Посреди дороги, подбоченясь, стоял Прохор, прикрывая ладонью глаза от яркого света. Возле его ног лежало шесть бездыханных тел.
— Сдюжил-таки! — восхищенно воскликнул Фрэд. — Вот нисколечко в тебе не сомневался!
Естественно, шут не поверил ни единому его слову, но не стал заострять на этом свое внимание.
— Давай погрузим их на повозку.
— Зачем? — удивился книгочей. — Скинуть их в канаву, и всего делов.
— А кто мне поверит, что с разбойниками покончено? — поинтересовался Прохор. — Твое слово, конечно, авторитетное, но, знаешь ли, доказательства не помешают.
— Как знаешь, — отмахнулся Фрэд и спрыгнул на землю.
Положив тела разбойников в повозку, борцы со злом, довольные собой, отправились в обратный путь.
Прохор занял место рулевого, а писарь пристроился рядом и тут же закемарил. Не выдержали нервы всего, что произошло с ним за последний час. На волосок от смерти прошел. Спасибо шуту, отвел костлявую. Так думал он, закрывая глаза, а весельчак, тем временем, довольно улыбался и насвистывал какую-то мелодию. Через полчаса повозка выехала из леса.
Рогатый месяц плыл по усыпанному звездами небу, временами прячась за облаками. Далеко в полях виднелись мрачные силуэты пугал, что стояли, раскинув свои руки. Некоторые селяне утверждают, что эти бездушные создания раз в год оживают и губят усталых путников, что имеют неосторожность путешествовать по ночам. В какой именно день это происходит, никто не знал, но всех пропавших исправно списывали на шалости полевых сторожей. Прохор усмехнулся, вспомнив эти байки, и дернул за шнурок над головой. Так, на всякий случай. Над полями прокатился гудок, и над повозкой взвилось белое облако пара. Фрэд даже ухом не повел.
Перед самым рассветом самоходная телега подъехала к городским воротам. В сторожевой будке дремал гвардеец. Видимо, ему снилось что-то приятное, ибо он нежно обнял свою алебарду, прижавшись к ней щекой, и причмокивал губами. Шут не стал будить служивого, но взял его на заметку. Главное, что не спят гвардейцы на крепостной стене. Ведь это их задача высматривать неприятеля. А этот… Получит завтра десять ударов плетью по мягкому месту и забудет что такое спать на посту. Начальник караула все равно придет проверять, вот и разбудит ударом в зубы, а пока пусть попускает слюни.
Сняв с гвоздя ключ от малых ворот, он открыл замок и скользнул внутрь. Затем, при помощи шестеренчатого механизма, распахнул огромные дубовые створы, усиленные полосами кованого железа. Въехав в город, Прохор закрыл проход в столицу, вернул на место ключ и расписался в книге прибытия и убытия жителей. Потом воспользовался потайным лазом и снова оказался в Броумене.
Через несколько минут шут остановил повозку у дома изобретателя. Зачерпнув из котла ковшиком, что специально был припасен, воды, Прохор затушил огонь в топке, и только после этого разбудил летописца.
— Проснись, горемыка, приехали.
Тот продрал глаза и стал озираться.
— А? Что?
— Приехали, говорю, — повторил шут. — Пойдем во дворец.
Фрэд сполз вниз, поежился и поплелся вслед за шутом. В отличие от книгочея, балагур сразу подметил, что улица изменилась. Даниэль сдержал свое слово и воспользовался идеей Прохора. На столбах, где раньше висели масляные ламы, теперь раскачивались мутные стеклянные шары, излучающие слабый свет.
Город спал. В подворотнях поскуливали собаки, из некоторых открытых настежь окон слышались сладкие женские стоны. Ветер играл с вывесками лавок, раскачивая их в разные стороны, хлопал флагами и раскручивал витые флюгеры на шпилях дворца.
Часы на Главной башне пробили пять раз.
Глава девятая
Прохор проснулся как обычно, едва стрелки часов показали семь часов утра. Эта привычка выработалась у него за долгие годы. Первое, на что обратил свое внимание шут, что в комнате слишком уж светло, хотя в его коморку солнечные лучи проникают в последнюю очередь. Он поднял взгляд. Под потолком горел стеклянный шар. Многие вельможи позавидовали бы этому факту, ведь официально электричество Даниэль провел в покои короля, королевы и в Тронную залу. А светящие шары на улице — это идея шута, пусть он и объясняет их наличие Королю. Впрочем, у Прохора уже был готов ответ на этот вопрос, если таковой будет задан: хочешь электричество в свои апартаменты — заплати в казну налог и мастеру за услуги.
Весельчак посмотрел на круглый фонарь и в его голове созрел вопрос: а как его погасить? Ведь днем он не нужен, и так светло.
— Надо обсудить это с изобретателем, — Он почесал спину ниже поясницы.
Шут умылся из-под крана, наплескав на полу целое море воды, натянул поверх панталон наряд шута, распахнул ставни, втянув ноздрями свежий воздух, и отправился в покои короля, дабы присутствовать при его пробуждении.
Проход шел по мрачным коридорам и лестничным маршам, вслушиваясь в эхо своих шагов. Его ладони гладили гладкие камни, из которых много веков назад неизвестные мастера сложили эти стены. Сколько потребовалось пароды для строительства замка, одному богу известно. А сколько работников погребены под фундаментом дворца? И не сосчитать! Небось, даже в летописях Королевства не сохранилось всех имен. Представить страшно, как тащили сюда огромные каменные глыбы. Сколько их поместиться на простую повозку? Десять, двадцать? Да лошадь сдохнет через три версты от такой тяжести! Но рабочая сила не лошадиная, ее не так жалко. В старых сказах говориться, что часто на помощь в строительстве нанимались селяне из окрестных деревень. Они создавали артели и продавались подрядчикам, которые ведали поставками камня. В те далекие времена платили сволочам немного, но этого вполне хватало, чтобы построить свой дом за крепостной стеной, на которую тоже потрачено не мало сил и времени. Правда, жили сволочи не долго, основательно подрывали свое здоровье. Умирали в полном расцвете сил. Шутка ли, тягать глыбы вручную, вместо кляч впрягаясь в телеги. Зато их потомки плодились уже в городах, а не в селах, под надежной защитой гвардии. Со временем города разрастались, и жителям приходилось строиться уже за крепостной стеной. Но жители пригорода не жаловались: работали в лавках и имели возможность подворовывать с королевских полей, что тянулись во все стороны, покуда хватало взгляда и даже дальше.
Задумавшись о прошлом, Прохор шагнул мимо ступени и полетел вниз. Благо падать было не далеко. Растянувшись на холодном каменном полу, шут усмехнулся.
— Хорошо хоть шею не свернул. О будущем думать надо, а не о прошлом. О нем просто забывать не стоит… — Он встал, отряхнулся и потер ушибленные коленки. — Философская мысль, надо запомнить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
