Я усмехнулся: большая бородато-пузатая мышь, гроза окрестных котов. И шепотом, так - пи пи пи , не..., не так - басом: пы пы пы. Ага, и все коты в шоке хором усядутся на то, что постоянно вылизывают до зеркального блеска. Чето опять в хихи пробило, наверное съел, что-то не то.
Мышь ускакала вперед, а я стал красться следом. Вдруг в голове промелькнул образ чего-то большого и зубастого.
Я прижался к стене, мимо меня пронесся размазанный силуэт. Блиин, а этих-то загрызов я и не убрал от входа, одна надежда, что сами уже пропали.
Я остановился и стал прислушиваться. Фух, пронесло. Не в том смысле, здесь это не возможно, а в смысле... Тьфу, хорош мандражировать, самое плохое, что может, это очухаться на точке респа и потом три часа сверкать белыми труселями, развлекая кладбищенских комаров.
Я стал красться дальше. Опять появился образ и в меня врезалась какая-то сссс..., отбросив к неровной стене. Блин, больно то как, чтоб тя гаденыша, бегемот потоптал. Гаденыш медленно поднимался с пола, тряся клыкастой башкой. Окончательно подняться я ему не дал, поставив жирную точку его кровососной жизни своей секирой. А нехрен честных гномов с ног сбивать, мог и обежать. Прислушался... Тихо... Даже Фырки не слышно, хотя вот она. Из-за угла высунулась любопытная мося мышки, внимательно все оглядела и опять пропала. Я дождался, пока истлеет тело вражины, собрал лут и продолжил движение. Опять возник образ. А Фырка службу тащит исправно. В этот раз я не стал уступать дорогу, а прижался к стене и выставил ногу.
Кто-то мне говорил, что вампиры умеют летать, я подтверждаю - летают, еще как летают, но только как крокодилы - низехонько. Ой блин, как же ему, наверное больно. С такого разбега и башкой в стенку, аж камешки осыпались. Бедный вампирчик сидел у стенки и держался за голову. А голова то болит, ну ничего, у доброго врача Севера, нет лучшего средства от головной боли, но и секирка сгодится. Вот и славненько, вот и трофеев прибавилось. Всегда бы так, вжик, бум, вжик, вжик и маленький мешочек хозяйственного гнома еще пополнился.
В голове снова появился, появилось, ну короче, много. Я заметался по проходу, узрел нишу и втиснулся в нее спиной, втягивая свой авторитет. Мимо меня, хорошо хоть, не с гиканьем, пронеслась толпа вампиров.
Я выковырялся из ниши и уважительно покачал головой, во, блин, у них начальник-зверь, всё бегом, не ходят в развалочку по-дембильски. Да мне и хорошо, попробуй, когда несешься по делам, на полной скорости заметить маленького худенького гнома.
Из-за очередного поворота высунулась Фырка и коротко пискнула. Я подошел к ней и аккуратно выглянул.
Огромный зал поражал своими размерами и резкой вонью, хоть в маске тут ходи, да нельзя - обзор ухудшается, а в этом полумраке, глаза, это наше все.
Вот и хочется выругаться, а нельзя. В центре этой пещеры находился постамент, рядом стул, на котором кто-то сидел и вокруг этого кого-то было штук тридцать вампиров. Я наклонился и шепотом попросил Фырку, как можно ближе подползти к постаменту и посмотреть, что лежит на нем. Фырка согласно фыркнула и прямо-таки слилась с полом. Минут через десять в моей голове возникла картинка постамента.
Постамент был пуст... Меня как по башке стукнули, ага, пыльным мешком из-за угла. И как мне теперь? И где этот венец, у кого из этих кровососов? Чтоб это узнать, мне надо их всех грохнуть, а сделать я это один не в состоянии. Звать кого, но там лут делится и не факт, если венец выпадет, он достанется мне. Ну чего этот Неназываемый квест такой не дал? Хапнул бы венец, а остальные трофеи помощникам. А так?
Пожечь бы гадов, но не смогу, слишком много, и пока догорят, они меня точно слить успеют. Мдя уж...
Я стал осторожно красться вдоль стены, изучая обстановку.
Вот же зараза, не усмотрел... Правая нога провалилась по колено в вонючую грязь. Меня от запаха чуть не вырвало. Если б здесь можно было испражняться, точно бы сказал, что это отхожее место всех окрестных вампиров. А глубоко, однако, с головой, наверняка можно унырнуть. Меня аж передернуло от этой картины, а в голове появилась мося Фырки, и руку даю на отсечение, эта мося ухмылялась.
Я стал тихо обходить это вонючее болотце.
Вампиры заволновались. Некоторые стали нарезать расходящиеся круги вокруг сидевшего в кресле, а некоторые напряженно нюхали воздух, ну прям как Фырка. В голове опять появилась мося, но только, теперь, обиженная. Точно, эта хвостатая зассыха мои мысли читает, экстрасенс, блин, ушастый.
Вдруг несколько вампиров сорвались с места и помчались в мою сторону. Я задергался и не придумав ничего лучшего нырнул в болото.
Ненавижу вампиров. Буль, буль.
Всё, враги навсегда. Буль.
Все брошу, буду только на них охотиться. Буль. Я почти с головой окунулся в зловонную жижу.
Вампиры в замешательстве остановились, покрутились и вернулись к своему начальнику.
Я почувствовал, что меня засасывает. Да, уж, помереть от того, что захлебнулся дерьмом... Я стал рывками выбираться из болотца. Кое-как, выбрался из этого... бррр..., и стал отползать подальше от этого... этого...
Даже слов не нахожу, а если нахожу, то они все матерные. Ненавижу болота, и вампиров тоже.
Все, ща как встану, да и пойду, поубиваю гадов. Я подскользнулся, и стараясь издавать как можно меньше звуков, упал, уткнувшись лицом во что-то колючее.
У меня появилось сообщение: Вы нашли сломанный Божественный венец красоты. Я цапнул его, не разглядывая сунул в сумку, попытался встать и снова упал, но уже с грохотом. Вампиры метнулись в мою сторону. С криком:- Фырка, валим отсюда,- я лихорадочно достал огнемет и несколько раз выплюнул огнем в сторону гадов, не столько, чтоб, причинить вред им, хотя и надеясь в душе на это, а хотя бы задержать их. Вампиры притормозили, а один полыхнул, радующим мой взор, веселым бенгальским огоньком. Постоянно подскальзываясь и чмокая промокшими сапогами я рванул в сторону выхода, по- ковбойски, одной рукой, паля в гаденышей огнеметом. Надеясь, что мышка уже убежала, я заскочил в ходок, выбросил два баллона с огнянкой, помчался к выходу, чуть притормозил, и когда, несколько теней показались в проходе, выпалил в баллон. Это ж просто кайф какой, не хватает только барной стойки и коктейля с соломинкой, потому что, цветомузыка уже есть. Приятные сполохи огня и художественный вой горевших вампиров услаждали мой взор и слух. Полюбовавшись на захватывающее зрелище, ну там пару секунд, я развернулся и побежал уже на выход, отвечая на какой нибудь особо мелодичный вой: - А это вам за болото, а это, за то что промок, а это за то что вонь развели.
Выскочив из подземелья, я увидел Фырку, она брезгливо, но шустро забралась мне на плечо, потом подумав, перебралась на голову. Я открыл портал и через секунду, мы оказались в резиденции гномов.
Бородачи не обратили внимание на мой вид, привыкли уже, наверное, но что делать, такой вот я, непутевый гном. Так, первым делом, надо бы помыться, да и пивка не мешало бы. Оставляя грязные следы на идеально белом мраморном полу, я пошел на выход в город, подхихикивая про себя. Не, я не словил ку-ку, я просто представил, как придет гроза всего гномско-офисного планктона уборщица тетя Дуся... Бедные гномы, хорошо, что меня тут не будет.
Выйдя в город я огляделся и направился в сторону шумного и многолюдного базара. Таверну я узрел на другом конце рынка и пошел напрямки через скопище торговцев и покупателей.
А красота, однако, вот люблю я эти мелкие житейские прелести. Ну только представьте себе, все дорогу уступают, никто не толкается, вокруг много свободного места, хоть пляши, а запах, ну что, запах как запах, и не такое нюхали. Вон, одна вонючка Сан Саныча чего стоит, а это так - свежий запах деревенской жизни.
Когда я вошел в таверну, у многих жрущих, извините, вкушающих изысканные явства, позеленели лица, кто-то, сделав несколько судорожных глотательных движений, закрывая рот рукой, рванул на улицу.
