есть мерзость пред Господом Богом твоим (Втор. 23, 18).
«Имеются в виду профессиональные блудники и блудницы, посвятившие себя гнусному служению в честь языческих божеств (ср. 3 Цар. 14, 23–24; 15, 12). Размер денежного обета в скинии не должен быть тождествен той плате, которая дается блуднице и блуднику (“псу”)», – поясняется в Толковой Библии.
Но при этом надо помнить, что, если подобный грех осквернил, а правильнее сказать, погубил твою душу, Христос силен изменить твой мужестрастный образ жизни при условии, что ты возненавидишь этот порок и будешь решительно противостоять ему. В Первом послании к Коринфянам, в той его части, где наряду с другими грехами говорится о мужеложстве, мы читаем: И такими были некоторые из вас; но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего (1 Кор. 6, 11). Комментируя данные слова и обстоятельства их произнесения, святитель Иоанн Златоуст восклицает: «И такими были некоторые из вас; но омылись, но освятились. Сильно он укоряет их этими словами; подумайте, говорит, от каких зол Бог избавил вас, какое явил вам доказательство Своего человеколюбия; и не ограничил Своего милосердия одним избавлением от зол, но простер Свое благодеяние еще далее: сделал вас чистыми. Да и только ли? Нет, еще и освятил; и это не все – и оправдал. Освободиться от грехов – уже великий дар; но Он еще обогатил вас бесчисленными благами; притом именем Господа нашего Иисуса Христа, не таким-то и таким-то, но и Духом Бога нашего»[198]. Более сдержанно комментирует блаженный Августин: «Павел говорит, что они изменились к лучшему: не то чтобы вообще избавились от греха (что в этой жизни невозможно), но перестали подчиняться желанию греха (что в добропорядочной жизни возможно)»[199].
В Основах социальной концепции Русской Православной Церкви говорится: «Дискуссии о положении так называемых сексуальных меньшинств в современном обществе клонятся к признанию гомосексуализма не половым извращением, но лишь одной из “сексуальных ориентаций”, имеющих равное право на публичное проявление и уважение. Утверждается также, что гомосексуальное влечение обусловлено индивидуальной природной предрасположенностью. Православная Церковь исходит из неизменного убеждения, что богоустановленный брачный союз мужчины и женщины не может быть сопоставлен с извращенными проявлениями сексуальности. Она считает гомосексуализм греховным повреждением человеческой природы, которое преодолевается в духовном усилии, ведущем к исцелению и личностному возрастанию человека. Гомосексуальные устремления, как и другие страсти, терзающие падшего человека, врачуются таинствами, молитвой, постом, покаянием, чтением Священного Писания и святоотеческих творений, а также христианским общением с верующими людьми, готовыми оказать духовную поддержку»[200].
И мы переходим к следующему мытарству.
Мытарство девятнадцатое: «Наш ли ты или из неприятелей наших?»
«После блудных мытарств мы пришли к мытарству ересей, где истязуются люди за неправильные мнения о предметах веры, а также за отступничество от православной веры, недоверие к истинному учению, сомнения в вере, кощунство и тому подобное. Это мытарство я прошла без остановки, и мы были уже недалеко от врат небесных», – продолжает блаженная Феодора.
Слова «После блудных мытарств мы пришли к мытарству ересей» не представляются случайными. Блуд и ересь – понятия достаточно близкие (об этом мы говорили и при обсуждении 18-го мытарства). Они относятся к одной категории поступков. Писание учит: Дела плоти известны; они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, (соблазны,) ереси… (Гал. 5, 19–20). Как мы видим из данного текста, «дела плоти» подразделяются на те, которые связаны непосредственно с деятельностью тела – прелюбодеяния, блуд, нечистота, непотребство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, и те, которые проистекают из человеческого сознания – идолослужение, волшебство, разногласия, соблазны, ереси. Более того, само язычество (идолопоклонство) понимается Писанием как род некоего духовного блуда (как извращенность души и духа). Сказано: и станет народ сей блудно ходить вслед чужих богов той земли, в которую он вступает, и оставит Меня, и нарушит завет Мой, который Я поставил с ним (Втор. 31, 16). Неверность Божьему Завету есть начало духовного блуда. И блудно поступает всякий идолопоклонник, поклоняясь огню, камню, дереву, небу или земле. Блудит и безответственный экуменист, входя в молитвенное общение с еретиками и раскольниками. «Блудная церковь» есть «церковь» (или христианское сообщество), не сохранившая своей вероучительной (девственной) чистоты.
Следовательно, мы всегда должны оберегать целомудрие нашей православной веры и не саморастлевать ее богословскими нововведениями и всякими чуждыми для ее девственного исповедания идеями. …Как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непорочна (Еф. 5, 25–27).
Православным христианам в их странствовании в сретенье Христу-Жениху всегда было присуще целомудренное чувство распознавания «своих» и «чужих», оно и предохраняет нас от общения с еретиками. Ревекка взглянула, и увидела Исаака, и спустилась с верблюда. И сказала рабу: кто этот человек, который идет по полю навстречу нам? Раб сказал: это господин мой. И она взяла покрывало и покрылась (Быт. 24, 64–65).
В Священном Писании нам также дан пример Иисуса Навина: Иисус, находясь близ Иерихона, взглянул, и видит, и вот стоит пред ним человек, и в руке его обнаженный меч. Иисус подошел к нему и сказал ему: наш ли ты, или из неприятелей наших? (Нав. 5, 13). Во все времена для каждого верующего человека этот вопрос остается весьма актуальным: при встрече с незнакомцем мы в первую очередь должны определить, наш ли он или из неприятелей наших.
«Наш» – то есть православный. Мы уже приводили слова блаженного Иеронима Стридонского, который учил: «Писание повелевает повиноваться родителям; но кто любит их более, чем Христа, погубляет душу свою. Враг держит меч, чтобы поразить меня; я ли буду думать о слезах матери? Оставлю ли я для отца воинство Христово, тогда как ради Христа я не обязан даже похоронить его, хотя и обязан погребать всех ради Христа?.. Мать Моя и братия Мои те суть, которые творят волю Отца Моего Небесного (ср. Лк. 8, 21; Мф. 12, 49). Если они веруют во Христа, они будут благосклонно смотреть на мои намерения подвизаться во имя Его. Если не веруют, то пусть мертвые погребут своих мертвецов (ср. Мф. 8, 22)»[201]. Он же писал: «…Итак, не дóлжно следовать заблуждению ни отцов, ни предков, а дóлжно следовать авторитету Писания и
