Читаем без скачивания Отшельник - Б. Седов

После гибели Штерна до грядущего назначения нового начальника колонии исполнял эту ответственную должность и командовал всем местным хозяйством пузатый майор Ловушко. У него в подземелье был особый кабинет, доставшийся в наследство от Штерна, и вход в него был заказан всем, кроме Седого, ставшего, опять же по наследству, его заместителем.

Боеспособными к текущему моменту оставались только те из обитателей колонии, кто с самого начала налета скрылся в бетонных бункерах.

Понимая, что газ отчего-то не действует, Семен снял респиратор и сунул его в карман робы, чтобы не привлекать излишнего внимания. И в кочегарку уже заходил принять душ простой советский заключенный Кулак в серой казенной робе, обнимая куль с бельем.

За столом напротив котлов сидели два истопника, один совсем еще юноша, а вторым был мужик, который мыл Семена еще в «первое пришествие». На этот раз он не был таким безучастным. Заметив Семена, он сощурил глаза и поманил того пальцем. Барков подошел медленно, не глядя в глаза мощному кочегару с тяжелым квадратным подбородком. Подумалось, что «ходячие ключи» наверняка были облечены доверием хозяев, а значит, скорее всего, исполняли еще и роль стукачей. А этот, похоже, и ненужную инициативу проявить хочет.

Семен сел на свободный табурет, а кочегар поднялся со стула и встал напротив разведчика, переваливаясь с пятки на носок.

— Та-а-ак… Ты же вроде в бегах.

Семен недоуменно пожал плечами.

— Прикидываешься, сука? Ничего, скоро тебе мозги вправят.

— Не раньше, чем ты, козел, посмотришь вон в тот глазок, — решил форсировать события Семен и кивнул на прибор идентификации личности по сетчатке глаза.

Истопник неожиданно ринулся вперед со всей резвостью, на которую был способен, выбросив кулаки вперед уже в прыжке. Семен, оставаясь сидеть, боком упал на стол и подался навстречу. Правой снизу в живот он притормозил живую торпеду — пудовые кулаки нападавшего и лоб его медный пролетели сверху. Левой ладонью капитан успел поймать квадратную челюсть и резко, на разрыв, дернул вбок и вверх. Все было элементарно и просто, как угол дома: через секунду стукач валялся на цементном полу. Брюхом вниз лежал, а голова была приделана как-то неправильно — мертвые остановившиеся глаза безучастно таращились в потолок…

Из душевой выглянуло морщинистое лицо Гайаваты:

— Круто, однако!

Двое добровольных заключенных взяли под белы рученьки третьего, настоящего, и подтащили его к прибору. Приложили мордой к датчику. Потайная дверца папы Карло стала открываться — золотой ключик подошел. И стал не нужен. Свернуть шею этому цыпленку было делом одной секунды.

Майор Седой был невысок, на вид щупл и по иронии судьбы полностью облысел, когда ему еще не стукнуло и тридцати. Всю жизнь он страдал от наполеоновского комплекса, поэтому с самого детства брал одну вершину за другой.

Школа с золой медалью.

Престижный военный вуз.

Красавица жена — почти на голову выше его, что придавало их интимным отношениям особую пикантность.

Он окончил все мыслимые курсы, где готовили тех, кто умеет воевать. Окончил с отличием. Когда в Вооруженных силах появились первые компьютеры, Седой во второй раз отправился учиться — на этот раз в академию. И так увлекся, что стал путать мир, в который он попал, с реальной жизнью. Забыл, когда приходить домой, что там делать.

Жена, поразмыслив, ушла жить к новому другу — бычаре с цепью толщиной в палец на шее обхватом в слоновью ногу. Года три он бегал от правоохранительных органов, зато теперь числился уже крупным легальным бизнесменом. Но Седому все это было уже безразлично. И когда ему предложили отправиться из Москвы с особой миссией на сверхважный засекреченный объект, он даже не поинтересовался, где тот находится.

Он стал душой всего проекта. Он и в нем был первым. Умный, резкий, владеющий телом и всеми мыслимым видами оружия, он натаскивал заключенных физически и перепрограммировал им мозг. Учил убивать легко, играючи. Собственно, весь реальный мир и становился для них развлечением, игрой…

От занятий с очередной группой майора оторвали взрывы и грохот стрельбы. Нападение на их базу глава виртуального мира зоны и сам воспринял обычной сменой уровня в бесконечной игре. Сняв трубку прямой связи с Ловушко и не получив ответа, он принял ответственность за решение на себя, протянул руку к заветной кнопке — и над зоной полетел почти ультразвуковой сигнал сирены, сдвигавшей миры в головах несчастных зомби. Теперь весь окружавший их мир стал лишь моделью. Раздвинулись створки бетонных ворот, и три сотни людей бросились наперегонки на новый уровень игры. Навстречу собственной смерти. За ними веселыми прыжками мчались два ассистента, помогавшие майору на занятиях.

Сам же Седой, уверенный в полном превосходстве своих учеников над любым противником, не торопясь последовал за ними, надеясь, что на его долю тоже достанется приключение.

Если уж везет — то везет: навстречу попалась шайка бритоголовых придурков в респираторах на мордах. Нахрапа в лысых парнях с автоматами было много, а сноровки и умения не обнаруживалось ни на йоту. Палили они изо всех стволов в белый свет, как в копеечку, и бестолково размахивали руками. Странно, если окажется, что хоть кого-то они зацепили.

Майор длинным шагом в полуприседе сместился влево и убил ближайшего к нему скина быстрым и резким ударом кулака в переносицу. Пока тот свеженьким жмуриком катился под ноги остальным, щуплый Рэмбо уже успел достать в прыжке второго, — пришлось бить каблуком по горлу, очень уж у того руки были длинные. Остальные смешались на секунду, засуетились, забыв про автоматы, толкая друг друга локтями, стволами и заточками.

Майор совсем развеселился — всегда потешно наблюдать за такими неумехами. Он шагнул вперед и левой рукой выхватил пику из рук у зазевавшегося скина. Как черепахи, мать вашу, а туда же — подраться, пострелять… Тык… тык… хлюп — а этому прямо в глаз! Куда ты теперь побежал, дурачок, ты ведь уже мертвый… А ты куда? Последнего из шестерых майор нагнал между бараками. Для разнообразия и пущего наслаждения виртуальный убийца просто сломал ему шею. Весело!

Но, обогнув очередной пылающий барак, он вдруг с огромным удивлением обнаружил десятки своих учеников, вповалку скрючившихся в странных позах прямо на земле. Будто бы их внезапно подкосил глубокий сон. И у него самого мир в глазах стал расплываться, ноги ослабли. Но он успел понять…

Задержав дыхание и прикрыв лицо носовым платком, бросился Седой к последнему убитому им скину. Сорвал респиратор, надел на себя, глубоко вздохнул и расправил узкие плечи. Тут же, неожиданно вылетев из-за угла, на него наткнулся Знахарь.

Майор увидел его на мгновение раньше. И ударил, не раздумывая. Бил наверняка и был уверен в успехе, несколько успокоенный легкой расправой над шестерыми вояками. Забыв об одном: не было у него добавочных жизней, имеющихся у персонажей всех компьютерных стрелялок.

Момент был критический, но именно в такие моменты Знахарь действовал эффективно и быстро. Еле успев блокировать стремительный удар малыша, он чудом удержал равновесие.

Стараясь сохранять вертикальное положение, он скользнул вперед, вплотную придвинувшись к противнику, и, помня уроки Инструктора, провел сумасшедшей силы и скорости квартетный удар: левой в живот, коленом в пах, лбом в падающий навстречу нос и правой сбоку — набитыми костяшками ломая висок. Затем, все в том же вертикальном положении, отпрянул назад. Весь каскад с подходом и возвращением занял не более пары секунд. Знахарь уже стоял на прежнем месте, а Лысый, как за глаза звали майора подчиненные, начинал превращаться в бесформенную кучу…

Солнце. Во всем виноваты дождь и солнце. Льющаяся с небес вода поглотила часть отравы, растворила в себе и рухнула на землю, так и не добравшись до зоны. А та часть газа, которой посчастливилось за колючую проволоку проникнуть, осела в огромной луже посреди плаца. И лишь малая толика усыпляющего средства витала в сыром воздухе, слегка притормаживая рефлексы обороняющейся стороны. Впрочем, и многие нападавшие, видя, что никто из «жидов и комиссаров» спать не собирается, посрывали с себя респираторы и полной грудью вдыхали лесной воздух, который оказался таким коварным. Когда лучи яркого солнца высушили влажную листву и приступили к мелиорационным работам по осушению почвы, та часть отравы, которая не успела впитаться в землю вместе с водой, стала подниматься вверх… И к тому времени, когда схватка на поверхности зоны уже затихала, концентрация инкапаситанта в воздухе достигла боевой нормы. Этого никто ожидать заранее не мог…

Майор Ловушко уже не мог ответить на телефонный звонок Седого.

Когда Семен с тюком под мышкой входил в незапертую дверь, ведущую из бетонного коридора в кабинет временного начальника зоны, Ловушко увлеченно смотрел на монитор, щелкая пультом, переключающим картинку с камеры на камеру.