бы на зрителей. Это была ее сюжетная арка, и она собиралась блистать в ней. Подойдя к началу очереди, она спросила худощавого мальчика-подростка:
– Разве мой брат Том сегодня здесь не работает?
– Том? – Парень надвинул шляпу с широкими полями на лоб и вытер его. – Не-а. Он работал только утром, а потом ушел. У него было свидание. Видел, как он разгуливал с какой-то блондинистой фифой. Они выглядели так, будто были близки, если ты понимаешь, о чем я.
Нэйтан вручил ему два билета, и их направили на последнее свободное место. Дороти заняла место внутри, а Нэйтан устроился прямо рядом с ней. Бедро к бедру. Плечом к плечу. Служащий наклонился, чтобы поправить ремень, но Нэйтан остановил его:
– Я справлюсь.
Он перекинул ремень через их колени, защелкнув его на петлю на подлокотнике рядом с собой. Служащий повернул перекладину и закрепил ее на месте.
Дороти и Нэйтан обменялись улыбками. У нее было предчувствие, что данные действия позитивно повлияют на общий сюжет, поэтому она наклонилась так близко, что их лица почти соприкоснулись:
– Довольно скоро мы вдвоем будем на вершине мира.
Служащий-подросток, тот самый, который сказал, что Том ушел раньше, потянул за рычаг и крикнул:
– Наслаждайтесь видом! – Мотор зажужжал, и они начали медленно двигаться назад. Вдалеке Дороти услышала шум – женщина в толпе кричала:
– Уйди с моей дороги. Возникла чрезвычайная ситуация!
Как только их места начали подниматься, женщина, одетая в белое, с приколотой к голове шапочкой медсестры протиснулась в начало очереди и крикнула:
– Доктор Рид, вы срочно нужны в больнице! Произошел несчастный случай. Нельзя терять времени.
Нэйтан отстегнул ремень безопасности и поднял планку безопасности, а затем спрыгнул вниз:
– Прости, Дороти. Долг зовет. – И бросился бежать.
– Подожди! Не уходи. Не оставляй меня.
Она протянула руку, но он был вне досягаемости, и теперь она оказалась слишком высоко, чтобы спрыгнуть вниз самой. Она смотрела, как он прокладывает себе путь сквозь толпу. По мере того, как кабинка поднималась все выше, Дороти чувствовала, что перекладина ослабевает, а ремень падает вниз по ее ногам. Ошеломленная, она смогла опустить планку на место и дрожащими руками потянула поясной ремень, пока наконец не смогла схватить металлический зажим и снова защелкнуть его. Но как бы она ни старалась, у нее не получалось затянуть его. Поясной ремень так же висел.
Поездка подняла ее выше, и внезапно ее охватил страх высоты. Она вцепилась в поручень, несмотря на то, что ее сердце бешено колотилось в груди. Слезы навернулись на глаза. С Нэйтаном рядом она могла бы взять его за руку и положить голову ему на плечо. Это все еще могло бы быть страшно, но это был бы правильный вид страха. Теперь она осталась одна и свободно сидела на сиденье, которое, казалось, внезапно стало раскачиваться взад-вперед само по себе. Взглянув вниз, она крепко держалась, чувствуя, что может довольно легко упасть.
Чувство паники усилилось, поглощая ее.
– Мне нужно сойти с аттракциона! – закричала она. – Опустите меня! – Она больше не могла контролировать свое дыхание, хватая ртом воздух и всхлипывая. Ее ладони стали скользкими от пота, и она почувствовала приступ тошноты.
Когда аттракцион проехал весь круг и достиг нижней точки, она подумала о том, чтобы спрыгнуть, но колесо завертелось слишком быстро. Если бы она встала со своего места в этот момент, ее бы сбила следующая группа пассажиров. Тем не менее она воспользовалась возможностью обратиться к двум парням, управлявшим аттракционом, когда проезжала мимо. Она закричала:
– Остановите поездку! Опустите меня! – Она не могла разглядеть их как следует сквозь слезы, но поездка замедлилась, когда колесо завращалось в обратную сторону и в итоге остановилось на самом верху.
– Эй! – крикнул один из пассажиров.
– В чем дело? – спросил кто-то снизу.
– Давайте же! Запустите его снова.
Всю поездку Дороти содрогалась, заставляя сиденье раскачиваться взад-вперед. Ее желудок скрутило, и она почувствовала, что ее тошнит. Она посмотрела в небо:
– Пожалуйста, опустите меня вниз, пожалуйста, опустите меня вниз, пожалуйста, опустите меня вниз.
Ее мольбы прерывались короткими, неглубокими вдохами. У нее больше не было сил кричать, но ей нужно было говорить достаточно громко, чтобы звук дошел до микрофонов и камер, которые, как она знала, располагались над головой, надеясь, что они снимут ее прямо в этот момент. Кто-то должен был заметить ее страдание. Это не могло быть частью шоу.
Другие люди в кабинках ниже начинали беспокоиться:
– В чем проблема?
– Включи аттракцион!
– Что случилось? Почему ничего не происходит?
Один из работников крикнул:
– Извините, ребята. Кажется, аттракцион сломан. Мы работаем над тем, чтобы поездка началась как можно скорее!
Маленький мальчик крикнул:
– Поторопись. Мне нужно в туалет.
Его заявление вызвало смех у некоторых посетителей ярмарки на площадке.
Это было похоже на жестокую шутку. Как могло сломаться колесо обозрения, подвергнув опасности всех людей на нем? Оно работало весь день.
Дороти вытерла глаза тыльной стороной ладони и, сделав глубокий вдох, осторожно наклонилась и посмотрела вниз. Высота казалась больше, чем она ожидала. Мог ли кто-нибудь пережить подобное падение? Новая волна страха рывком заставила ее выпрямиться. Она едва отдавала себе отчет, когда снова начала кричать:
– Кто-нибудь, помогите мне! Пожалуйста! Мне нужно спуститься отсюда!
Она была в истерике, грудь вздымалась от рыданий. Но она не контролировала себя, и ее больше не заботило, как она выглядит перед камерами.
Ей нужно было спуститься. Сейчас. Потому что, как бы она ни боялась упасть, она также почувствовала иррациональный импульс броситься за борт. Она могла представить себя падающей навстречу смерти, ее изуродованное тело, распростертое в крови на земле. От одной мысли об этом у нее закружилась голова. Образ того, что произойдет, если она упадет, всплыл в ее голове. Ее крик был непроизвольным, слова вылетели изо рта подобно пушечному выстрелу:
– Помогите мне, черт возьми! Кто-нибудь, помогите! Снимите меня с этой штуки!
С земли она услышала, как кто-то позвал:
– Аманда, держись. Я поднимаюсь. Дай мне несколько минут. – Она не могла снова заглянуть за край, это было уже слишком, но она узнала этот голос. Это была Мэрион – или, скорее, Мэри, – и внезапно она поняла, что все будет хорошо. Мэри оказывала такое влияние на людей. Ее присутствие успокаивало, она неизменно знала, как правильно поступить в любой ситуации.
– Хорошо! – крикнула Дороти, ее голос охрип от крика. – Быстрее! – Она закрыла глаза и стала ждать, пока Мэри все уладит.
Глава тридцать девятая
Они услышали шум еще до того, как добрались туда. Мэрион и Энн направлялись к колесу
