— Меня такие штуки до сих пор нервируют, — признался Закет.
Гарион тем временем внимательно смотрел на пирующего дракона.
— Обрати внимание на положение его крыльев, — тихо сказал он. — Когда у него вот так опущена голова, он не видит, что позади него. Ты заходи с этой стороны, а я нападу с противоположной. Когда мы оба будем готовы, я свистну. По этому сигналу мы нападем. Скачи так быстро, как только сможешь, но постарайся оставаться под прикрытием крыла. Вонзи копье поглубже и оставь его в ране. Пара копий под мышками затруднят ему движение. Вонзив копье, тут же поворачивай коня.
— Как ты хладнокровен, Гарион.
— В такой ситуации это жизненно необходимо. Утратишь ясность ума — тотчас же все провалишь. Кстати, это далеко не самая заковыристая задачка — ты сам знаешь, мы справлялись кое с чем и потруднее. Ну, удачи!
— И тебе.
Они разъехались в разные стороны и вскоре оказались по бокам у дракона. Закет дважды взмахнул копьем, давая Гариону знак, что он готов. Гарион вздохнул всей грудью. Он заметил, что руки у него слегка дрожат. Он приказал себе ни о чем постороннем не думать и ничего не видеть, кроме драконьего бока. Потом оглушительно свистнул.
И оба всадника с разных сторон кинулись в атаку.
В общем и целом стратегический план Гариона сработал. Однако чешуйчатая шкура дракона оказалась много прочнее, нежели предполагал Гарион, и копья вошли в тело совсем не так глубоко, как он ожидал. Он поворотил Кретьена и стремглав поскакал прочь.
Дракон взревел, дохнул огнем и стал неуклюже поворачиваться, намереваясь броситься вдогонку за Гарионом. Но торчащие из тела копья мешали зверю двигаться. А тут еще подоспели Белгарат и волчица и теперь, утробно рыча, кусали и рвали драконий хвост. Отчаявшийся дракон замахал своими кожистыми крыльями, похожими на паруса, тяжело поднялся в воздух, хрипло рыча от боли и изрыгая пламя.
«Он уходит!» — мысленно крикнул Гарион деду.
«Он скоро вернется. Драконы — существа на редкость мстительные».
Гарион проехал мимо дохлой лошади и приблизился к Закету.
— Раны, которые мы нанесли ему, надо думать, смертельны? — с надеждой в голосе спросил маллореец.
— Я бы на этот счет не обольщался, — ответил Гарион. — Копья сидят у него в теле неглубоко. Нам нельзя расслабляться. Дедушка говорит, что он с минуты на минуту возвратится.
«Гарион! — прозвучал в мозгу у Гариона голос деда. — Я кое-что задумал. Предупреди Закета, чтобы не ударился в панику».
— Дедушка говорит, что прибегнет к волшебству. Поэтому, если что, не пугайся.
— Что он надумал?
— Не знаю. Он не сказал.
Гарион почувствовал знакомое напряжение и услышал тихий звук. И вдруг их с Закетом объяло бледное радужное сияние.
— Живописно, — оценил Закет. — А зачем это нужно?
Император явно начинал нервничать. Из темноты выскочил серебристый волк.
— Недурно вышло, — по-волчьи сказал он.
— Что это? — спросил Гарион.
— Нечто вроде щита. Он убережет вас от огня — по крайней мере отчасти. Остальное сделают латы. Возможны легкие ожоги, но, думаю, не более того. Однако не теряйте головы. В арсенале дракона есть еще и зубы, и когти.
— Это магический щит, — растолковал Закету Гарион. — Он предохранит нас от пламени.
И тут с восточной стороны донесся громкий рык, и в небе полыхнуло пламя.
— Готовься! — отрывисто приказал Гарион. — Он возвращается!
Наказав Шару не своевольничать, Гарион выхватил из ножен Ривский меч. Закет уже крепко сжимал в руках свое оружие.
— Разойдемся в разные стороны! — сказал Гарион. — Мы должны стоять достаточно далеко друг от друга, чтобы он мог напасть лишь на одного. Если эта тварь бросится на тебя, я атакую ее со спины, а если на меня — ты сделай то же. По возможности рубани ее по хвосту. Хвостом своим дракон отчаянно дорожит и непременно обернется. Тогда, кто бы из нас ни оказался от него спереди, сможет нанести удар по шее.
— Здорово придумано, — ответил Закет.
И они изготовились к бою.
Гарион заметил, что древки копья, которые они вонзили в тело зверя, были откушены — теперь из боков дракона торчали лишь коротенькие обрубки. Чудище избрало своей жертвой Закета — и столь мощен был его бросок, что император вылетел из седла. Он копошился на земле, силясь подняться, а дракон плевал в него огнем.
Закет предпринимал одну попытку встать за другой, но все тщетно. Он инстинктивно уворачивался от огненных струй — и вот острые когти дракона сцапали его, прижав к земле. Змеиная шея чудища грозно изогнулась, а страшные клыки лязгнули о доспехи.
И Гариону пришлось отвергнуть свою изящную тактику. Он поспешно соскочил с седла и бросился на подмогу Закету.
— Огня! — рявкнул он, обращаясь к Шару.
Ярко-голубое пламя тотчас же объяло его клинок. Гарион знал, что Торак сотворил дракона невосприимчивым к традиционному колдовству, но оставалась надежда, что чудище не устоит перед мощью Шара. Гарион загородил барахтающегося Закета и взмахнул мечом прямо перед оскаленной мордой дракона. Клинок Ривского меча со свистом рассекал плоть, и каждый удар сопровождался отчаянным визгом раненого зверя. Но чудище и не думало отступать.
— Вставай! — крикнул Закету Гарион. — Поднимайся на ноги!
Он слышал за спиной лязганье доспехов — маллореец судорожно пытался подняться. Вдруг, пересилив боль, дракон взмахнул когтистой лапой и сшиб Гариона с ног. Тот упал прямо на распростертого на земле Закета. Дракон издал торжествующий крик — его оскаленная пасть оказалась прямо перед лицом Гариона. В отчаянии он взмахнул мечом и угодил чудищу прямо в левый глаз. Даже в столь безнадежном положении Гарион не мог не провести некоей параллели — этот же глаз некогда благодаря вмешательству Шара потерял Торак. И отчего-то Гарион совершенно уверился в том, что победа близка.
Дракон отшатнулся, взревев от ярости и боли. И Гарион этим тотчас же воспользовался — он вскочил на ноги и рывком поднял Закета.
— Заходи слева! — прорычал он. — Теперь он слеп на левый глаз! Я его отвлеку. А ты рубани по шее!
Они снова разделились, спеша довершить дело, покуда дракон не оправился от потрясения. Гарион изо всех сил взмахнул мечом и глубоко рассек драконью морду — из раны хлынула кровь, обрызгав его доспехи, а дракон в ответ на удар дохнул на противника пламенем. Но Гарион, не обращая на это внимания, продолжал орудовать мечом. Он видел, как Закет, держа меч обеими руками, наносит удары по змеиной шее чудища, но прочная чешуя надежно защищала дракона. Гарион же продолжал рубить пылающим мечом. Полуослепший дракон взмахнул лапой, а Гарион с такой силой ударил по ней мечом, что почти перерубил ее пополам. Терпение у дракона наконец лопнуло, и он стал медленно, шаг за шагом, отступать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
