самоотверженно, не выходило. Закатный луч и Павшие духи считали отряды адептов-противников фигурами крупнее пешек: руководство настолько часто твердило, что победа будет лёгкой, а противник — тупым и беспомощным, что само в это поверило.
Тем неожиданнее и сокрушительнее стал мастерский удар. Никто, даже третьеранговые маги, не думали, что маг школы окажется настолько умел в создании порталов, что сумеет в разгар бури вслепую навести порталы внутрь куполов. По информации из донесений малочисленных шпионов и от пытаемых адептов у штаба доблестных школ сложилось впечатление, будто Лицеус очень редко выходит из кабинета и давно пребывает в стагнации и прокрастинации, что для долгоживущего существа подобно яду.
Противника недооценили. Ещё не было генерального столкновения, а пятую часть адептов — как корова слизнула. Да, адепты — слизь, грязь, и далеко не самая значимая сила войска… Но черт побери, это будущее школ! Их взяли, чтобы они набирались опыта в битве, а не гибли от лап монстров, захлебывались в песке и умирали от содранного ударом дракона куска кожи.
Не так себе представляли битву друид и маг крови, совсем не так.
* * *
Вскрыть защиту на комнате Тернера оказалось просто: Апелиусу понадобилось десять минут, чтобы настроить исходящие от искры бао под темп и частоту энергетического отклика Нильяма. Затем десять минут лёгких энергетических касаний ключевых частей внешней защиты, чтобы слегка сбить их точность, и заклинание приняло архимага за Нильяма.
С замком пришлось провозиться дольше — проклятое железо энергетическими манипуляциями не открывалось, поэтому Апелиусу пришлось сопеть, ковыряясь отмычками в замочной скважине и вспоминая трудное детство.
Комната осталась почти такой же, какой архимаг ее помнил. Разве что вещей стало меньше.
Апелиус прошёлся по комнате, по хозяйски заглянул в отделения тумбочки, пошарил по полкам и хмыкнул, найдя искомое: привезённую из Лурскона книгу с ритуалами по превращению человека в оборотня. То, что нужно. Апелиус знал человека, который давно грезит превращениями, и которому эта книга точно пригодится. Зря ее Нильям не забрал с собой. Зря принес из лаборатории в Садах.
Главное, вырвать страницы с предупреждениями, описанием соотношения удачных попыток к неудачным и всей этой ненужной информацией.
Будь у архимага время, он бы сам переписал книгу, заодно переведя её на местный язык, но не было ни времени, ни желания. Архимаг ведь не Нильям, которого хлебом не корми, дай поработать.
Место, где обитал искомый маг, оказалось заперто. Неприятно, но ничего неожиданного: Апелиус не относился к кругу людей, которым был открыт доступ в святая святых друидов.
На стук в дверь никто не отозвался, но едва архимаг начал менять излучение искры под энергетику Нильяма, замок щёлкнул. Архимаг расценил это как приглашение и вошёл.
Только не пошел по заботливо проложенной тропинке, а остался у двери, в шаге от выхода. Апелиус слишком хорошо представлял, чем являются Сады, пропитанные энергетикой Лимбоса. Воображение подсовывало вместо тихих и уютных полян глотку громадного чудовища. То, что Апелиус вообще шагнул за порог, уже следовало расценивать, как жест доверия.
Лимбос появился сам, через двадцать две минуты.
— Знакомая энергетика. Так ты тот самый… — начал было Лимбос, но Апелиус поднял ладонь, останавливая друида.
— Я знаю, что вы хотите сделать, но крайне не советую этого. Я чувствую, как со всего сада к вам собирается сила, и крайне не хочу, чтобы вы ее применяли. Поверьте, результат вам не понравится. Со всем моим безграничным уважением к вам, мэтр.
Лимбос цепко посмотрел на руку, и скривился при виде четырех перстней на пальцах Апелиуса:
— Защита… Теперь понятно, почему ты такой смелый. И чего ты хочешь, истребитель химерологов?
— Я хочу, чтобы вы стали директором школы.
— Вместо Лицеуса… — маг задумался буквально на секунду, затем дёрнул щекой, и спросил. — Цена вопроса? И давай обойдёмся без той части, где ты убеждаешь меня, что мне будет лучше жить со взваленным на себя мешком ответственности.
— Книга по техникам изменения тела, — похлопал себя по боку архимаг. — Я знаю, что вам хочется слегка улучшить себя, дабы шагнуть на второй ранг.
На этот раз Лимбос думал дольше: секунд пять.
— Хорошая цена, — кивнул себе маг. — Взамен на нее я дарую тебе…
Лимбос не успел закончить, как Апелиус отпрыгнул от мага. Но вместо того, чтобы вылететь в коридор, император будто попал в вязкий кисель: воздух вокруг Апелиуса сгустился до вязкости желе. Из-под почвы рванулись лианы и скрутили защитный кокон, появившийся возле архимага. От друида вмиг отлетели несколько сотен рун и сложились в сложную печать.
— …жизнь и здоровье, — закончил Лимбос. — Ты всерьез думал, что сила мага — это заклинания? Маг — это человек, которому даровано менять реальность мощью воли, щенок: особенно в цитадели своей мощи. И это не сказки из книжек, это описание способностей весьма широкого спектра: от влияния на растения до управления пространством. А уж контроль мимических мышц можно освоить за сотню лет, если понимать его важность…
Апелиус мигнул на долю секунды, а потом расплылся на секунду, но вновь проявился в защитном коконе.
— Прекращай насиловать артефакт. И тот, крайний перстень тоже не активируй, а то я тоже ударю. И успею я раньше тебя, уж поверь. Книгу!
Лимбос вытянул ладонь. Лицо Апелиуса искривилось в несвойственной архимагу эмоции — в досаде. Книга поменяла хозяина.
— Пшел вон, — отмахнулся Лимбос, и Апелиуса со скоростью арбалетного болта вышвырнуло в коридор.
* * *
Столкновение с Лимбосом слегка убавило самоуверенность архимага, поэтому к атаке на целителя Апелиус подготовился гораздо тщательнее, чем к разговору с Лимбосом. Если прежде архимаг планировал начертить и замаскировать на стенах коридора фокусирующие знаки, на которые настроится печать из подвала, то теперь Апелиус вручную навёл печать, ориентируясь на данные со следящих шаров, которые передавали изображение от границы барьера. Апелиус корректировал заклинание ежесекундно, надеясь, что на этот раз план получится выполнить в полном объеме, не так, как с книгой и Лимбосом, который по всем прогнозам обязан был согласиться на предложение стать директором, и атаковать ни в коем
