компании стал некий гражданин Михельсон, в последствие, миллиардер на продаже нефти, принадлежащей всем людям, населяющим эту страну.
Но тогда, в ноябре, Михаил с надеждой отдал свой ваучер в надежные, как он считал, руки. Директор НИИ, в котором Михаил продолжал работать, вернее – числиться, поступил ловчее своих сотрудников. Он организовал в НИИ сбор ваучеров у сотрудников, чтобы на них, как он говорил, выкупить этот НИИ у государства и далее всем работать здесь уже как собственникам НИИ.
Большинство сотрудников отдали свои ваучеры директору, он прикупил ещё ваучеров на стороне – благо, что их продавали за бутылку водки, которую можно было купить на ту сумму, что была написана на ваучере – так раскрутилась инфляция. И через полгода, директор НИИ, которого они с энтузиазмом избрали на этот пост четыре года назад, вдруг оказался собственником основного корпуса института – на лабораторный корпус у него видимо не хватило ваучеров.
Завладев корпусом НИИ, директор ушёл с работы, и сотрудники избрали себе нового директора, который пообещал им сохранить институт и вернуть корпус НИИ в собственность коллектива. Однако, это обещание так и осталось обещанием и институт стал платить арендную плату за здание института своему бывшему директору, который горячо обещал на выборах заботиться обо всех сотрудниках, но озаботился только о себе.
Впрочем, это общая черта современных демократов России: говоря о народе и о заботах этого народа, они под народом понимают исключительно себя и заботятся только о себе. Но многие люди всё ещё верят их пустым обещаниям, что и позволяет этим прощелыгам находиться у власти, хотя их место среди уголовников на нарах в местах заключения.
Михаил уже начинал понимать свои демократические заблуждения, видя тот людской мусор, что всплыл на поверхность и под сладкоголосые напевы начал беспримерное разграбление страны, но вера в частное предпринимательство, которое спасет страну и обеспечит улучшение жизни всех, сохранялась в нём вопреки разуму – вот что значит умелая пропаганда и промывание мозгов.
Эту пропаганду вели СМИ по заказам захвативших власть отщепенцев и выродков. Он пока не понимал, что инстинкты этих демократов сводятся к одному: урвать себе кусок пожирнее, по – шакальи, расталкивая остальных, в том числе: слабых, немощных и убогих – этого нет даже в волчьей стае.
Михаил в сохранение института уже не верил, как не верил и вновь избранному директору и понимал, что нужно подыскивать новое место работы, позволяющее жить без подработки грузчиком в магазине. И такое место работы ему предложил бывший тесть Семен Ильич в своем предприятии – ООО «Лабеан».
После переселения Михаила на новое место жительства и оформление его развода с Саной, тесть – уже бывший, позвонил ему по рабочему телефону и попросил зайти, когда будет возможность, чтобы переговорить о работе.
Сектор Михаила, от которого осталось всего трое человек, приходивших за пособием в дни зарплаты, уже давно ничего не исследовал и Михаил тоже посещал институт по свободному графику. Получив приглашение, он через пять минут был в кабинете Сифа – так бывшего тестя называла бывшая тёща Михаила.
Сифа сидел в кресле, обложившись бумагами. Он кивнул Михаилу на стопки бумаг и сказав, что это деловые бумаги по его конторе « Лабеан», предложил присесть для беседы.
– Жаль, конечно, что у вас не сложились отношения с Саной, но дело прошлое, она довольна разводом и на тебя без обиды. Поэтому, как и обещал, я предлагаю тебе поработать у меня, где доходы в разы будут больше, чем ты имеешь в нашем институте. Я, кстати, тоже здесь только числюсь, из-за этого кабинета, чтобы не снимать помещение для моего заведения.
– В общем, моё ООО занимается посреднической деятельностью, хотя в уставе записаны и торговля, и обучение, и туризм, и научные исследования – всё, что может пригодиться, то и записано.
Но по существу, все кто хочет обналичить деньги, может обратиться к нам, заключить фиктивный договор, самим сделать работы по этому договору, потом оплатить договор и получить у нас зарплату за якобы сделанную работу.
Можно и просто получить деньги назад, за вычетом нашей комиссии, которая устанавливается по договоренности: чем больше оплата, тем меньше комиссия. И всё это делается по закону, никакой химии. Сана у меня числится бухгалтером, а мне нужен помощник – заместитель, на которого можно положиться, вот Сана и подсказала взять тебя, хотя прежде и была против. Всё-таки, вы столько лет были вместе, почти свой, а в этом деле чужих не используют. Сам знаешь – сейчас кругом одни жулики, возьмешь кого-нибудь со стороны, тот присвоит деньги и смоется, а тебе я доверяю.
– Что делать – я научу. Главное твоё занятие, Михаил, будет в поездках по таким НИИ, как наш, или на небольшие заводы, склады и прочие конторы. Поговоришь с директором, скажешь, что мы можем обналичить деньги, как бы потраченные на какую-то работу и вернуть им эти деньги за небольшой процент. Только не надо говорить с хозяином, но если хозяев несколько: сейчас это называется акционерное общество, то можно поговорить с одним из акционеров – они всегда готовы обмануть друг друга и присвоить деньги, а мы даем такой шанс.
– Сделаешь визитку, напишешь там, что ты являешься коммерческим директором ООО «Лабеан» и обязательно укажешь, что работаешь начальником сектора и в НИИ – для убедительности. Я макет визитки уже сделал. Так что предлагаю тебе карьерный рост: из грузчиков в директора, – закончил Сифа и рассмеялся.
– Сколько же я буду получать? – спросил Михаил. – Не получать, а зарабатывать, – поправил его Сифа. – Сколько денег принесешь, то половина наших комиссионных будет твоя, а остальное на расходы конторы и мне. Ну что? Согласен? Если нет, то у меня и другие кандидаты есть. Второй раз предлагать не буду, думай быстрее, до завтра.
– Что тут думать, – ответил Михаил, – попробую, времени у меня свободного много. Давайте, Семен Ильич, оформляйте меня на свою работу, только название вашей конторы какое-то странное.
– Ничего, привыкнешь,– хитро улыбнулся Сифа,– сам знаешь, что сейчас чем чуднее название – тем лучше. Ты вот свой ваучер в «Гермес» отнес, а некоторые в «Хопер – Инвест», «Менатеп» и другие подобные фирмы и ничего: людей обманывают, а они и рады, как дети, красивым названиям.
Но у нас всё будет без обмана – чисто посредническая деятельность по продаже воздуха: ведь сами мы ничего производить не будем, кроме бумажных договоров – я уже почти год так работаю. И никакого оформления на работу не будет: заказывай визитку, бери устав моей конторы и ищи
