Охранник снова продемонстрировал кошмарную ухмылку и жестом приказал девушке войти. Она упрямо затрясла головой. Пунг тяжело вздохнул, схватил ее за руку и без малейшего усилия затащил внутрь. Когда туда же втиснулся второй охранник, дверь закрылась.
Низа с трудом сдержала жалобный стон. В замкнутом помещении особенно сильно ощущался исходивший от охранников резкий запах. Внезапно ей показалось, что комнатка падает, и тогда с губ все-таки сорвался сдавленный стон. Охранники по-прежнему хранили невозмутимость. По-видимому, немедленная смерть им все-таки не угрожала.
Когда лифт замедлил падение и остановился, неприятное ощущение не пропало.
Дверь снова отошла в сторону.
Помещение напоминало гарем ее дядюшки Шиманеха, где она не раз бывала, переодевшись простолюдинкой.
Низа вдыхала десятки тонких ароматов: сладкое вино, пряный дым курений, запах разгоряченных страстью человеческих тел. Комната была такой огромной, что противоположный ее конец терялся в полумраке.
Роскошная обстановка тоже подходила для гарема: пушистые мягкие ковры, блеск драгоценных металлов и редких самоцветов — все здесь радовало глаз. Мебель была очень странной: тут диван с ножками в виде раздвоенных копыт, там причудливая козетка с подушками из змеиной кожи. Внимание ее привлекло кресло со странными подлокотниками из черного дерева — младенцы-вампиры растягивали в жуткой ухмылке рты с острыми клыками. Низа содрогнулась.
Но если здешняя атмосфера казалась знакомой, то многие предметы ужасали своей чужеродностью. Вместо эротических скульптур, которые так любил Шиманех, в нишах извивались странные блестящие тени, бледно-голубые, прозрачные, сплетенные в сексуальном экстазе, но все-таки медленно движущиеся. Казалось, что там занимаются любовью призраки.
И свет. На Фараоне самыми яркими светильниками считались газовые рожки, освещавшие дворец и несколько храмов побогаче. Но здешнее освещение поражало разнообразием: к панелям крепились крохотные цветные огоньки, в воздухе плавали огромные пастельных тонов шары, на потолке мелькали ослепительно-белые пятна.
Где-то вдали тихо играла незнакомая музыка. В комнате никого не было.
Охранники подвели ее к креслу, обитому светло-коричневой кожей, и прикрепили поводок к вделанному в подлокотник железному кольцу. Охранники вернулись в лифт, на прощание дружелюбно помахав ей рукой. Низа помахала в ответ, почти жалея, что они уходят.
Девушка провела в кресле около часа. Страх постепенно сменился скукой. Она устала любоваться чудной обстановкой. Внимание привлек необычный узор на коже кресла. Присмотревшись, Низа поняла, что это татуировка. Спустя мгновение она узнала узор, любимый горцами, жившими к северу от столицы. Так вот какой зверь дал свою шкуру для обивки! Она не могла больше сидеть в этом кресле, и сползла на пол, насколько позволяла привязь.
В комнату вошла женщина колоссальных размеров — мускулистая, с огромными торчащими грудями и широченными бедрами. Она была одета в платье из прозрачного шелка, на ногах — высокие, до колен сапоги. Жеманная гримаса на крохотном жирном личике внушала отвращение. Она грубо дернула за поводок и повела Низу в глубь комнаты.
У противоположной стены, на кушетке, заваленной бархатными подушками, сидела Кореана. Два странных небольших создания старательно массировали ее обнаженное до пояса тело.
Чудовищное насекомое неподвижно стояло сзади. Великанша отстегнула поводок, и девушка устало потерла ноющую шею.
— Подойди сюда, — произнесла мелодичным голосом Кореана.
Она улыбнулась, и Низа, как сомнамбула, качнулась вперед, остановившись на расстоянии вытянутой руки.
Хозяйка похлопала по подушке рядом с собой, приглашая садиться. Странные существа зашипели, и девушка поняла, что больше всего они напоминают странную помесь человека и кошки — носы казались черными пуговками на крохотных мордочках, а зубы были мелкими и необыкновенно острыми. Тела покрывал блестящий белый мех. Шерсть отсутствовала только на лицах и розовых ладонях.
Кореана отмахнулась небрежным жестом, оба прислужника улизнули прочь, но девушка успела услышать тихое рычание и прочесть в глазах пробегающих мимо странных слуг холодную ненависть.
Низа упала на подушки, и Кореана подвинулась, освобождая ей место. Вблизи ее красота еще больше ослепляла. Низе захотелось прикоснуться к шелковистой белоснежной коже, чтобы узнать, каково на ощупь это чудо.
— Низа, — нежно произнесла Кореана, — ты не представляешь, как я счастлива тебя видеть! Я никогда раньше не встречала Фениксов.
Девушка потеряла дар речи. Духи Кореаны были такими тонкими и притягательными, что хотелось отыскать на теле хозяйки место, где запах чувствовался сильнее всего. «Перестань, — сказала она себе, — неужели ты ничему не научилась?»
— Так вот, я видела много трупп с Фениксами, но ни один из них не воскресал, — продолжала женщина с улыбкой. — Я уверена, что ты способна затмить их всех. Фломель очень много рассказывал о тебе. Ты ведь, насколько я помню, царская дочь? Он превозносил твой актерский талант. В тебе есть и отвага, и смирение. Это много значит для тех, кто понимает толк в пьесах с Фениксами.
Голос Кореаны звучал доверительным мурлыканьем, но все равно казалось, что она произносит заранее отрепетированную речь.
Низа встрепенулась:
— Я — единственная, кто выжил? Почему это? Вухийя говорит… — она запнулась, понимая, что ступает на скользкую почву.
Хозяйка наклонилась так низко, что небольшая белая грудь коснулась руки девушки.
— Вухийя говорит?.. — подбодрила Кореана. — Продолжай, Низа.
— Вухийя — это тот человек, который заботился обо мне, пока я болела, — уклончиво ответила она.
— Да?
— Я спросила, почему я жива, почему исчезли шрамы. Он ответил, что тут очень хорошие доктора. Это правда? — Низа немного успокоилась и осмелилась спросить: — Не могли бы вы сказать, где я?
Кореана откинулась назад, гримаса раздражения исказила ее черты. Через секунду неприятное выражение исчезло, но совершенная красота хозяйки уже не так завораживала девушку.
— Постой, не все сразу. Да, доктора тут неплохие, но большинство Фениксов попадало к нам уже мертвыми. Может быть, боги оказали тебе особую милость. А может, ты обладаешь особенной силой, или тебе помог неизвестный друг. Как ты думаешь?
— Я стараюсь вообще не думать об этом, — честно призналась девушка.
Кореана рассмеялась тихим, неестественным смехом.
— Да? Ну ладно, на твой второй вопрос я легко могу ответить. Это Суук, плато Баргерелл, квартира Черной Слезы, мои апартаменты. — Пауза. — Моя кушетка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
