдруг сменила тему биолог.
– О чем конкретно?
– Ну… ты же понимаешь. Это по-твоему нормально?
– Я испытываю недостаток информации для формулирования однозначной гипотезы.
– Те родственники погибших. Магистр фактически отдал пленных на растерзание, – Вэй Лин испытующе уставилась на психолога.
– Я не заметил попыток манипулирования толпой с применением обычных приемов, учитывающих уязвимость индивидов, находящихся под воздействием метагрупповых взаимодействий и в ярко выраженном аффективном состоянии. А насчет "отдал на растерзание"… мы собрали недостаточно данных об их обычаях. Судя по всему, диверсанты готовились к скорому умерщвлению сознания посредством необратимого разрушения высших психических функций, когда идентифицировали противника, к которому попали в руки. Возможно по местным понятиям поступок магистра Икена – что-то вроде милосердия.
– Ничего себе милосердие!
– Потише, – прошипел Кей. – Надеюсь, ты не сделаешь какую-нибудь глупость?
– Ну я же не дура. Я могу сдерживать эмоции, когда они начинают мешать делу.
– Именно поэтому ты – космонавт и ученый, а не домохозяйка, – строго заметил Кей. – Помни, что наша задача – понять местные обычаи, а не навязывать свои.
Джексон оторвался от своей электроники и поделился сомнениями:
– А меня беспокоит эта война. До сих пор никто не знает, из-за чего прекратились войны на Земле. Что, если это заразная психическая болезнь? Не принесем ли мы ее на Землю?
– Малообоснованная, хотя и популярная версия. Но что касается выводов, боюсь, что твои интуитивные предчувствия имеют вероятность сбыться, – вздохнул психолог. – Я не представляю себе, как отреагирует человечество, когда узнает, что мы нашли планету, где братья по разуму продолжают воевать. Не будет ли дурной пример заразителен, хотя и не в биологическом смысле?
Тем временем Икен своими мыслями находился далеко отсюда – в Цитадели. Магистр давно предоставил отчет и ждал, что решит Совет. Старый колдун так и не рассказал им ни об Эйдаре, ни о землянах, а лишь о налете диверсантов орды. Со смешанным чувством он смотрел на своего преемника на посту иерарха факультета воздуха. Им стал некий Дро, один из помощников. Достаточно компетентный волшебник, хотя весьма консервативный и осторожный. Вряд ли он мог соперничать с хитрым иерархом факультета света.
Впрочем, интригана Пура тоже ждало жестокое разочарование. В связи с надвигающейся войной руководство Цитаделью должно было перейти к огненным магам. Но главы земного и огненного факультетов просто поменялись ролями. Ибрис стал архом, а Дахар Оруд – атархом. Остальные согласились с этим решением. Все произошло так быстро, что бедняга Пур не успел встрять с заготовленной речью об успехах факультета света и особой важности заклинаний Невидимости в предстоящей войне. Его голос теперь уже ничего не мог изменить, и Пур предпочел молча проглотить пилюлю. Он проголосовал так же, как и все, сделав вид, что ничем не удивлен.
После перестановок началось обсуждение. Мудрый Ибрис дал выговориться соратникам. Когда споры утихли, все обернулись к новому главе Совета, ожидая его предложений.
– Экспедиция Икена не сможет остановить диверсии. Их слишком мало. Это компетенция контрразведки, – он посмотрел в сторону Страшного Сна. Тот лишь молча кивнул, принимая ответственность на себя. – Приказ группе Икена: найти джаа. Эти существа – неопределенный фактор. Возможно, они – секретное оружие орды. Нам надо узнать о них больше. Это как раз дело разведки. Кто лучший разведчик Цитадели? Ему и карты в руки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
