замерев с вытянутыми в их сторону листочками. Сосновский в умилении улыбнулся. – Невероятно. Мы, наконец, встретились, это уму непостижимо. А ведь я знал, знал, что это случиться. Ваши клетки, они ведь невероятно мобильны, и телепатия, ой, это даже не Нобель, это три, а то и четыре Нобеля.
– Там, откуда я родом, это не имеет значения – прошептал Мозалев – освободите меня.
Сосновский ехидно улыбнулся и посмотрел на правую руку, если борщевик решит вдруг вытаскивать ее, как и левую, то без серьезных повреждений тут никак не обойтись. Тем более что код лишь у него.
– Я так понимаю, вы при броске сломали кисть? – спросил Сосновский, разглядывая повисшую левую руку – без опыта слишком сильно бросили, не рассчитали нагрузки. Что ж, это даже хорошо. Признаться, мне было бы ужасно неприятно, если бы освободившись, вы бросились на меня.
– Я не брошусь —слабо проговорил Мозалев.
– Да ладно вам. Все в вашем случае попытались бы освободиться. Это вполне нормально, для данной ситуации. Хотя, лучше конечно наладить конструктивный диалог. Вам как? Понравилась наша вода?
– Да.
– Это хорошо. Первый дар и сразу пришелся по вкусу.
– Освободите меня.
– Да я слышал вас – прервал его Сосновский – но судя по телу медсестры, это не совсем безопасно. А потому позвольте, я вас проинструктирую касательно вашего пребывания здесь. Вот этот комплекс, он оснащен всеми необходимыми видами охраны и полностью защищён от любого воздействия извне. Поэтому очень прошу. Ведите себя хорошо. Иначе богом клянусь, тут с вами церемониться не станут.
– Богом?
– Не суть важно. В общем, вам нужно оказывать нам содействие, то есть быть послушным. Понимаете?
– Нет. Не понимаю – сказал Мозалев и устало наклонил голову —мне больно, выпустите меня.
– Увы, увы, увы – Сосновский покачал головой и подойдя поближе к Мозалеву присел на корточки – И всё же, как же счастлив, вы себе не представляете. Ведь я на пороге самого великого открытия в мире. И это так неописуемо прекрасно.
Вдруг неожиданно раскрылась дверь и громкий крик прорезал лабораторию.
– На колени твари, иначе всем бошки разнесу!!!
Сосновский обернулся и в ужасе отшатнулся. Там, в дверях, в кровавой майке и с дробовиком наперевес, стояла невысокая девушка, сверля их остекленевшим от ярости взглядом и судя по всему, готовясь стрелять. Ольга
– Тише, тише – сказал Сосновский, выставив руки вперед – подождите, давайте поговорим.
– Отошел от него. Быстро. А вам лечь на землю – крикнула Ольга двум солдатам, устоявшим на коленях.
– Вы даже не понимаете, что тут происходит, это даже не человек – сказал Сосновский.
– Это я уже сама разберусь, а ты пока освободи его.
– Боюсь этого нельзя делать, в него ввели борщевичную сыворотку. Посмотрите сюда, я не обманываю. Видите, его глаза. А кожный покров? Он не типичен для человека. Это явная мутация.
– Руки при себе держи – уже тише сказала Ольга – братишка ты как?
Мозалев с трудом перевел на неё взгляд, затем с трудом проронил – все нормально, только освободи меня.
– Не вздумайте, оно вас обманывает. Смотрите вот сюда – Сосновский указал на монитор – это борщевик, он овладел сознанием вашего брата и теперь использует его как переносчика или переговорщика. Поймите это не ваш брат. Это инопланетная форма, которая использует борщевик для переноса своего сознания в человеческое.
– Ты хоть сам, понял, что сказал?
– Тогда посмотрите сюда – Сосновский указал на тело медсестры – это он убил её.
– Я никого не убивал – простонал Мозалев – скорее, помоги мне.
– Это неправда, хотите я докажу? Вот прям сейчас, мне надо просто нажать на кнопку повтора, и вы сами всё увидите. Это же ведь оно разбило ей голову о стенку.
Ольга замешкалась, потом посмотрела на тело медсестры, на брата и на Сосновского.
– Поверьте, я бы не смог этого сделать, потому что физически, Лидия Павловна была ближе всех к этому существу. К тому же никто из нас просто не обладает подобной силой. Да и как мы вообще могли это сделать? Эти два солдата – они стояли у дверей, я вот здесь. К тому же мы просто боялись подходить к нему. Это же очевидно.
– Он врёт. Освободи меня – снова простонал Мозалев.
– Запись. Мне надо включить запись. Я просто покажу, что тут было – сказал Сосновский, медленно приближаясь к панели управления – следите за мной, я очень и очень медленно, включаю перемотку. Видите? Я безоружен, неопасен. Просто хочу показать вам запись.
– Одно резкое движение и головы не будет.
– Конечно. Все очень медленно.
Сосновский встал у монитора, и быстро пробежал по клавиатуре. Ольга посмотрела на экран и там, на серой поверхности стекла, заиграла картинка безжалостной расправы над несчастной Лидией Павловной.
– Вот видите, видите? Оно убило её, причем безжалостно – ликующие произнёс Сосновский – а самое главное, посмотрите какова жестокость удара. Это же самое настоящее безумие.
– Жень это ты сделал? – спросила Ольга, посмотрев на брата – это ты её убил?
– Я, я не помню – покачал головой Мозалев.
– Конечно, оно не помнит – передразнил Мозалева Сосновский – оно только что раздробило череп человеку и теперь всячески будет это отрицать. Главное не выпускать его. Поймите, оно крайне опасно.
– Да помолчите вы – Ольга подошла к Мозалеву – ты в правду убил её?
– Я не знаю – брат поднял мутные глаза – они что—то сделали со мной, пытали, мучали, я уже ничего не помню. Только боль. Прости меня.
Ольга сжала дробовик руками. Вид брата, да еще так сильно измученного, покрытого странной зеленой кожей, и с мутными, полными страданий глазами, заставил её буквально, закипеть от злости. Она развернулась и посмотрела на Сосновского.
– Пытал, значит. И как понравилось?– Ольга сделала шаг и подняла ружье – говори мразь, что ты чувствовал, когда это делал?
– Это эксперимент, мы просто проводили опыт и к тому же я интроверт.
–Опыт значит, тогда и я опыт проведу – она направила на него ружье и выстрелила – теперь наверно я тоже этот интроверт.
– О боже, аааа… – Сосновский упал, скорчившись от боли.
– Что больно, да? – Ольга подошла поближе – может прострелить еще и ногу? А? Интроверт?
– Боже, боже, черт, мне нужна помощь – продолжал кричать ученый.
– Эй, солдатня, я вас сказала головы не поднимать, а то продырявлю – сказал Ольга, снова поворачиваясь к брату – скажи ты помнишь, где в шестом классе, спрятал меня от гнавшихся за мной мальчишек?
Мозалев поднял голову и посмотрел на неё мутным взглядом. Затем кивнул и еле, еле процедил – да. В лесу. В шалаше, в который ты всё время хотела найти.
– И всё—таки нашла – она улыбнулась и посмотрев на металлический наручень, отстрелила замок – идти сможешь?
– Да – Мозалев и посмотрел на ноги – только там тоже
