Туми словно задумался, а потом ответил: — Сколько их — не знаю, но сейчас они идут чуть впереди каравана.
Ничего не ответив, маг тронул поводья и ускакал вперед.
— Слушай, Туми, мне тут сказали, что ты должен быть слепой, а ты же вроде видишь.
— Я слеп на один глаз.
— Тебя, поэтому оставили умирать в степи?
При моем вопросе его веки чуть-чуть дернулись, но взгляд при этом не изменился. Ничего не ответив, он стал смотреть куда-то в пространство.
«Нет, так нет. Вот только что мне с ним делать? На вид лет шесть, рассуждает как взрослый человек. Кожа белая, как мел, и холодная, как у лягушки. Такому, только в цирке выступать. А что? По мне так лучше это, чем медленно умирать в степи».
Неожиданно впереди каравана раздались крики. Привстал, думая, что на нас уже напали, но это оказалась крики предупреждения о возможном нападении.
«Пускай. Им за это деньги платят. Наше дело прокукарекать, а там пусть хоть не рассветает».
С этими мыслями я улегся на спину и стал смотреть в синь неба. Спустя два часа караван остановился, но привычной подготовки к остановке не было. Гигантов никто не распрягал, а все, кто шел до этого пешком, забрались на повозки. Приподнявшись над бортом корзины, я видел, как одни охранники заряжают арбалеты, а другие, вооружившись длинными пиками, напряженно шарят глазами по земле. Напряжение, царившее в караване, стало настолько густым, что еще немного и его можно будет нарезать ломтями, но только я успел прийти к подобному сравнению, как земля разверзлась и из ее глубин, так мне показалось, вынырнуло многоголовое чудовище. Шесть голов на длинных толстых шеях, открыв пасти, утыканные острыми, как иглы зубами, стали метаться из стороны в сторону и хватать все, что только могли достать. Арбалетчики нажали на спусковые крючки, и десятки болтов понеслись в сторону скрыггов, но только небольшая часть из них вонзилась в черную и блестящую, словно смазанную маслом, кожу, придав раненым червям еще больше стремительности в их движениях. Вместе со всеми я наблюдал за действиями арбалетчиков, но первое же брошенное магом огненное заклятье перекрыло все их самые удачные выстрелы — огненный шар одного из магов, врезавшись в одну из тварей, сбил червяка на землю.
Перестав дергаться из стороны в сторону, скрыгг упал на землю и стал скручиваться в кольца, как обычный червяк, на которого наступили башмаком. Стрелки тут же добили его, утыкав блестящую шкуру несколькими десятками стрел и болтов, под радостные выкрики людей, наблюдавших за поединком, но не успели они утихнуть, как воздух огласили новые, но теперь злые и негодующие крики. Резкий и стремительный бросок одного из скрыггов, ставший причиной гневных криков, оказался гибельным сразу для двух наемников. Тварь, вытянувшись на неимоверную длину, сумела каким-то образом ухватить зубами за копье одного из наемников, сдернув его с повозки, а тот в свою очередь сбил с ног стоящего рядом с ним арбалетчика. Никто из них даже не успел встать на ноги, как твари стали рвать их на части. Впиваясь острыми, как иглы зубами, они резко дергали головой, вырывая из тела людей большие куски мяса. Заглотав их, они снова и снова стремительно бросались на бьющуюся в агонии жертву, не обращая внимания на заклятья магов и болты арбалетчиков. Спустя несколько минут еще одна тварь поплатилась за свою прожорливость, задергавшись в предсмертной агонии по земле. В тот самый миг, когда червяк, дернувшись в последний раз, неподвижно вытянулся на земле, как оставшиеся твари вдруг все разом нырнули обратно под землю.
Несмотря на их исчезновение никто из людей не сдвинулся с места. Все продолжали стоять на повозках с оружием в руках и напряженно смотреть на черные дыры, где исчезли скрыгги. Первыми на землю ступили маги, и сразу всеобщее внимание переключилось на них. Подойдя к черным провалам, они некоторое время стояли в перекрестье десятков человеческих глаз, что-то шепча и водя ладонями над землей. Так продолжалось несколько минут, пока один из них не поднял голову и громко не крикнул: — Все спокойно!! Скрыгги ушли!!
Напряженная тишина тут же разлетелась мелкими брызгами под криками людей. Спустя минуту загудели рожки, подавая сигнал к движению. Люди стали спрыгивать на землю, но при этом не переставали напряженно коситься на черные дыры и старались далеко не удаляться от повозок. Как только умолк рожок, караван тронулся дальше. Хоронить было некого. От двух погибших наемников остались только несколько клочков кожаной брони, да разбитый вдребезги арбалет.
Шли мы до наступления вечера. На стоянке гигантов распрягли, после чего, как обычно, разожгли четыре костра, которые стали угловыми точками периметра, внутри которого расположились быкотуры и повозки. Маги расставили охранные заклинания, которые должны сработать, если в поле их действия попадет любое живое существо. Люди, сидя у костров, ели и разговаривали, наслаждаясь вечерней прохладой. Тем для разговоров было в изобилии, но если пришельцев видели единицы, то само собой больше всего люди обсуждали нападение скрыггов. Когда я подошел с мальчиком к костру, где всегда ужинал, разговор тут же затих. Люди, сидевшие у костра, приветливо, а некоторые с участием, смотрели на меня и на мальчика, но с разговорами не лезли, делая вид, что заняты исключительно едой. Туми съел немного горячей мясной похлебки, после чего его стало клонить в сон. Увидев это, я тихо сказал: — Иди спать.
Тот вяло кивнул мне, затем поднялся и ушел. С его уходом разговор снова набрал силу.
Утро началось как обычно. После быстрого завтрака, состоявшего из разогретой вчерашней похлебки, погонщики сноровисто запрягли гигантов и караван начал движение. Вдруг неожиданно, где-то спустя пару часов после начала движения, загудел рожок. Что-то случилось. Я погнал лошадь вперед. Нагнал группу всадников, среди которых был старшина каравана, купцы, маги и начальник охраны. Оказалось, что разведчики, шедшие впереди каравана, принесли плохие вести — обнаружены следы кочевого племени. Судя по тому, что среди них не было следов повозок и скота, это могли быть только разбойники. После короткого, но бурного совещания, было решено свернуть с прямого пути и пройти по дуге возле Мертвого Города. Когда все стали разъезжаться, я не утерпел и спросил одного из купцов, что это за место и почему мы должны проехать рядом с ним.
— По древним преданиям, там когда-то стоял храм Мертвого Бога, отсюда и название. Когда и кем он был разрушен, никто теперь не знает. Зато все знают, что в тех местах не найдешь ни одного кочевника. Им там шаманы запрещают бывать.
— Ясно.
Ближе к вечеру раздался сигнал и караван остановился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
