— А это, ваше величество, великий искусник Фельдегаст, необычайно одаренный шут, скрашивавший долгое странствие наше своими изысканными остротами.
Белдин оскалился, сверкнув глазами на Гариона, и небрежно поклонился монарху.
— Ох, ваше величество, и передать не могу, как ослеплен я великолепием града сего и красотами вашего дворца. Видывал я за годы скитания и Тол-Хонет, и Мал-Зэт, и Мельсен и скажу без обиняков, что Дал-Перивор вполне выдерживает сравнения со столь славными градами. А я много земель исходил, торгуя своим искусством и демонстрируя свои таланты.
Лицо короля расплылось в улыбке.
— Господин Фельдегаст, — с поклоном отвечал он, — в мире сем, полном горестей, люди, подобные вам, ценятся на вес золота.
— Ох, ваше величество, вы великодушны сверх всякой меры!
Наконец с формальностями было покончено, Гарион, Закет и остальные смешались с толпой. И тут к Гариону и Закету приблизилась юная дама весьма решительного вида.
— Вы — величайшие рыцари среди всех смертных, господа. — Она грациозно присела. — А высокие титулы спутников ваших красноречивее всяких слов изобличают в вас людей высокородных — возможно даже, королевских кровей. — Она одарила Гариона томным взором. — Обручены ли вы, господин рыцарь?
Гарион беззвучно застонал — вновь все повторялось до мельчайших деталей!
— Я женат, госпожа, — твердо ответил он. На сей раз он уже знал, как достойно выйти из щекотливого положения.
— А-а-а… — разочарованно протянула девица. Но тотчас же повернулась к Закету. — А вы, господин? Связаны ли вы священными узами брака или, может быть, помолвлены с некоей счастливицей?
— Нет, госпожа, — озадаченно отвечал Закет. Глаза девицы сверкнули. И Гарион счел за благо вмешаться.
— Пора тебе, друг мой, принять очередную порцию снадобья — надо признаться, оно горькое, но это необходимо.
— Снадобья? — переспросил Закет. Гарион вздохнул.
— Твой недуг вновь обострился, — изображая горчайшее сожаление, заговорил он. — Сия забывчивость несомненно является предвестником куда более серьезных симптомов, которые не замедлят дать о себе знать. Я молю всех семерых богов, чтобы мы успели совершить наш благородный подвиг, прежде чем наследственное безумие совершенно овладеет тобой…
Решительная юная дама отпрянула. Глаза ее широко раскрылись и наполнились ужасом. Мгновение спустя ее как ветром сдуло.
— Что ты несешь, Гарион? — просипел Закет.
— Я уже бывал в подобных переделках. Эта девица ищет себе мужа.
— Но это же смешно!
— Для нее это было в высшей степени серьезно.
Но тут начались танцы. Гарион и Закет, отойдя к стене, наблюдали за происходящим.
— Какое глупое времяпрепровождение! — заметил Закет. — Никто в здравом уме не станет так бездарно тратить свое время.
— И все же люди делают это единственно потому, что танцы по вкусу дамам. Не знал еще ни одной, которая не любила бы танцевать. Думаю, это у них в крови.
Он поглядел на короля Ольдорина и увидел, что тот ничем не занят. Он увлеченно постукивал каблуком в такт музыке.
— Давай-ка поскорее отыщем Белгарата и потолкуем с королем. Самое время спросить у него насчет карты.
Белгарат стоял, прислонившись к колонне, и с выражением бесконечной скуки на лице наблюдал за танцующими.
— Дедушка, — обратился к нему Гарион, — сейчас никто не отвлекает короля. Давай-ка спросим у него про карту!
— Идея недурна. Похоже, празднество затянется до утра и получить у него официальную аудиенцию мало шансов.
Они приблизились к трону и поклонились.
— Позволено ли нам будет ненадолго отвлечь ваше величество?
— Разумеется, господин рыцарь. Вы и ваш друг — герои дня, и с моей стороны было бы неучтиво не выслушать вас со вниманием. Что заботит вас?
— Сущая мелочь, ваше величество. — Учитель Гарат (представляя деда королю, Гарион ограничился тем, что опустил приставку «Бель»), как я уже говорил, пестует меня с малолетства, да и доселе мудро руководит мною. Но он еще и довольно крупный ученый, а в последнее время увлекся географией. Издавна географы спорят о том, как именно выглядел древний мир — прежде, чем раскололся. По чистой случайности учитель Гарат прослышал о том, что некая древняя карта хранится здесь, во дворце Дал-Перивора. Обуреваемый любопытством, он просил меня поинтересоваться у вас, знаете ли вы о существовании карты сей, а если по счастью слух окажется правдой, то не позволите ли вы ему на нее взглянуть.
— Воистину, учитель Гарат, — отвечал король, — слух правдив. Карта, которую вы разыскиваете, — одна из самых драгоценных наших реликвий, ибо именно она привела наших далеких предков на сей пустынный брег. Как только выдастся свободная минутка, я счастлив буду оказать вам помощь в ваших ученых исследованиях.
И тут из-за пурпурных драпировок позади трона выступил Нарадас.
— Опасаюсь, нынче не лучшее время для научных изысканий, ваше величество, — самодовольно заявил он. — Да простит меня мой король, но я случайно услышал последние ваши слова — я как раз спешил сюда, дабы сообщить вам печальную новость. Прибыл гонец с востока и принес весть, что как раз сейчас злобный дракон разоряет деревушку Дал-Эста — это менее, чем в трех лигах от города. Он совершенно непредсказуем и всегда нападает неожиданно — он может вновь скрыться в леса на неопределенное время. Кажется мне, можно извлечь выгоду из постигшей деревню трагедии. Самое время нанести удар. Вряд ли представится для наших бесстрашных победителей лучшая возможность избавить нас от этой напасти. Я успел заметить также, что сии два отважных рыцаря со вниманием прислушиваются к мудрым советам своего старца-учителя, посему разумно будет ему сопровождать их на подвиг.
— Умно сказано, Эрезель, — с энтузиазмом согласился безмозглый король. — Я опасался, что нам не так-то скоро удастся выманить зверя из лесов. А тут все случилось само собой — и всего за одну ночь. Отправляйтесь же в путь, доблестные мои рыцари и учитель Гарат! Избавьте королевство мое от дракона — и вам ни в чем не будет отказа! Я осыплю вас благодеяниями!
— Вы подоспели как раз вовремя, добрый Эрезель, — сказал Белгарат.
Речь его была изысканно вежлива, но Гарион слишком хорошо знал деда, чтобы не понять, что у того на уме. А Белгарат тем временем продолжал:
— Его величество король как всегда прав — вы избавили нас от долгого ожидания. Как только выдастся свободная минутка, не сомневайтесь, что я найду способ достойно вас отблагодарить.
Нарадас испуганно отпрянул.
— Не стоит благодарности, учитель Гарат, — сказал он. — Я всего лишь сделал то, что велит мне мой долг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
