– Она заболела и умерла, – резко сказал Рейн.
– Твоя любовь умерла? – спросила Отем.
Он продолжал:
– Она оставила меня одного… как я думал.
– Как ты думал? – Отем пожала плечами. – Разве ты не знаешь точно, умерла ли она? В твоих словах нет смысла.
– Я был тогда с королем Генрихом. Вернувшись после сражения во Франции, сердце мое опечалилось известием, что она мертва, а я остался один; затем я обнаружил тайное сокровище, придавшее мне силы и осветившее мою жизнь ярким светом…
– Мое сокровище? Где оно? Я должна увидеть его.
– Пойдем со мной.
Подходя к двери в конце огромного зала, он повернулся к Отем и сказал:
– Мне следовало бы добавить – загадка!
– Загадка? – спросила девушка. – Опять?
– Сокровище на сокровище.
Когда он открыл дверь, Отем заметила на белой стене отблески горевшего в огромном камине огня и пляшущие тени. Рейн отступил в сторону и распахнул дверь настежь.
Только тогда Отем увидела крошечную фигурку в такой же одежде, как и Май-Ли, сидевшую на ярких подушках перед камином.
Ребенок повернул светловолосую головку, карие глаза внимательно посмотрели на Отем, а когда в поле зрения попал Рейн, ангельское личико осветилось ясной улыбкой.
– Папа, ты дома!
Девочка кинула игрушку, которую держала в руках, и бросилась в объятия отца. Рейн взял малышку на руки и крепко прижал к себе. А ребенок с любопытством изучал женщину, стоявшую за широкими плечами отца.
– Кто это?
Отем была настолько поражена, что не могла вымолвить ни слова.
Маленькая девочка воскликнула:
– Ты красивая! Ты кто?
Рейн опустил малышку на пол, взял за руку, и Отем услышала, как он сказал:
– Она будет твоей новой мамой, Сонг.
Отем ласково посмотрела на девочку и взяла ее за вторую, нежную, как бархат, ручку.
– Как тебя зовут? – спросила малышка, глядя-на рыжеволосую женщину.
Отем ответила как можно спокойнее:
– Отем.
Девочка радостно засмеялась:
– Мне нравится! Отем – красивое имя, как и ты сама.
Девушка опустилась на колени возле ребенка. Девочка вырвала ладошку из отцовской руки и обняла Отем за шею. От подобного проявления чувств у Отем перехватило дыхание, а глаза наполнились слезами.
– Меня зовут Сонг.
– Кто тебе дал такое красивое имя? – спросила Отем, осторожно перебирая светлые кудряшки.
– Май-Ли, – звонким, словно колокольчик, голосом ответила девочка.
Рейн решил объяснить:
– Сонг – это все, что моя возлюбленная оставила мне. Сонг – моя радость. А Май-Ли была няней ее матери и заботилась о Сонг со дня ее рождения.
В этот момент вошла Май-Ли, и Сонг кинулась к ней со всех ног.
– Май-Ли! Май-Ли! Это моя новая мама!
На лице пожилой женщины появилось удивленное и немного настороженное выражение, пока она разнимала руки ребенка на своей шее, но она не сказала ни слова.
Отем схватила Рейна за руку и потащила за угол камина.
– Мы должны поговорить и быстро, – она улыбнулась, и одна из слезинок, стоявших в глазах, скатилась по щеке. – Я… я не понимаю.
Май-Ли поняла состояние Отем и повела девочку из комнаты. Сонг помахала ручкой на прощание Отем и Рейну.
– Пока! До встречи!
– Да… Сонг, – ответила Отем.
Она взглянула на Рейна и, привстав на цыпочки, поцеловала в щеку.
– Твоя дочь – действительно сокровище. Может быть, в один прекрасный день она станет и моим сокровищем тоже. Но сейчас я должна получить фамильную драгоценность.
Рейн внимательно посмотрел на нее.
– Пошли.
Они вернулись в огромный зал, и Отем с удивлением увидела Сонг, сидевшую за длинным столом.
– Нам следует поговорить, – напомнила Отем.
Рейн повернулся к ней.
– Вспомни загадку, – он показал глазами на дочь.
Отем с большим любопытством рассматривала ребенка и вскоре заметила блеск кулона, висевшего на шее девочки. Глаза ее распахнулись как только она узнала и вспомнила розовато-лиловый бриллиант.
Отем поняла загадку: сокровище на сокровище.
Она обхватила Рейна за шею и покрыла его лицо поцелуями. Он обнял ее за талию и закружил, словно в танце.
Сонг соскочила со скамьи и, крича от восторга, запрыгала и принялась танцевать вокруг них, пока Май-Ли не рассмеялась от радости.
Вечером они устроили маленький семейный праздник. Отем никогда не ела таких деликатесов, что приготовила Май-Ли; а когда Сонг пела для них, девушка подумала, что ее голосу могли бы позавидовать и ангелы.
Позже, когда Отем смотрела, как Рейн укладывает Сонг спать, она услышала конец молитвы девочки: «… и благослови, Боже, мою новую маму»
Отем расплакалась от счастья, да и глаза Рейна затуманились слезами.
Когда Отем с Рейном сели у камина в прелестной спальне, он вынул кулон и положил на ладонь девушки. Камень вспыхивал и играл в Красноватом свете пламени.
– Причина, по которой я не отдавал тебе камень, проста: с ним приходит смертный приговор. Владеть им или быть увиденной с ним означает потерять жизнь.
Отем была ошеломлена этим известием.
– Что ты хочешь этим сказать? Твой ребенок носит его! Разве жизнь Сонг не подвергается опасности?
– Никто не знает о существовании моей дочери, только я и Май-Ли. И теперь еще ты. Следовательно, кулон должен оставаться у Сонг.
– Хорошо, – согласилась девушка, – но кто защищает от опасностей Сонг и Май-Ли?
Рейн, лукаво взглянув на нее, прошептал:
– А ты как думаешь?
– Я… я понятия не имею.
– Тот, на кого ты никогда бы не подумала.
Отем задохнулась от изумления.
– Неужели – герцогиня?
– Ни в коем случае, – с жаром ответил Рейн, – только не она!
– Тогда кто?
На мгновение он задумался, играя рыжей прядью.
– Это должно остаться тайной. Ради твоей безопасности и безопасности всех остальных, связанных с этим делом.
– А когда и как я заявлю права на свои владения?
– А они существуют, любовь моя? – Рейн поцеловал ее в щеку. – Твой замок, если и должен был какой-то принадлежать тебе, скорее всего, конфискован или сгорел дотла. Мы должны подождать, Отем. Сначала кое-кто должен умереть.
Отем прижалась к нему покрепче.
– Тайны, секреты… – девушка посмотрела на длинные щели окон, пропускавшие лучи лунного света. – Что ты имел в виду, когда мы пришли сюда: «Исчезли, как дым»?
Рейн рассмеялся:
– Кто поверит, что здесь кто-нибудь живет, кроме птиц?
– О… понимаю.
– Неужели?
– Конечно. Ты снова меня обманул. Почему ты такой скрытный, Рейн?
– Я уже говорил: ради твоего же блага.
– Рейн, пусть огонь погаснет. Здесь достаточно тепло, – Отем придвинулась к нему поближе.
