было, а на складе было лишь немного, но повара хотели сохранить их. Бхагаван четыре раза посылал за кешью, но они говорили: "Эти несколько кешью для приготовления сладкого". Наконец, безграничное сострадание Бхагавана одержало верх над его природной замкнутостью и молчаливостью, чтобы получить орехи кешью для белок через посетителя. Часто видели, как Бхагаван крошил кешью на мелкие кусочки и складывал их в маленькую коробочку. Единственное, что он попросил, были орешки для белок!
Змеи и павлины часто приходили в Раманашрам. Великий мастер дал нам пример своего сострадания даже в свои последние моменты. Незадолго до того, как оставить тело, Бхагаван попросил помочь ему сесть в позу лотоса. Снаружи белый павлин издавал звуки. Через пять минут Бхагаван открыл глаза и произнёс: "Он голоден, накормите его". (В Индии животных и птиц называют обычно в среднем роде — "это". Но Бхагаван всегда говорил о них "он" или "она".) Это были одни из последних предложений, произнесённых им. Сострадание Бхагавана к животным и птицам нельзя даже назвать чем-то выдающимся, так как он относился к каждому существу одинаково. Только потому, что мы видим разницу между животным миром и человечеством, мы возвеличиваем любовь Бхагавана к животным. Бхагаван не уделял им особого внимания — он уделял равное внимание всем.
Дандапани Свами был поваром, и Бхагаван помогал ему. Каждое утро Дандапани Свами приносил один вид кактуса, который нужно было размолоть, иначе его нельзя было есть. Бхагаван молол его, и в конце концов, на правой руке у него появились волдыри. Бхагаван, конечно же, не придал этому значения. Но это выводило из себя Кунжу Свами. Он сказал Дандапани Свами: "Больше не приноси этот кактус." "Я здесь повар, не лезь в мою работу", парировал Дандапани Свами. Кунжу Свами пошёл к Бхагавану и стал жаловаться: "Бхагаван, я говорил Дандапани Свами не приносить этот кактус, а он настойчиво его приносит, и из-за этого у вас волдыри. Я не буду есть, если вы будете его молоть!" На следующий день ничего не изменилось, и Кунжу Свами отказался есть. Бхагаван заметил это и сказал: "Какая у меня свобода, если мне придётся подчиняться всему, что каждый говорит? Если я не подчиняюсь, они говорят, что не будут есть. Где моя свобода?" Кунжу Свами был глубоко задет. Бхагаван продолжал его дразнить: "Кунжу, можно мне встать? Я уже поел." Или, "Можно мне войти?" "Можно мне прочесть эту книгу? Если я буду читать её без твоего разрешения, ты не будешь есть." "Можно мне выйти? Я хочу прогуляться на гору. Можно? А то ты не будешь есть."
Это повергло Кунжу Свами в депрессию. Попереживав дня три, он сказал Бхагавану: "Бхагаван, я еду в Тирупати. Мой поезд отходит в шесть тридцать". Тирупати это паломнический центр в Андра Прадеш, почти в ста милях от Тируваннамалая. После обеда Бхагаван вдруг сказал: "Я иду вокруг горы. Пойдёмте все вместе". Рамакришна Свами сказал Кунжу Свами: "Твой поезд в шесть тридцать. Мы все пойдём вокруг горы с Бхагаваном. Когда мы подойдём к городу, ты можешь сесть на поезд". Кунжу Свами согласился и решил воспользоваться возможностью обойти вокруг горы. Но в тот день Бхагаван нарочно шёл медленно — так медленно, что когда они достигли окраин города, поезд уже ушёл. Бхагаван сказал: "Смотри, Кунжу, твой поезд едет, иди, сядь в него!" Затем он стал его утешать: "Ведь ты не можешь есть даже еду ашрама. Ты находишь самбар и расам такими острыми, что разбавляешь их. В Андре всё делают с чили, как ты будешь есть там?" Кунжу Свами простёрся у ног Бхагавана. Позже он вспоминал: "Я служил Бхагавану день и ночь и начал немного гордиться своей с близостью к нему. Я начал думать, что я выше всех остальных, потому что был близок Бхагавану и был лучшим преданным и слугой. Бхагаван поиграл в лилу и отчитал меня в своей естественной и красивой манере."
У Рамакришны Свами был брат Васу, который учился в колледже в четырёхстах милях от Тируваннамалая. Однажды он получил письмо от своей семьи, что Васу стал последователем хатха йога, который научил его практике концентрации между бровями. Васу был так одержим, делая это, что почти сошёл с ума. Он не мог ни есть, ни спать и находился в жалком состоянии, но не слушал никаких увещеваний своей семьи прекратить это. Рамакришна Свами рассказал об этом Бхагавану, который знал всех членов его семьи. "Бхагаван, если я поеду туда, он не послушает меня". Тогда Бхагаван сказал: "Кунжу, ты поедешь и расскажешь ему об учении". У Рамакришны Свами было всего пять рупий, чтобы дать Кунжу Свами. Этого было достаточно на билет, но на еду в дороге не хватало. Они не знали, как сказать об этом Бхагавану. Наконец, Кунжу Свами сказал: "Это не имеет значения. Бхагаван попросил меня поехать, значит, я поеду. Ничего страшного, даже если я останусь голодным." Его поезд отправлялся в полседьмого вечера.
В тот день один посетитель принёс пури, индийский жареный хлеб. Бхагаван обычно съедал пару, если они были маленькими, и один, если побольше. Бхагаван всегда всё делил поровну: если был всего один пури, а людей было много, он делил его на мелкие кусочки и распределял между всеми поровну. Но в тот день, когда ему в холл принесли пури, он не остановился на одном. Посетители дали ему два пури и подождали; затем третье и застыли в ожидании; затем четвёртое, пятое, шестое, и только тогда Бхагаван сказал: "Хватит". Все были удивлены, что Бхагаван принял шесть пури, тогда как обычно он съедал только один. Затем он медленно и аккуратно упаковал пять пури и подозвал Кунжу Свами, который так и не рассказал ему о своей проблеме. Мастер сказал: "У тебя есть деньги только на билет, но нету на еду. Возьми это, будешь есть в дороге." Кунжу Свами рассказывал об этом эпизоде с большим чувством. Как прекрасны нежность, любовь и забота Бхагавана!
Кунжу Свами тоже был очень заботливым. В течение следующих двух дней он съел всего четыре пури, сохранив одно как прасад, так как сам Бхагаван упаковал его. Он принёс этот прасад в семью Рамакришны и прежде всего накормил им Васу. Потом ему не понадобилось много времени, чтобы развернуть Васу от его пути хатха йоги к Самоисследованию Бхагавана. Пробыв там несколько дней и убедившись, что есть улучшение, он вернулся в ашрам и доложил обо всём Бхагавану. Ещё до того как
