— Я хоть временно и несу караульную службу, как обычный солдат, но свое дело знаю и за обстановкой слежу. Осмелюсь доложить, что на Западных рубежах, там, где проходит морская граница, неспокойно нынче. Рекомендую направить туда ответственное лицо, дабы разобраться с ситуацией. Рекомендую направить шута. Он же у нас самый умный, дела у него спорятся, — и Генерал ехидно улыбнулся.
Прохор прищурился и, не вставая с места, спросил.
— А сам чего? Нет желания отчизне послужить, или боишься, что опять не справишься? Привык все на чужие плечи перекладывать. Ты трутень. Точно, теперь я тебя так звать буду, — весельчак посмотрел на Короля. — Давай закажем на Монетном дворе ему медаль — «Почетный трутень королевства»?
Генрих улыбнулся, а вот придворные открыто хохотнули, заставив приниженного министра покраснеть еще больше. Тот от злости сравнялся цветом с вареными раками, что в свою бытность юнцом, ловил на реке и готовил на костре, втайне от высокородных родителей, от которых, к стати сказать, и получил в наследство сей пост. Сюзерен покачал головой.
— Полно издеваться над Генералом. Имей хоть каплю уважения, он тебе в отцы годится.
— Упаси Перун от такого родственничка! — закашлялся шут, а король продолжил.
— И так, слушайте мой указ, который следует объявить во всеуслышание на Главной площади не позднее, чем в полдень, — в центр залы выбежал писарь и стал скрипеть пером, макая его в чернильницу, висевшую на шее. — За добрую службу и успех в ликвидации шайки разбойников наградить королевского шута грамотой и выдать два раза по пять монет золотом, то бишь десять. Казначей, ты слышал?! — тот сделал два шага вперед и поклонился до пола. — И направить вышеупомянутого шута за Западный рубеж, дабы прояснить непонятную ситуацию на море. А теперь все свободны.
Придворные склонились перед сюзереном и попятились прочь. Молодые дамы из свиты королевы прикрывались веерами и стреляли глазками в сторону рыжего красавца, чей пышный чуб выглядывал из-под черно-красного колпака. Балагур в ответ подмигивал, прикусывая губу, и посылал девам воздушные поцелуи. Последними Тронную залу покинули гигантские псы.
Прохор и Генрих остались один на один. Шут стянул колпак, взъерошил вихры и сел на подлокотник.
— Ну и зачем ты ему подыграл? Он теперь будет думать, что победил. Ну ничего, он у меня еще попляшет. Знаешь что, Онри, — Прохор положил руку на плечо хозяина. — Будь осторожен, пока меня не будет. Просто держи ухо востро. Мало ли что.
Король посмотрел на слугу и кивнул.
— Будь покоен. Я еще не слабоумный, пусть только кто попробует! — и Августейший, положив скипетр и державу за спину, потряс кулаками. — А ты — одна нога здесь, другая там. Разузнай, что к чему, накажи виновных и мухой обратно. Я тут без тебя со скуки умру. Съест меня зеленая. Кстати, за женой моей ничего не замечал?
Прохор пожал плечами.
— Разве что круглеть начала…
— Это я и без тебя вижу, чай не слепой. Голубь, мать его! Кто же этот гад таков?!
Прохор соскочил на пол и вышел на середину Зала.
— Я непременно выясню и доложу. А теперь пойдем, я провожу тебя в твои покои.
Сюзерен вздохнул, подобрал полы горностаевой мантии, чтобы не запутаться и не упасть на пол, как это однажды случилось. Именно с той поры король покидал Тронную залу последним, во избежание конфуза. Шут учтиво распахнул перед правителем массивные позолоченные створы и склонился, метя колпаком пол. Впереди Прохора ждал долгий путь, который он надеялся преодолеть максимально быстро, а для этого ему предстояло посетить одного хорошего знакомого.
* * *
Мастер, а именно к нему и собирался заглянуть шут, нашелся на чердаке своего дома. Причем отыскался он не сразу, Прохор потратил чуть ли не час на его поиски и наткнулся совершенно случайно. Даниель сидел в кресле-качалке, древнем, как толкователь сновидений. Причем мертвецки пьяным. Шут узнал это по запаху перегара. Одна рука мастера покоилась на подлокотнике, а другая болталась с зажатой в ней бутылью. Но даже находясь в состоянии близком к обморочному, мастер бубнил песню, которая пользовалась в таверне особой популярностью, но слова ему давались с большим трудом.
Крик подобен грому:— Дайте людям рому!Нужно по-любомулюдям выпить рому!
После этого Даниэль, не приходя в себя, сделал из бутыли большой глоток и начал снова.
Крик подобен грому:— Дайте людям рому!Нужно по-любомулюдям выпить рому!
— Ну и надрался же ты, братец! — Прохор покачал головой, откинул крышку люка и влез на чердак, едва не уронив приставную лестницу, единственный путь к спасению. Весь пол вокруг был усеян различными чертежами и завален макетами непонятных штуковин, но шут не стал осторожничать и пошел напролом. — Гадский папа! Ты мне сейчас так нужен!
Слегка расстроенный весельчак постучал мастера по щекам, но тот только громче стал бубнить.
Крик подобен грому:— Дайте людям рому!Нужно по-любомулюдям выпить рому!
Шут потер лицо руками и осмотрелся. Под окошком в крыше нашлась веревка, которая пригодилась как нельзя кстати. Дотащив кресло вместе с изобретателем до лаза в полу, Прохор обвязал пьянчугу и спустил вниз, после чего слез сам. После этого нашел на кухне в шкафчике гречишный мед и рыбий жир. Смешав по три ложки каждого ингредиента, разбавив их водой и добавив толченного лесного клопа из собственных запасов, балагур приготовил напиток, который получил прозвание «вырви глаз». От одного только запаха шута чуть не вывернуло наизнанку. Эта гадость способна не то что привести в чувство какого-то забулдыгу, мертвеца поднять!
Кое-как дотащив Даниэля до мастерской и усадив его на единственный в доме стул, Прохор нашел в рабочем бардаке изобретателя воронку и вставил бедолаге в рот, после чего влил в нее свой коктейль. Не прошло и минуты (шут засекал), как мастер открыл глаза, а уже через секунду вскочил на ноги и бросился к окну. Распахнув ставни, Даниэль перегнулся наружу и с рыком бизона стал исторгать содержимое желудка на кусты боярышника.
— Что это было?! — спросил, утираясь, пришедший в себя изобретатель. — Я чуть кишки не выплюнул!
— Народное средство, «вырви глаз» называется, — ответил шут, садясь на заваленный хламом стол. — Полегчало?
— Более чем, — мастер осмотрел себя с ног до головы, затем покрутил над головой стеклянный шар, и комнату окутал слабый электрический свет. Тяжело вздохнув, Даниэль уставился на незваного гостя. — Чего пришел? От дел меня отвлек…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
