взгляд на Кунжу Свами, он вернулся в своё естественное состояние молчания. В тот же миг возбуждение и смятение Кунжу Свами исчезли, и он испытал покой и блаженство, каких никогда не испытывал прежде.
Потом Кунжу Свами снова спросил: "Бхагаван, как и почему я утерял переживание блаженства, когда вернулся в свою деревню?" Бхагаван снова процитировал из Кайвалья Наванитам: "Переживание Я может появиться как проблеск в присутствии гуру, но оно может длиться недолго. Сомнения возникают снова и снова. Чтобы прояснить их, ученик должен продолжать учиться, созерцать и практиковать. Учение или слушание это сравана, созерцание это манана, и, наконец, практикование этого — нидидьяасана. Сравана, манана и нидидьяасана должны выполняться, пока не исчезнет различие между знаемым, знающим и знанием. Не должно быть разницы, нет другого совсем". После того как Бхагаван объяснил ему это, Кунжу Свами решил оставаться в его присутствии и выполнять практики, которые он предпишет. Он обнаружил, что если в уме возникает какое-либо сомнение, оно рассеивается при простом прослушивании ответов Бхагавана на вопросы других. Ему нечасто приходилось самому задавать вопросы.
В Скандашраме день обычно начинался в четыре утра. Мать Бхагавана просыпалась и начинала петь религиозные песни. В пять выходил Бхагаван и все преданные пели Акшараманамалай. Еду либо готовил Сама Татха, либо приносила Эчамма. В восемь все садились есть. Остальное время проводилось в медитации, чтении Рибху Гиты или Кайвалья Наванитам. Бхагаван в основном оставался в молчании. Кунжу Свами рассказал мне несколько интересных фактов о Бхагаване. По его словам, Бхагаван никогда не лежал полностью вытянувшись — он всегда полулежал. Также Бхагаван был очень бережливым. Зубной порошок делали каждый день, клали в свёрток и давали ему каждое утро. Если Бхагаван находил, что там было больше, чем нужно, он клал избыток обратно в свёрток, с тем, чтобы получить это на следующий день. Кунжу Свами говорил, что бережливость Бхагавана не прекращалась даже во время принятия ванн. Бхагаван набирал в ладонь чуть-чуть масла, добавлял горячей воды, чтобы сделать пасту, а затем растирал по всему телу. Так как он не мог достать спины, Кунжу Свами делал это за него.
В Скандашраме есть небольшая платформа, выходящая на город Тируваннамалай — в те времена там был только камень. Бхагаван сидел на нём и чистил зубы. Бывало очень холодно, а Бхагаван носил только набедренную повязку. Кунжу Свами думал, что ему нельзя сидеть на утреннем холоде, но Бхагаван продолжал так делать. Только потом он узнал причину: Была одна женщина по имени Собхагьямма, которая приходила в Скандашрам каждый день. Она уже состарилась, но приняла обет, что не будет готовить, есть и даже мыться, не получив сперва даршан Бхагавана. Как-то раз один день её не было, и Бхагаван спросил её: "Почему вы не приходили вчера?" Она ответила: "Бхагаван, мне несказанно повезло получить ваш даршан прямо из своего дома. Когда вы сидели снаружи на каменной плите, я могла вас видеть". И с того дня впредь, шёл ли дождь или стоял холод, Бхагаван садился на тот камень, чтобы Собхагьямма могла получить его ежедневный даршан.
В Скандашраме каждый день был священным. Бхагаван познакомил Кунжу Свами с Кавьякантой Ганапати Муни. Кунжу Свами действительно был свидетелем капала бхеда — как горячий пар исходил из макушки Кавьяканты. Он положил руку ему на голову и нашёл её очень горячей. Кавьяканта, чтобы облегчить расстройство, вызванное этим интенсивным жаром, взял руку Бхагавана и положил её себе на голову. Это дало ему ощущение прохлады, таким образом, уменьшив боль и недомогание. Позже в отношении данного случая Бхагаван сказал Кунжу Свами: "Он рассказал нам об этом опыте. Но кому я мог рассказать?" Тогда кто-то спросил: "Бхагаван, у вас тоже был такой опыт?" Бхагаван только проворчал, ни подтверждая, ни отрицая этого факта.
Наяна описал Кунжу Свами духовный статус Бхагавана как сахаджа ништа. Он объяснил, что согласно писаниям все духовные ищущие вырастают либо из силы, либо из покоя. Многие мудрецы, как Мира, Ади Шанкара и Свами Вивекананда развили силу, и не могли сдерживать себя, экстатически выражая её через свои песни и речи. Бхагаван, с другой стороны, был тем, кто укоренился в покое и отказывался даже хоть на чуточку сдвинуться от Аруначалы. А это признак сахаджа ништа: оставаться таким, как есть. Вот почему К.К.Намбияр, старый преданный, называл Бхагавана 'Малаяй Мулунги' — тот, кто проглотил гору!
В то время в Керала жил один мудрец по имени Нараяна Гуру, который был так прославлен, что даже Махатма Ганди почитал за честь провести с ним несколько минут. Этот мудрец редко куда-либо ходил. В сущности, другие мудрецы приходили к нему засвидетельствовать своё почтение. Тем не менее, он нанёс визит Бхагавану вместе со своими учениками. Бхагаван говорил с ним на малаялам, сердечно принял его и пригласил разделить трапезу. Нараяна радостно ответил на тамили: "О, да! Мы разделим прасад Махарши". Тогда Бхагаван устремил на него свой взгляд милости и долгое время они сидели, обмениваясь экстатическим молчанием. Когда настало время уходить, Нараяна Гуру, глядя на состояние сахаджа самадхи Бхагавана, сказал на малаялам: "Да будет так". Это утверждение было истолковано как молитва сахаджа ниште. Но согласно преданным Нараяны Гуру и его работам, он сам был в таком же состоянии. Тут же Нараяна Гуру написал пять стихов на санскрите под названием Нирвритти Панчакам, восхваляя состояние сахаджа ништа.
Спускаясь с горы со своими учениками, Нараяна Гуру пребывал в экстазе. Он повернулся к ученикам и сказал радостно: "Махарши это раджа сарпам, королевская кобра". На индуистском религиозном и духовном языке святых часто называют сарпам или кобрами. Нараяна Гуру, сам святой, назвал Бхагавана не просто ещё одной коброй — он дал ему возвышенный титул королевской кобры. Эта истина излилась из его сердца. Он подозвал двух своих учеников, богача и учёного, и сказал им эти красивые слова: "Духовное состояние Махарши таково, что даже одного его взгляда достаточно, чтобы освободить любого. Сейчас он неизвестен миру, как лампа, спрятанная в горшке. Он должен получить признание, чтобы его духовное сокровище могло стать добычей многих преследователей истины. Вы оба должны оставаться здесь в течении шести месяцев и принимать необходимые меры для обеспечения едой и жильём множество прибывающих пилигримов, дабы позволить им посещать Махарши каждый день и получать духовную пользу. Пусть о пробуждении Махарши узнают в кругах учёных и серьёзных ищущих посредством ваших рассказов о нём". Он был настолько очарован Бхагаваном, что по возвращении в Керала написал ещё пять стихов под названием
