уж нет! Ты должна принадлежать нашему племени! – послышался гнусавый голос за спиной. – Так что, думаю, пришло время взять то, что по праву полагается нам!
– Ширхат и Рухташ не позволят! Вы и шагу не ступите до ворот! – стараясь скрыть от них безумный страх, шипела я.
– Так кто же тебе сказал, что мы пойдем к воротам? – самодовольно хмыкнул близнец Даярама, вплотную приближаясь ко мне.
Большая рука легла на мой живот, осторожно поглаживая, и в этот момент сердце остановилось, а душой овладело безумие.
– Не трогай! Не прикасайся! – взревела я, вырываясь из захвата ублюдка. – Тварь! Оставь в покое моих детей! Животное!
– Оставлю! – хмыкнул варвар, вновь гладя живот. – Родишь и оставлю. Молись, чтобы были девочки. Тогда они будут с тобой. Мальчишек другого племени я терпеть в своем доме не собираюсь! Они пойдут на приманку аскарам!
От его слов земля ушла из-под ног. Я кричала и вырывалась, чувствуя, как зрение застилают слезы. Сказать, что мне было страшно – не сказать ничего. Я не думала о себе, лишь о своих нерожденных малышах, которые должны появиться совсем скоро.
Рычала, звала своих любимых, надеясь, что они почувствуют, услышат… Придут на мой зов. Но этого не случилось.
Сархаш крепко схватил меня за руки, до боли перетягивая веревкой и лишая призрачного шанса на спасение.
– Осторожно! Я не хочу, чтобы она начала рожать сейчас! Еще чего доброго умрет! Не дергай ее так! – рявкнул Даярам.
– Отпустите! Не прикасайтесь! – зашипела вновь, метаясь в руках варвара.
– Хватит брыкаться. Себе же хуже делаешь! Разве беременной самке можно переживать? – хмыкнул мужчина. – Сиди смирно, если не хочешь навредить своим детям!
Вопреки собственной жестокости и издевательским насмешкам, которые бистарии продолжали кидать, представляя момент, когда Ширхат и Рухташ вернутся в пещеру, Даярам осторожно поднял меня на руки, прижимая к себе.
Вновь попыталась закричать, но мне завязали рот куском тряпки, а вторым смотали ноги.
– Теперь точно никуда не денется! – хмыкнул Сархаш.
В итоге мне ничего не оставалось, кроме как тихо рыдать, осознавая, что выхода нет и спасти меня некому.
Я все еще не могла понять, как эти мрази проникли в наше жилище, но когда они ловко поднялись по выступам водопада, мне открылась небольшая пещерка, судя по всему, которую они расковыряли. Теперь-то я заметила насыпь свежих камней, которым ранее не придала значения. Эти два урода проникли в наш дом по водным путям, сильно обмельчавшим из-за засушливого сезона и ставшими длинными лабиринтами, пронизывающими всю скалу. А уж убрать лишние камни и расширить для себя проход для них не стало проблемой.
Всхлипывала, ерзая в руках варвара, не представляя, что теперь делать. Не прошло и пары минут, как меня затащили в узкий сырой проход, волоча по воде.
– Осторожно, я сказал! – зарычал Даярам на брата. – Не ударь ее, а то я сам тебе голову откручу.
– Ты слишком сильно заботишься о самке! – фыркнул в ответ Сархаш. – Я это делаю в первую очередь, потому, что хочу, чтобы Рух и Ширхат познали то унижение, которому подвергли нас! Уже предчувствую, в каком состоянии они будут, когда узнают, что все племя дерет их самку!
– Что? Они ведь не должны узнать?! – зарычал Даярам.
– Я им оставил маленькую весточку! – хмыкнул в ответ ублюдок.
– Что?! Где твоя голова?! – зарычал второй варвар. – Какого дьявола ты провоцируешь войну?!
– Пусть попробуют! У нас их женщина и теперь им придется лизать нам пятки, лишь ради того, чтобы узнать, жива ли она! – рассмеялся Сархаш, вызывая во мне нервную дрожь.
Все происходящее было как в тумане. Казалось, еще мгновение, и я потеряю сознание. Зрение уже было нечетким, а дыхание то и дело сбивалось.
– За второй идем? – хмыкнул неугомонный варвар.
– Теперь не идем! Ты все испортил! Что если они правда сейчас вернутся?! – рявкнул Даярам. – Пока ограничимся этой и будем надеяться, что родятся девочки!
Мне хотелось кричать, высказать им все, что я думаю, но единственное, что я могла, это хвататься за растерзанное сознание и бороться за жизнь своих деток, мысленно проклинать двух ублюдков.
Не прошло и десяти минут, как они вытащили меня на солнце, сажая на горячий песок.
– Пещера с нашими охотниками недалеко, женщина. Так что скоро мы будем дома, – хмыкнул Сархаш, поднимая меня на руки.
Но он не успел сделать и пары шагов, как живот прошило болью, а дыхание сбилось.
Мучительно застонав, попыталась резко вздохнуть, но повязка на губах не давала сделать это в полной мере.
– Святые луны! – резко втянул воздух Даярам. – Только не говори, что ты собралась рожать!
Аня
– Девочки, не бегите так! – крикнула вслед скачущим впереди близняшкам. – Кирана, Авани! А ну стоять!
– Ну мама! – заныла одна из малышек, оборачиваясь ко мне. – Мы подождем тебя с Риной. Можно?
– Нет, будьте рядом! Придем все вместе! – сама не поняла, почему запретила им, ведь обычно девочки бегают сами по себе. Что-то внутри щелкнуло, и мне хотелось, чтобы они были на глазах. Возможно причиной такого беспокойства стала занятость всех мужчин.
Пещеры были пустые, и хоть я доверяла оставшимся соплеменникам, все равно оставалось робкое сомнение, которое никуда не желало деваться.
Взять того же Бэка, в прошлом мне доводилось с ним общаться, так как он хотел бороться за мое расположение. И тем не менее шесть лет назад этот мужчина хоть и вел себя напористо и временами нетерпеливо, он не позволял себе даже прикоснуться ко мне без разрешения.
Видимо последние годы заставили его пересмотреть свое поведение. Так как с Риной они с братом поступили не лучше чем Таскен и Абек со мной…
– Мамочка, ну ты так медленно идешь! – заскулила Авани, надувая губки.
– Ну так бери коляску и толкай ее сама, вдруг у тебя быстрее получится! Я уже сказала, будьте на глазах. Мы вместе дойдем до Иры. Ясно?! – рыкнула на дочерей, переводя дыхание.
Что касается коляски, так я еще после первой беременности, попросила супругов смастерить некую аналогию привычного мне “детского транспорта”, а сейчас они уже знали, что делать, и то, что это чудо тележка, корзины для которой я связала сама, очень пригодится.
Кстати, к слову, именно такую же, мы
