пистолет, Пайпер растерянно уставилась на Третьего.
Джинн все-таки был прав. Прав до невозможности, и Пайпер ненавидела себя за то, что не хотела соглашаться с ним. Даже сейчас, услышав подтверждение того, что Третий пытается выстроить отношения между ними в порядке, принятом у нормальных людей.
– Почему эти вещи принесли именно сюда? – Пайпер кивнула на стол.
– След твоей магии, – ответил Иан. – Катон поручил доставить эти вещи вам.
– Как мило с его стороны.
– Но запах не его и не Иана, – задумчиво пробормотал Третий, стуча пальцем по поверхности стола.
– Ты сказал, что запах мой, – напомнила Пайпер.
– Здесь есть еще один. Конкретно на вещь, которую ты держишь, тоже, – его взгляд вдруг изменился, на мгновение став отрешенным, и для чего-то Третий вновь глубоко вдохнул, прежде чем добавить: – Мужской.
Пайпер посмотрела на знакомый пистолет и почувствовала нечто, похожее на надежду. Но вместе с этим она почувствовала и страх: возможно, Кит пострадал. Наверняка в меньшей степени, чем она, но…
«Прекрати, – приказала сальватор себе, сжимая металл оружия, уже нагревшийся от ее рук. – С Китом все хорошо. С ним были Эрнандесы и Артур. Все хорошо. Если он узнает, что я волновалась за него, будет издеваться надо мной до конца дней».
Эта мысль ее даже не расстраивала, а наоборот, приободряла. Весь привычный мир разрушился, как карточный домик, и даже тот, что она едва успела узнать, оказался вне досягаемости, но Пайпер все равно почувствовала воодушевление. Впервые с тех пор, как оказалась в Диких Землях. Прошедшие через какой-то ад предметы, сейчас лежавшие на столе, вели к миру, где ее ждали.
– Это Кит, – наконец произнесла она, пытаясь подавить глупую улыбку.
– Кит, – повторил Третий и нахмурился, быстро поняв, что у этого имени земные корни. – Он был твоим другом?
– Учеником дяди. Хотя, может, и другом. Не знаю. У меня никогда не было друзей.
Клаудия вновь хмыкнула.
– Я не почувствовал запаха крови, – торопливо сказал Третий. – Только на некоторых обрывках одежды, но на них была твоя кровь.
– Ага, знаю. Маракс же меня полетать забрал и все такое.
Это было не смешно, а больно и мучительно, но Пайпер не могла перестать шутить. Если она и умела что-то в совершенстве, так это притворяться веселой, когда на самом деле было очень плохо.
Немного подождав, будто не зная, стоит ли задавать вопросы, касающиеся этой темы, Третий неожиданно властно произнес:
– Ты свободен, Иан. Можешь остаться на ночь, если желаешь отдохнуть перед долгой дорогой.
– Охота зовет, – равнодушно бросил мужчина, расправив плечи. – У нас нет времени на бессмысленные празднества.
– Они не бессмысленны. Людям нужно, чтобы иногда случалось что-то хорошее.
– Будет хорошо, – беззастенчиво влезла Клаудия, – если вы перестанете говорить загадками.
Пайпер сосредоточилась на вещах, принесенных Ианом. Она и не думала, что в присутствии всадника Третий даст хотя бы намек на то, что сальваторы немного повздорили. Он будет притворяться, что все в порядке, как и было до нападения Катона на Пайпер. Даже если Иан знал всю правду, Третий все равно продолжил бы притворяться. Она верила в это. Поэтому сильно удивилась, когда, стоило Иану сквозь зубы попрощаться со всеми и уйти, Третий посмотрел на нее и сказал:
– Ты выглядишь обеспокоенной.
– Ведете себя как дети! – выпалила Клаудия, не дав Пайпер даже переварить смысл услышанного. – Надоело с вами возиться!
Третий во все глаза уставился на ведьму и даже поднял руки, будто защищаясь.
– У меня, между прочим, уйма работы, которую я из-за вас не могу сделать! – продолжила она.
– Но ты же только и делаешь, что ворчишь на всех.
– Я тебя сейчас во дворе закопаю, – грозно прошипела Клаудия, скривив черные губы. Третий сглотнул и качнул головой, показывая, что готов слушать. – Из-за того, что ты заставил Джинна помогать тебе, он заставил меня помогать ему! Это невыносимо – каждый день проверять десяток зацепок, никак между собой не связанных, и это во время того, как вы двое ведете себя как недоразвитые влюбленные школьники!
– Я не понимаю, – спустя секунду отозвался Третий с озадаченным выражением лица.
– Мне плевать, что ты пытаешься быть осторожным, а ты, – она бросила на Пайпер презрительный взгляд – то есть самый обычный, которым награждался каждый, кто вставал на пути у Клаудии, – так сильно хочешь вернуться домой, что лезешь с расспросами туда, куда не надо. Либо вы принимаете друг друга как сальваторы и начинаете работать вместе, либо я решу, кого из вас убить первым, и тогда Лерайе или Арне придется искать нового сальватора.
Закончив, Клаудия подняла с края стола книжную стопку, которая, очевидно, и была ее сегодняшней помощью Джинну, и вышла, гордо задрав голову. Ее твердые размеренные шаги были слышны еще долго, а яд от произнесенных слов повис в воздухе.
Наконец Третий, кашлянув, почесал затылок и пробормотал:
– Клаудия бывает очень… резкой. Все дело в том, что…
– Она мне не доверяет, – перебила Пайпер. – Да, я знаю.
– И мы ей действительно надоели, так что она не вернется. Я могу попросить Эйкена или Стеллу составить нам компанию.
Пайпер обязательно согласилась бы, если бы не понимала, что Клаудия права. Они были сальваторами, а вели себя как самые настоящие дети. Точнее, только Пайпер, потому что это она, пусть и не признавалась себе в этом, чувствовала себя преданной. Хотя они не были настолько близки, чтобы действия Третьего сумели задеть ее. Девушка до сих пор считала, что они знают друг друга всего пару дней, и забывала, что прошло уже три с половиной недели. Пора было выбираться из пепла.
– Ты планируешь изучить это все? – она кивнула на стол.
– Да, думаю, мне следует этим заняться.
– После нашего занятия, да? – на всякий случай уточнила Пайпер, пальцами проводя по металлу пистолета. Дядя Джон учил ее стрелять, и хотя магазин был пуст, пистолет давал хоть какое-то чувство безопасности и уверенности.
– Если ты желаешь продолжить.
«Не вороти нос, Первая, – повторила она себе. – Учись, пока есть возможность».
– Можно я задам один вопрос? – Третий уже открыл рот, чтобы ответить, но Пайпер торопливо продолжила: – Или не один. Может, даже два или три. Зависит от того, каким будет ответ на первый.
Третий на долю секунды поджал губы, а после произнес:
– Я внимательно слушаю.
– Ты убил Лайне из милосердия?
На этот раз он отреагировал значительно спокойнее. Третий на несколько секунд отвел в сторону взгляд, тут же ставший пустым и холодным, и Пайпер через частичку Силы внутри него почувствовала, как он колеблется.
– Очень интересная точка зрения, – наконец произнес сальватор.
– Если мне не отвечают прямо, я буду задавать все вопросы, которые
