Мужчина покривился, но прогонять друга не стал. На его телефоне замигал экран и зазвучал рингтон. Игорь сбросил вызов и стал чего-то ждать. Через какое-то время пришло сообщение, которое он тут же прочел. Довольно улыбнувшись, он сам написал длинное послание кому-то, потом собрал вещи и вышел вслед за другом.
В ночном клубе было людно. Но мужчин это никак не смущало. Они поднялись в вип комнату, где уже сидели мужчины и несколько женщин. Женщины были явно работницы клуба. На них были костюмы, которые обычно одевают для ролевых игр. Игорь, немного постоял у входа, а потом, так же как и друг прошел внутрь и уселся рядом, попутно здороваясь с присутствующими. Вечер продолжил свой разбег. Официантки успевали только приносить подносы с алкоголем и уносить с пустыми бутылками и грязными стаканами. Помещение наполнялось людьми и зажигательными работницами клуба. Игорь пил мало, он больше смотрел по сторонам, и на его лице читалось недоумение.
— Ты что-то сегодня не пьешь, — подвинулся совсем близко, чтобы его было хорошо слышно, Макс.
— Устал, боюсь будет не весело, а вырубит, — явно врал друг.
Тут глаза мужчины расширились и с недовольством и злостью тот прорычал:
— А она, что тут делает? — показывая на вошедшую красотку в ничего не скрывающем платье.
— Лейла теперь тусит с нами, как- никак, жена нашего друга! — бодро отозвался друг.
— Ты шутишь? — прорычал Игорь.
— Расслабься. Она тебя даже не заметит, сиди тихо, она уже навеселе, — успокоил Макс.
Вечер шумел и разливался реками алкоголя, в какой-то момент Игорю стало плохо, он ушел в туалет, и долго от туда не возвращался, Макс встал со своего места и пошел искать его.
Утро было не добрым. С трудом разлепляя веки, и находя точку опоры, Игорь пытался встать с кровати. Он откинул простыню и не смущаясь своей наготы, хотел проследовать в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Только недоумение застыло на его лице. Какой-то странный шум, привлек его внимание, огляделся и подпрыгнул с кровати. Все вокруг говорило о том, что он находится не в своей квартире. А на кровати, с которой он вскочил, расслабленно и мирно спала обнаженная Лейла. Мужчина зажмурился и снова попытался открыть глаза, но ничего не менялось. Он быстро собрал свои вещи, что были разбросаны по всей комнате, нашел телефон и направился к выходу, вызывая такси.
Уже стоя на крыльце, ожидая машину, Игорь набрал кого-то на телефоне.
— Макс, — после долго ожидания, проорал утренний беглец, — какого хера я делаю в квартире Лейлы? — вопрос звучал слегка истерично. Выслушав ответ, мужчина продолжил, — что значит сам с ней уехал, ты где был? Ты прекрасно знаешь, что брак фиктивный. Да, не собирался я его делать эффективным. Бл****ть- протянул говорящий и сбросил звонок.
Такси подъехало быстро. Но мужчина еще стоял на улице, глотая воздух и пытаясь успокоиться. Через какое-то время пришло смс.
«Я очень скучаю по тебе, не хочу разбудить, ты, наверное, спишь, а я собираюсь на пробежку. Пусть этот день закончится быстрее, как и все последующие, и ты вернешься ко мне. Доброе утро, любимый.»
Мужчина несколько раз перечитывал сообщение, потом взвыл, и убрал телефон в карман. Сел в такси и поехал домой.
Выходные пронеслись быстро. За все два дня, Игорь не звонил и не писал Нине. Но часто брал в руки телефон. Он проверял его, почти каждые десять минут. Но сам не звонил. Вечерами ему отчитывался Семён. Началась рабочая неделя.
В этот раз вместе с Игорем работал и его отец. Мужчина властно раздавал команды, часто ссорился с сыном. Но когда он отворачивался или занимался какими-то делами, мужчина с гордостью и любовью смотрел на него. Он о чем-то усиленно думал и сам поддакивал своим мыслям. Он уже хотел что-то сказать, как у него зазвонил телефон.
— Да. Привет Эдуард, — от имени, прозвучавшем в кабинете, Игорь напрягся, но виду не подал, а отец продолжил разговаривать с другом, — Вот как? Ты уверен, это не очередная фантазия твоей дочурки, ну что ж. Пусть так. Может и получится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Стас сбросил вызов и, недоумевая, уставился на сына.
— Это ничего не значит, я был пьян и вообще не помню, как оказался у нее. Это ошибка. Я не собираюсь жить с Лейлой и если даже, она забеременеет от меня именно этой ночью, то буду настаивать на аборте. Мы были не в себе, пьяные в дрова. Там ничего хорошего не получится, — строго и сухо заявил Игорь.
— Ты уверен? — проговорил, отец, и после утвердительного кивка сына, добавил — ну как знаешь!
Больше к этому вопросу за неделю не возвращались. Вообще, за это время отношения сына и отца потеплели. Было видно, что Стас гордится своим сыном и крайне рад преобразованиям, которые с ним происходили. Они почти не ссорились. Дела фирмы стремительно налаживались.
Вечером в четверг, после разговора с Семёном, Игорь был крайне удручен и встревожен. Он рвал и метал в кабинете. Утром, как только помощница явилась на работу, он вызвал ее к себе.
— Мне на сегодня вечер нужны билеты в Москву, — скомандовал он.
— Но у вас завтра неофициальная встреча, на которой вы обязаны быть, — пропищала сотрудница.
— Завтра утром билет обратно.
— На одну ночь лететь в Москву?
— Выполняй, — заорал босс.
Уже вечером он сидел в самолете, нервно постукивая подушечками пальцев по колену, в нетерпении поглядывая в иллюминатор.
Глава 40
Нина
Без Игоря было тоскливо, хотелось постоянно ему набрать или написать, но я понимала, что это может быть неуместным. Он звонил каждый вечер, и мы не могли наговориться. Я пьянела от его голоса. Завороженно слушая слова, что вылетали из динамика телефона, я сидела около огромного окна в гостиной и вглядывалась вдаль. Было и хорошо и грустно. К концу первой недели, в пятницу, он не позвонил. А только написал, что еще занят, пожелал спокойно ночи и все. Ощущение пустоты растекалось по телу. Я так же как и всегда сидела у окна и уже готовилась принять вызов, но его не было, только короткое, по сравнению с голосовым общением, сообщение. Всплакнула. Я почти до ночи сидела у окна и смотрела на улицу, там то и дело появлялись люди, сначала часто, а потом все реже проходившие по двору. Так я спасалась от одиночества. Ночь была тревожной. Мне не спалось, но когда удавалось задремать, ощущение тревоги и тоски окутывали сквозь пелену сна. Проснулась рано. Решила пойти на пробежку. Это были выходные, а значит спастись рабочими проблемами и задачами не получится. Перед выходом все-таки написала смс Игорю. И не стесняясь, не теша свою гордость и не пытаясь казаться сильной, призналась, как скучаю и жду, как люблю и тоскую. Но ответа не пришло. Бегала я долго, просто не хотелось приходить в пустую квартиру.
Не смотря на то, что бегала я в эти дни очень в приличном виде, все равно находились молодые люди, которые были не прочь пообщаться. Я не шла на контакт. К середине следующей недели, все желающие отпали. Видимо четко осознав, что общение мне не нужно. Несмотря на все мои старания, счастливым человеком, при первом взгляде, назвать меня было сложно. Семён старался развеселить в те редкие моменты, когда общался со мной. А меня раздирала уже вполне ощутимая боль, непонимание и тоска. Игорь после моего сообщения ни разу не написал и не позвонил. С начала я думала, что случилось с моим мужчиной? Выспрашивала у Семёна, тот сказал, что общается с ним каждый вечер. Потом наступила обида. А после апатия. Наши отношения все меньше и меньше поддавались хоть какому-то пониманию и логическому объяснению. Пару раз пыталась собрать вещи. Но вспоминала про свое обещание, что через месяц я буду здесь. Поэтому так и не собралась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В пятницу утром, когда водитель уже привычно ждал меня, чтобы отвезти на экспресс, напала удушающая тоска. Я рыдала в ванной и не могла успокоиться. Все казалось напрасным, глупым, больным. Я смотрела на себя в зеркало и не узнавала. Откуда взялась эта истеричка и как я могла впутаться в такое? Главное, почему так быстро? Успокаивать себя пришлось долго. Семён начал звонить, чтобы поторопить, но я не брала трубку, потому что просто не могла внятно и спокойно говорить. А всхлипывать и всхрюкивать в телефон — глупо.
