Впрочем, еще за десять лет до этого ей довелось блеснуть в комедии, причем поставленной тем же самым Раппено. Картина, законченная в счастливом для Денев 1965 году, называлась «Жизнь в замке». Снятая сразу после мрачного «Отвращения», она была для актрисы поворотом на 180о, продемонстрировала еще одну грань ее очень гибкого таланта, которому отнюдь не чужда «легкая муза». И хотя последнее теперь очевидно, тогда режиссеру потребовалась известная смелость, чтобы поручить главную роль в своем фильме-дебюте Катрин Денев. Долго колебавшись между ней и Франсуазой Дорлеак, Раппено все-таки предпочел в итоге младшую сестру, что было явно нестандартным решением.
«Жизнь в замке» не стала рекордсменкой проката, подобно «Бабетте» и «Большой прогулке», где война разыгрывалась как искрометный водевиль. И, однако же, есть в ней неброская притягательность и обаяние, которые обеспечили в свое время фильму симпатии публики и критики, да и сегодня позволяют смотреть его не без удовольствия.
Раннее лето 1944 года – канун высадки союзников в Нормандии. Действие происходит в поместье, расположенном на морскому берегу, где вскоре развернутся события, предвещающие финал мировой войны. Поначалу кажется, что героям фильма нет до этого ровно никакого дела. Типичные для провинции неспешные ритмы, семейные неурядицы – вот атмосфера, в которой существуют хозяйка родового замка вздорная и властная Шарлотта, ее сын Жером и невестка Мари.
Мари сохнет в глуши и умоляет мужа увезти ее в Париж. Тот, однако, озабочен совсем другими проблемами: какой-то зловредный субъект таскает яблоки из подвала, да и вообще хозяйство заедает. Супруги ссорятся, и вот уже непоседливая Мари садится на велосипед и катит к отцу в соседнюю деревню. Здесь ей не слишком-то рады: нечего дурью маяться, раз тебе выпала такая удача – стать женой молодого хозяина замка.
Жерома играет Филипп Нуаре, который вскоре станет одним из самых ярких характерных актеров французского кино. Уже здесь нельзя не оценить органику его поведения, безошибочную точность психологических реакций. Рядом с презабавнейшим «чайником» Жеромом Мари могла бы остаться безликой лирической героиней. В том, что этого не случилось, заслуга Катрин Денев и режиссера, задавшего актрисе самостоятельную творческую установку.
Очарование бесшабашной юности – качество важное, но не главное для этой роли. Жан-Поль Раппено делал свой фильм вопреки коммерческим схемам «Бабетты». Там обаятельные герои и героини легко обводили вокруг пальца туповатых фрицев и лихо, на изобретательности и юморе, выигрывали войну. Участие Брижит Бардо или других актеров-звезд подчеркивало ура-патриотический характер таких фильмов в духе официальных доктрин голлизма. Денев, снимаясь у Раппено, еще не была национальным достоянием. Поэтому роль сумасбродной девчонки, нарушившей уклад жизни обывателей, становилась интересной – или неинтересной – сама по себе, в зависимости от того, проявится в ней личность или просто служебная лирико-комедийная фигура.
Личностное начало Денев заявляет с первых же кадров. Молодая женщина, которую она играет, решительна и смела; ее порывистость не инфантильна, она идет из глубин здорового народного темперамента. Мари – истинная дочь своего отца, с которым, правда, они частенько ссорятся, но в решающий момент отлично понимают и поддерживают друг друга. Месье Диманша («диманш» – воскресенье) играет легендарный Пьер Брассер: скромный деревенский почтальон оказывается деятелем партизанского подполья. Сама Мари на рожон не лезет и политикой совсем не увлечена. Но она вовсе не романтическая идиотка: ни разу не поступает банально, подкупая живостью ума, мгновенностью реакций и обостренным интересом к жизни.
А что представляет сама окружающая ее «жизнь в замке»? Она сродни легковесной чехарде водевиля: недотепа-муж, сварливая свекровь, назойливый ухажер из расположившейся в замке группы немецких офицеров, еще один поклонник – на самом деле диверсант, заброшенный союзниками в эти края… Большой эпизод фильма разворачивается по другую сторону Ла-Манша и живописует веселое времяпрепровождение английских офицеров; все это подготавливает эффект следующей сцены: в стельку пьяного Жюльена (того самого диверсанта) поднимают по команде и вторично перебрасывают из Британии в Нормандию. Утром Мари с мужем просыпаются от жестокого храпа. Только они начинают грешить на «проклятых бошей», расположившихся за стенкой, как, выглянув в окно, замечают осевший на дереве парашют, а в его стропах – все еще спящего после ночной попойки Жюльена.
Загримированный под водевиль, фильм чем дальше, тем больше обнаруживает тяготение к высокой комедии. И к комедии героической – и то и другое, заметим, в духе французской традиции. Но традиция как раз в том, что опровергаются тривиальные решения, которые подсказывало все развитие интриги. Роман Мари и легкомысленного Жюльена обрывается на полдороге, а сама героиня вдруг открывает неожиданные достоинства в обывателе-муже.
Жером и впрямь неузнаваемо меняется, когда жизнь в замке становится по-настоящему рискованной и опасной, да и существование самого замка поставлено на карту: ради успеха военной операции союзников его необходимо взорвать, и хозяину – для француза дело немыслимое! – вовсе не жаль своей недвижимости. Высвободившись наконец из-под опеки деспотичной матери, Жером превращается в мужчину, борца и защитника; мудрено ли, что он возвращает любовь и уважение Мари. В последних кадрах мы видим, как преобразившийся Жером и просветленная Мари в задорно повязанной косынке въезжают с колонной союзнических танков в Париж.
И Денев, и Нуаре сыграли в этой картине словно бы прообразы своих будущих знаменитых ролей. Придет время, и Нуаре прославится в фильме «Старое ружье», где – опять же на материале минувшей войны – будет показано, как становится беспощадным мстителем другой хозяин загородного дома, у которого оккупанты отняли жену и дочь. А Катрин Денев в «Последнем метро» сыграет женщину, символизирующую непокоренную Францию и вдохновляющую мужчин на борьбу. Эти мотивы присутствуют уже в фильме Раппено, только они комедийно снижены.
Создатели фильма одновременно верят и не верят в то, что наивная деревенская девчонка способна стать знаменем больших исторических событий. Они знают: кончится война, отгремят победные залпы, и все встанет на свои места. Жером вернется к пресловутым яблокам, Мари, взяв от Парижа свою порцию увеселений, скорее всего станет сварливой хозяйкой замка. Но ирония не отменяет высокого строя героической комедии, а только придает ей изящество и философичность.
Именно этого не хватало «Бабетте», именно в этом – отличие Мари от героини Бардо, выставленной в самый центр головокружительной интриги. Катрин Денев не лезет на первый план; она играет Мари легко и сдержанно, соблюдая меру юмора и серьезности, иронии и романтики. Тут уж не скажешь, что по прихоти кинематографистов «маленькая француженка выиграла большую войну». Но сама Катрин Денев, как и остальные участники картины, бесспорно, осталась в артистическом выигрыше. «Этот фильм – смесь юмора и нежности без примеси вульгарности», – отмечала критика.
Впоследствии Филипп Нуаре вспоминал: «Жан-Поль и Катрин стали для меня двумя волнующими встречами. А между тем, когда Жан-Поль впервые заговорил о Катрин как исполнительнице главной роли в его фильме, я отнюдь не был в восторге, ибо считал ее маленькой птичкой без мозгов и души. Лишь через несколько дней после начала съемок я обнаружил, какими внутренними качествами она обладает. Сегодня это одна из самых крупных актрис Франции и, может быть, всего мира. Чем больше лет проходит, тем она становится красивее и тем увереннее – ее талант».
«Жизнь в замке» подарила французскому кино новую надежду: пришел режиссер со вкусом к утонченной комедии, владеющий искусством философской иронии, достойной Ренуара и Клера. Фильм получает очень престижный приз Луи Деллюка, обгоняя «Безумного Пьеро» Годара. Это еще один симптом кризиса Новой Волны: Годар, при всем великолепии его анархизма, кажется многим слишком деструктивным. Хочется вернуться к традиции, слегка освежив ее.
