Лицо Шона вытянулось, и он открыл, было, рот, но Лира упреждающе прижала руку к его губам.
— Тише, а не то всё испортишь! Лучше проводи нас туда, где нет посторонних глаз и ушей.
После согласного кивка тролля Лира разрешила Аните выйти из экипажа. Принцесса накинула на голову капюшон и, стараясь не смотреть в сторону Шона, подошла к подруге.
— Ну, что, идём?
Голос Лиры, в котором сквозила неприкрытая насмешка над ситуацией, вывел тролля из ступора и заставил оторвать взгляд от женской фигурки в плаще. Он почти бегом двинулся в сторону замка, так что девушки едва поспевали за ним. Они преодолели несколько лестничных пролётов и коридоров, освящённых факелами, прежде чем добрались до комнат, отведённых в личное владение Шона. Лира понимала, что будет третьей лишней, поэтому дальше первой комнаты не пошла, решив дожидаться принцессу здесь. Впрочем, сидеть на одном месте быстро наскучило, и девушка собралась пройтись по замку, благо было, где разгуляться. Но прежде, чем она коснулась двери, та сама распахнулась, и на пороге возник Лекс.
— Лира?
— Вы?
— Здравствуй, — дракон широко улыбнулся.
Он сам на себя не походил. Одетый как светский вельможа-щеголь, тень императора выглядел очень расслабленно и непринуждённо.
— Если вы к Шону, то ему сейчас некогда, — Лира аккуратно вытолкала Лекса за дверь.
— Хм, между прочим, мы собирались устроить мальчишник.
— Не получится.
— Почему?
Лира без утайки рассказала о причине их с Анитой визита.
— Хм, неужели перед свадьбой все ведут себя подобным образом?
— То есть топчутся у дверей и разглагольствуют на тему женитьбы? — шутливо поинтересовалась девушка.
Лекс с удивлением глянул на Лиру.
— Мне нравится, когда ты шутишь. Пройдёмся? Кстати, у меня есть к тебе разговор.
— Какой? — настороженно полюбопытствовала целительница, идя рядом с мужчиной.
— Серьёзный, Лира, серьёзный, — и не подумал развеять её опасения Лекс.
По извилистым коридорам и одной лестнице они вышли на крытую галерею, опоясывавшую замок снаружи. Отсюда удобно было вести наблюдение за окрестностями, а во время атаки обстреливать противника из луков и арбалетов. Лира так и не сняла плащ и была сейчас этому несказанно рада, плотнее закутавшись в него от холодного сырого ветра, гуляющего по галерее.
— Ты всё-таки дала своё согласие на предложение Лионэля, — без какого-либо перехода начал разговор дракон.
Лира удивлённо взглянула на стоявшего рядом мужчину.
— Откуда вы знаете?
— Мне известно многое, — уклончиво ответил Лекс.
— Такова ваша служба, — вспомнила девушка его слова в их первую встречу. — Ну и что?
— А то, что ушастый ещё получит за втягивание тебя в это дело, — взгляд дракона заметно помрачнел. — Лирейн, тебе нельзя к дроу.
Волосы Лекса были собраны в хвост. Иногда порыв ветра бросал на лицо алые пряди, похожие на языки пламени.
— Вы так печётесь обо мне, потому что я сирена? — невольно скрестив руки на груди и принимая воинственный вид, поинтересовалась Лира. За то время, что она не видела Лекса, девушка научилась справляться с волнением, которое невольно испытывала, находясь рядом с ним.
— И не только поэтому, — тихо произнёс Лекс.
Он отошёл от девушки и оперся на деревянные перила. Глядя вдаль, он сказал:
— Ты мне не чужая, Лирейн. Несмотря на то, что каким-то непостижимым образом ты сумела отдать назад часть моей сущности, — костяшки пальцев рук, обхвативших перила, побелели от напряжения, — я по-прежнему чувствую себя связанным с тобой. Возможно дело в том, что ты спасла мне жизнь.
— Вы сделали то же самое, — возразила Лира. — С тех пор мы квиты.
Лекс резко обернулся. Во взгляде янтарных глаз сквозило какое-то странное напряжение.
— Ты права. Квиты. Но это не значит, что я не могу предупредить о грозящей тебе опасности.
Лирейн улыбнулась.
— Когда вам было выгодно, вы сами отправили меня к дроу, не беспокоясь опасно это или нет. Сегодня уговариваете меня этого не делать. Не находите некую абсурдность ситуации? Или дело опять в чьей-то выгоде-невыгоде?
Она не любила говорить так прямо, ставить собеседника в неловкое положение, но сейчас другого выхода не видела. Лекс должен был определиться в своём отношении к ней.
— И снова ты права, — криво усмехнулся дракон. — Прости, если чем-то обидел. Поговорим о чём-нибудь другом?
— Да, — Лира перевела дух. — Как поживает Его императорское величество?
— Утверждается во власти.
— А как дела у его сестры, принцессы Кэтэрин?
Дальше разговор потёк совсем в ином русле, чем прежде. Лекс оказался очень приятным собеседником, с которым время летело незаметно. Он рассказал девушке о том, как познакомился с Шоном ещё в Школе на Родене и как чуть не рассорился с ним из-за Лиры. Девушка не заметила, как сгустились сумерки, и пришла пора возвращаться во дворец. Оставалось только оторвать Аниту от Шона и заодно выяснить: развеялись ли сомнения принцессы по поводу предстоящего замужества.
Глава 19
Клементина смотрела на свою старшую дочь и не узнавала её. Облачённая в тёмно-голубой шёлк, с волосами, забранными вверх, открывающими точёную шею, Лира выглядела блестящей придворной дамой. И даже тёмная от загара кожа не нарушала законченного образа утончённой леди. Из-за насыщенно голубого цвета платья, зелёные глаза девушки приобрели оттенок морской волны. Подкрашенные густые ресницы делали взгляд таинственным и женственно-томным. Слегка тронутые кармином губы оттеняли жемчужный блеск белоснежных зубов, когда Лира улыбалась.
— Лира, а как же корсет? — спохватилась Клементина, невольно любуясь тонкой гибкой талией дочери, обтянутой шёлком.
— Зачем? — пожала плечами девушка. — Я не собираюсь пропускать сегодня ни одного танца, в корсете подобное невозможно — задохнусь.
— Но это неприлично! — возразила Лаура, затянутая в корсет так, что грудь то и дело норовила выскочить из глубокого декольте бледно-розового муслинового платья.
— Я так не думаю, — усмехнулась Лира, накидывая на плечи короткую накидку из синего бархата, расшитую серебром и мелкими жемчужинами. — Вы готовы?
Погода в честь торжества смилостивилась: на небе с самого утра не появилось не единого облачка. Ветер с холодного северного поменялся на ласкающе-тёплый, дувший с юга. Храм, в котором предстояло свершиться бракосочетанию Шона и Аниты, располагался довольно далеко от дворца. Зато это давало возможность народу полюбоваться на великолепный королевский кортеж, выехавший на улицы города около полудня: кавалькаду открытых, без верха, украшенных экипажей и множество всадников на благородных скакунах в великолепной праздничной сбруе. Многие кавалеры предпочли покрасоваться верхом. Среди наездников попадались и дамы в изящных, специально сшитых для этого случая амазонках. Во главе картежа в белоснежной карете с золотыми вензелями ехала королевская чета, старшая принцесса и невеста, лицо которой было закрыто густой вуалью. Карету окружала дюжина стражников, одетых в парадную форму и восседающих на белых лошадях. Столпившийся по обочинам улиц народ приветствовал кортеж радостными криками и осыпал лепестками роз.
