заказы.
Оформление договоров будешь делать здесь на компьютере, видишь стоит на столе в углу кабинета – у тебя в секторе тоже был компьютер – очень удобная вещь, но надо подучиться. Есть двухнедельные курсы платные – сначала туда, а потом за работу.
Я дам объявление в рекламных газетах о нашей конторе, там будет и твой домашний телефон – предупреди соседку, чтобы отвечала на звонки и записывала телефоны, когда тебя нет дома, а за это будешь ей немного доплачивать. Давай приступай к работе с моей помощью.
Михаил окончил компьютерные курсы, посидел несколько дней в кабинете Сифа, научившись заполнять бланки типовых договоров и съездил пару раз с Сифом к заказчикам, вникая в тонкости общения с людьми при отмывании денег через их посредническую контору Лабеан.
Через месяц Михаил самостоятельно нашел заказчика и оформил договор на исследование спроса покупателей стиральных машин, который заказал коммерческий директор объединения магазинов бытовой техники, где владельцем была немецкая фирма. Этот директор принес отчет, подписанный каким-то доктором наук, Михаил поставил на этот отчет свою подпись, Сифа поставил печать Лабеана, и дело было сделано. Комиссионные Михаила составили три месячных зарплаты в НИИ, что было весьма кстати. Так наступили времена, когда мошенничество стало цениться гораздо дороже, чем созидательный труд.
XXVI
Следующие три года Михаил прожил в суматохе своей мошеннической деятельности, в фирме, как стало принято говорить, своего бывшего тестя.
Желающие присвоить государственные или хозяйские деньги, обращались в конторы, подобные Лабеану, заказывали там выполнение каких-либо работ, не связанных с поставкой реальной продукции, кроме написания бумаг. Эти бумаги сами же и рисовали, сами принимали эти бумаги, оформляя всё это договорами, и перечисляли Лабеану деньги, которые Семен Ильич и возвращал им – за вычетом своих комиссионных.
В стране шел передел собственности, которую отнимали у государства или у тех, кто успел присвоить эту собственность раньше. Тотчас, новые совладельцы старались обманом от других, присвоить часть средств, пользуясь услугами контор, подобных Лабеану, а потому, недостатка в заказчиках у Семена Ильича, сиречь – Лабеана, не было, и Михаил получал свою долю от добытых лично им договоров.
Он начал откладывать часть получаемых денег с намерением подкопить средств и купить отдельную квартиру – мечту всей его московской жизни. И надо сказать, что дело близилось к завершению и если бы не рост цен на жильё, то его мечта уже сбылась бы.
Михаил начал приглядываться к объявлениям о строительстве и продаже жилья и иногда, вечерами, звонил по объявлениям в рекламных газетах, которые ему бесплатно бросали в почтовый ящик.
Чтобы не зависеть от соседки, он установил себе отдельный номер телефона за плату, чего никак нельзя было сделать при народной власти, когда для получения телефона нужно было записаться в очередь и числиться в ней годами. Он же, заплатил 700 долларов США и через неделю был уже со своим собственным телефоном, хотя уплаченная сумма денег и была значительна.
Предпринимательская жизнь Михаила протекала однообразно и буднично: в погоне за заработком нельзя остановиться и передохнуть, рабочий день не знает границ и начинается с первым утренним звонком по телефону, а заканчивается таким же вечерним звонком без выходных и праздничных дней. Основное время уходило на поиск заказчиков, которые захотели бы через фирму Лабеан потратить деньги своих предприятий, чтобы Лабеан вернул эти деньги уже лично им.
Дело это рискованное и требовалась определенная репутация надежного партнера, которую и старался завоевать Сифа среди множества подобных контор, предлагающих услуги по обналичиванию денег. Михаил обзванивал различные конторы и фирмы с предложением услуг, потом встречался с людьми, которые заинтересовались его предложениями и, в случае успеха переговоров, заключался и оплачивался договор, обеспечивая его зарплатой.
Мошенничество в государстве Россия достигло гигантских размеров, центром афер была Москва и Михаил, обеспечивая себя приличным заработком, не имел времени на личную жизнь.
Женщины у него так и не появилось – в коммунальную квартиру с соседкой не каждая пойдет, да и познакомиться с приличной дамой было негде, а привести проститутку, которые появились в изобилии на рынке сексуальных услуг, ему было противно. Опыт предыдущих связей, когда в близкие отношения с женщинами он вступал по влечению и никогда за деньги, тоже мешал пользоваться услугами проституток.
Спиртное Михаил не употреблял, спортом не занимался и проводил свободное время у телевизора за просмотром бесконечных криминально – любовных сериалов, иногда и засыпая при включенном ТВ.
Даже своё сорокалетие Михаил встретил и провел в одиночестве: никто о нём не вспомнил и не поздравил, кроме матери, приславшей телеграмму, так как свой номер телефона он не сподобился ей сообщить. Бывшая жена Сана была в очередной поездке в Израиль, а друзей – приятелей он не имел.
Круг общения человека в обществе складывается из родственников, друзей, соседей по месту жительства и знакомых по работе. Родственников в Москве у Михаила не было, друзьями обзавестись не удалось за многие годы жизни в Москве, старых – новых соседей по жилью он не знал, а знакомые по работе так и оставались просто знакомыми без приятельских отношений.
Москва большой, даже громадный город, а всякий большой город изолирует каждого своего обитателя от родных, близких и просто знакомых людей, окружая человека множеством чужих, незнакомых и ненужных ему жителей и посетителей большого города.
Пространство и толчея большого города рвут родственные отношения, дружба здесь подменяется приятельством с редкими случайными встречами по случаю юбилейных дат или печального ухода из жизни общих знакомых, а любовь подменяется связью, при желании, неизвестной никому.
Житель большого дома в большом городе не знает и чаще всего не желает знать своих соседей даже по подъезду, даже по этажу, не говоря уже про соседние подъезды и соседние дома. Человек может прожить в большом городе десятки лет и не узнать, кто же живет с ним рядом, за смежной стенкой его квартиры в соседнем подъезде.
Изредка встречаясь в лифте или на лестнице, соседи здороваются, не зная ничего друг о друге, кроме того, что живут рядом. Одинокий человек, проживающий в соседней квартире может тихо умереть, и никто из соседей не поинтересуется его участью, пока запах тлена не распространиться за пределы его квартиры: тогда дверь взломают в присутствии милиции, разложившееся тело уберут, родственники, если они найдутся, сделают ремонт и там поселятся новые жильцы – также неизвестные соседям, как и ушедший в мир иной прежний обитатель этой квартиры.
В советские времена, дух отчуждения людей большим городом, преодолевался открытостью и благожелательностью жителей, расселением людей вблизи больших и малых
