обряда. Туда лезть — одно сплошное расстройство. Я еще от первого раза не отошла. Лучше и вправду познакомлюсь с девочками поближе, или, может, вообще получится договориться с ними так, чтобы они снаружи дежурили и по очереди.
Дождавшись, когда мужчины уйдут, расслабленно выдохнула и присела на диван.
— Приятно познакомиться, меня зовут Карина. — Перекинув ногу на ногу, окинула двух девушек еще раз внимательным цепким взглядом, пытаясь подметить необычные детали. Лисица и Асура поклонились мне, ответив взаимностью. — У меня есть к вам… приказ. — Слово «просьба» так и вертелось на языке, но я вовремя исправилась. — Вы дежурите возле моих покоев поочередно, чтобы быть всегда бодрыми и находиться в полной боевой готовности. Меня лишний раз не беспокоить. Я сама позову вас, если вы мне понадобитесь.
— Простите, госпожа, — вышла вперед Демоница, — но нам нельзя оставлять вас одну ни на минуту. В таком случае мы облегчим убийцам задание, и от нас не будет никакого толку.
— Я согласна с Асурой, хоть нам и не позволено вам перечить. — Заявила спокойная Лайса, смотря на меня своими глубокими вишневыми глазами.
— Хорошо, — обреченно вздохнула я, — тогда просто будете дежурить поочередно. Обязательно отдыхайте, если дежурит другая, мне не хотелось бы погибнуть, пока одна из вас зевает. — Улыбнулась им, но девушки только вперили взгляд в пол.
Что ж, это будет непросто. Воительницы — не служанки с Земли. К ним еще нужно найти подход, ведь выдрессированное с детства служение своим господам дает о себе знать и не позволит им никакого панибратства. Вероятно, девушкам всю жизнь долбили, что они оружие и щит своего господина или госпожи, и не должны проявлять никаких эмоций. Нужно какое-то время, чтобы и они ко мне привыкли и я к ним, и только потом начинать шаги навстречу друг другу, чтобы мы подружились, а это раболепническое повиновение хоть немного приглушилось.
— Сегодня со мной останется Лайса. Ты, Сайя, свободна. — Распорядилась я. Асура поклонилась и покинула покои. — Надеюсь, она не отправится тренироваться, а отдохнет. — Высказала мысли вслух, но Лисица восприняла это как вопрос, направленный к ней.
— Она не позволит себе отдыхать, так что ваши опасения справедливы. — Сложив руки под внушительной грудью, ответила Лайса. Но, завидев мой удивленный ее ответом взгляд, потупилась. — Простите, госпожа, я не должна была отвечать. Приму ваше любое наказание.
Лиса, поджав уши и преклонив колено, ожидала моего вердикта, а я в это время пребывала в шоковом состоянии. Мамочки мои, бедные воительницы, все оказалось куда запущеннее, чем я предполагала. Покачав головой в изумлении, я поднялась и не поленилась подойти к Лисе, положив ей руку на плечо.
— Поднимись. Я не буду тебя наказывать, потому что ты не знала, что я просто высказывала мысли вслух. Мне пригодится любая полезная информация, так что можешь спокойно отвечать мне даже без моего разрешения. — И добавила. — Можешь приступать к своим обязанностям, потому что я планирую немного расслабиться и порисовать. — Лучший способ успокоить таких, как она — дать возможность заняться тем, что она умеет делать лучше всего.
Спрятав улыбку, когда Лайса с чувством долга прошла куда-то в дальний темный угол комнаты, отправилась на балкон, где еще по прибытию заметила мольберт, бережно поставленный там, словно кто-то знал, что первым я захочу нарисовать море. Выйдя на балкон, подхватила в руки палитру, лежавшую на специальном столике, изучая разноцветные баночки с краской.
Прикинув, с чего начну, набрала кисточкой на палитру оттенки белого, синего, голубого и золотистого цветов, обмакивая кисть в воду, перед тем, как набрать новый цвет. Я не умею рисовать красками, но с чего-то же надо начинать? Пусть море будет моим первым рисунком на Идеоне, который будет знаменовать перерождение. И если картина выйдет более-менее приличной, сочту это хорошим знаком, что Идеон меня принял.
Глава 12
Вокруг царил настоящий хаос. Столько слуг в Замке я не видела с самого первого моего появления тут. Они сновали туда-сюда, не срываясь на бег, но было видно, как они торопятся. А всё потому, что Бальтазар во всеуслышание объявил, что состоится бал-маскарад в честь новой Императрицы Темной Империи, который по совместительству окончится обрядом Избранности, только позавчера. Так что эти два дня я с глубочайшим сочувствием смотрела на то, как слуги пытаются создать ту атмосферу, которая должна создаваться минимум неделю, за два дня. Бедняги.
А мне оставалось только вздыхать, что я и делала, сидя перед зеркалом, пока Ринда с Наярой пытались подобрать родовые украшения ирэн Шауриантэ под платье, которое, как и обещала мадам Ривельера, доставили рано утром. Видимо, хозяйка ателье решила не страдать синдромом креативности, чтобы не переборщить, и не стала ничего кардинально менять в дизайне платье, добавив лишь ограненные сапфиры на золотую нашивку вдоль декольте, и нашив на открытые плечи золотистый узор, к которому крепились золотые изящные цепочки, в три ряда свисающие вниз.
Я все утро ахала и восторгалась платьем, строго наказав швеям, находящимся в Замке передать от меня кучу благодарностей мадам Ривельере и сказать, что я не просто довольна, а счастлива. Это настоящий шедевр. И что я обязательно ее отблагодарю в будущем.
— Нет, волосы нужно собрать. — Настаивала Наяра, когда я сидела перед зеркалом. — У госпожи на голове будет корона!
— Ты не понимаешь, она молода и красива, нужно распустить волосы и накрутить их кокетливыми локонами. — Надув щеки от возмущения, спорила с ней Ринда.
Я не выдержала и рассмеялась.
— Девочки, не ссорьтесь. — Выставив руки перед ними, решила обратить на себя внимание, а то еще подерутся из-за волос. Все вокруг нервные с самого утра, зато я была спокойна, как удав. Бальтазара не видела уже больше суток, наверное, поэтому. — Давайте придем к компромиссу. — Чуть не сказала «Давайте жить дружно». — Сделаем полусобранную прическу, а сзади оставим распущенными локоны. Как вам такая идея?
Девушки похлопами глазами с выражением на лицах «А что, так можно было?», и я снова рассмеялась. Взгляд зацепился за отражение в зеркале, в котором я едва себя узнала. За эти два дня волосы побелели еще больше, и я теперь походила на платиновую блондинку с рыжим мелированием.
Лицо также менялось. Не черты, — появилась некая аристократичная бледность, исчезли веснушки, кожа стала здоровой и сияющей, особенно после целой серии купаний и натирания маслами с самого утра. А глаза сияли насыщенным сине-фиолетовым цветом. Это настораживало, но не пугало. В целом это была я, но будто с контактными линзами и обесцвеченными добела волосами.
Воительницы, как мы и договорились, дежурили
